Шрифт:
Пролог
– Всем привет, с вами Правдоруб! Я обещал, что приму участие в митинге, так что наслаждайтесь!
Виктор подмигнул в телефон, с трудом удерживая равновесие на выступе памятника, куда он забрался, чтобы сделать наибольший охват территории. Спустя секунду он уже водил камерой по улицам, чувствуя необыкновенный прилив энергии.
Город погружался в сумерки. Солнце зашло за горизонт, отбрасывая последние лучи золота на крыши домов. Толпа людей становилась больше с каждой минутой, поток незнакомцев не прекращался, разветвляясь на несколько ручейков. Центр площади, который украшал памятник герою войны, превращался в сердце протестов.
Виктор помахал рукой вновь прибывшим. Ему вторил гул голосов, мужских и женских, превращаясь в настоящий рёв чудовищного монстра. Народный бунт пришёл, гнев одураченных людей прорвался сквозь ширму лицемерия власти…
– Вчера вечером мы стали свидетелями того, как власти подтасовывают результаты выборов! Я голосовал за нового кандидата, как и вы! И что мы получили? Девяноста процентов за президента Бораева! Издевательство!
Виктор чувствовал, как возвышается над толпой, скандируя лозунги, словно становясь революционером. На экране смартфона появлялись и исчезали комментарии, в основном положительные, с сердечками и смайликами. Все против несправедливости, все за честные выборы!
– Сейчас двинемся в сторону Дворца Президента! Пусть знают сволочи, что мы не сдадимся! Устроим им кузькину…
Голос Правдоруба оборвался. Послышался взрыв, а вслед за ним людской поток хлынул в разные стороны. Светошумовые гранаты падали в гущу схватки. Спецназ перекрывал улицы, готовясь задержать всех, кого сможет.
Виктору ничего не оставалось, как бежать вместе со всеми. Страха он не ощущал, лишь больше распалялся, адреналин растекался по крови, отключая функции самосохранения. Он спрыгнул с постамента и едва не столкнулся с какой-то женщиной. Она упала на мостовую, и чуть не была раздавлена пробегавшими подростками. Виктор успел помочь ей подняться и ринулся прочь от спецназа.
Он видел, как дюжина молодых людей пыталась прорваться сквозь оцепление, но бедняги оказались зажаты между двух огней. Бойцы спецназа окружили их, размахивая дубинками, кровь заливала асфальт. Новая граната упала рядом, и Виктора на миг ослепило.
Правдоруб уронил телефон и услышал противный треск. С трудом нащупал его, зрение расплывалось. Экран чудом уцелел.
– Президента нового захотели? – раздался крик полицейского. – Власть не нравится? Получай, сука!
Послышался женский визг. Виктор видел, как девушку тащили за волосы по направлению к ближайшему автозаку. Он рванул в их сторону, даже не соображая, чем рискует. Оттолкнул мента и позволил незнакомке сбежать.
– Падла! – заревел мужик в шлеме. – Убью!
Девушка неслась в другую сторону, ощутив дыхание свободы. Зато Виктору не так повезло: побежал вперёд, не чувствуя под собой ног, будто превращаясь в ракету. Спецназовец преследовал его по пятам, непрестанно ругаясь.
Парень завернул в проулок между зданиями, откуда несло сыростью, перепрыгнул через разбитые стёкла и кирпичи. Ещё несколько сот метров и он окажется в парке, где легко затеряться среди деревьев.
Неожиданно нога поскользнулась на банановой кожуре. Нелепица, достойная рядовой комедии. Виктор упал, успев вытянуть ладони. Ободрал кожу, но даже не ощутил боли. Паника застилала рассудок, он как жертва, когда зверь настигает добычу.
Настоящий хищник уже рядом. Виктор успел развернуться и упасть задом на асфальт. Мент неторопливо шёл к нему, размахивая дубинкой. Лица не видать из-под шлема, мускулы выпирают сквозь бронежилет.
– Добегался, лох? – спросил он. – Ну что? Сопротивление при аресте, да? Не волнуйся ты так, дорогой. Парочка ударов и всё…
– Не смей! – выкрикнул Виктор. – Я блогер! Об этом узнает вся страна, слышишь? Я тебя засужу…
Спецназовец расхохотался.
– Никто тебе не поможет, - сказал он. – Только не в нашей стране!
Виктор не двинулся с места, будто сковал паралич. Его изобьют до полусмерти, это конец.
Замах дубинкой: в то же мгновение чья-то рука перехватила оружие. Виктор в шоке оглянулся. Высокий незнакомец с широкими плечами подкрался незаметно. Несколько секунд он держался за дубинку, а мент пытался вырвать её.
Наконец раздался изумлённый вздох.
– Ты чё творишь, мразота? – заорал представитель закона. – В камеру захотел? Вместе с этим придурком утрамбую, будете рядком лежать на параше…
Виктор не видел лица неожиданного спасителя, капюшон толстовки покрывал голову. Зато разглядел спецназовец: он вскрикнул от ужаса и отскочил назад. Дубинка осталась в руках незнакомца.
– Кто… что…
Из уст мента раздавалось невнятное бормотание, почти лепет ребёнка, который неожиданно столкнулся с серьёзной проблемой. Он скинул с головы шлем. Виктор увидел мокрое от пота лицо, широко раскрытые глаза, в которых читался страх.
– Иди домой к семье! – Голос незнакомца оказался низким, но в то же время гулко разносился по переулку, словно набирал эхо. – Хочешь, чтобы они узнали, чем ты занимаешься тут?
– Пошёл ты!
Спецназовец исчез в сумерках, превращаясь в тень. Лишь громкий топот возвещал о том, что Виктор не спятил: это произошло на самом деле.
– Как ты? – спросил спаситель, выкидывая дубинку. – Избил?
– Не успел, спасибо, - покачал головой блогер. – Телефон разбил только, сволочь. Надо менять крышку, а в остальном уцелел.
– Знакомое лицо… где я мог тебя видеть?
Незнакомец подал руку парню, помогая подняться.
Виктор оказался на ногах, а спаситель снял с головы капюшон. В этот миг блогер вздрогнул, словно вспышка молнии озарила мозг.
Взгляд незнакомца настолько мощный, словно прожекторы проникали прямо в душу. В нём читался многолетний опыт, годы страданий и боли, пережитых, если не в аду, то в похожем месте.
Не удивительно, что мент так испугался, едва не обмочился от страха.
Спустя несколько секунд ледяной отблеск в глазах пропал, уступая место улыбке. По лицу скользнула тень, и будто одна маска сменилась другой. На Виктора смотрел красивый блондин лет тридцати, с безмятежным лицом, напоминавший какую-нибудь звезду эстрады, раздававшую автографы после концерта.