Орден Славы
Шрифт:
В конце концов он вернулся на выбранное им место и щелкнул выключателем экрана. На нем появилось лицо лейтенанта с базы. Тот вопросительно поглядел на Дона Мазерса.
Дон доложил, стараясь говорить взволнованно:
— Мазерс. Разведчик У-102, сектор А22-К223.
— Да-да, — позевывая прервал его тот.
— Я обнаружил крейденовский крейсер, думаю, Миро-класса.
Лейтенант дернулся. Он нажал какую-то кнопку, экран замерцал, потом засветился вновь.
Седовласый адмирал Флота оторвал взгляд от бумаг, лежащих перед ним на столе.
— Да?
Дон Мазерс отрапортовал:
— Обнаружен крейсер Миро-класса в секторе А22-К223, сэр. Я нахожусь в пятидесяти милях от него. Думаю, пока меня не обнаружили. По крайней мере он в меня не стреляет.
Адмирал подавал кому-то знаки. Двое младших офицеров подошли к экрану, получили набросанные на бумаге приказания. Адмирал быстро зажег приказы на двух других экранах. Через секунду он вновь взглянул на Дона Мазерса.
— Держитесь, лейтенант. Наблюдайте за ним столько времени, сколько сможете. Ваши точные координаты?
Дон дал координаты и продолжал ждать.
Через несколько минут адмирал вновь повернулся к нему.
— Дайте взглянуть, лейтенант.
Дон Мазерс установил экран так, чтобы видно было крейденовский крейсер. Ладони у него взмокли, но пока все шло по плану. Он жалел, что не может хлебнуть еще немного.
Адмирал произнес:
— Миро-класс, все правильно. Не приближайтесь к нему, лейтенант. Они подожгут вас к чертям и уплывут. У нас есть оперативная группа в часе полета от вас. Положитесь на них.
— Да, сэр. — Час. Он был рад узнать это. Времени оставалось немного.
Он подождал еще пять минут и затем доложил:
— Сэр, они набирают скорость.
— О, черт, — выругался адмирал, затем быстро включил еще экраны, рявкая одну команду за другой.
Дон решительно заявил:
— Я иду следом за ними, сэр. Они увеличивают скорость. Через пять минут они будут так далеко, что я не смогу достать их. Это совершенно точно.
Адмирал испуганно взглянул на него.
— Не будьте ослом.
— Они уйдут, сэр.
Зная, что каждое его движение видно на экране, Дон Мазерс пяткой правой ноги нажал на поднимающий рычаг своей пушки.
Адмирал резко перебил его:
— Пусть уходит, дурак. Ты не протянешь ни секунды. — Затем, повышая голос: — Это приказ, лейтенант!
Док выключил экран. С кислой миной на лице он приблизился к крейденовскому кораблю, выстрелил. Он собрался истратить каждый эрг энергии своего Разведчика и сжечь судно до такой степени, чтобы его атака выглядела настоящей и следы предыдущего боя были уничтожены.
Награждение Галактическим орденом Славы, как обычно, было обставлено с минимумом церемоний.
Только Президент и капитан Донал Мазерс собственной персоной находились в кабинете Президентского дворца.
Однако оба они знали, что каждый экран Солнечной системы настроен на них.
Дон Мазерс отдал салют и вытянулся по стойке «смирно».
Президент зачитал приказ, короткий, как и все приказы о награждении орденом Славы.
«…за выдающуюся храбрость, превышающую голос долга, за то, что в одиночку, при невероятной разнице в силах, атаковал и победил вражеский крейсер, в разведке, вооруженный только коротковолновой пушкой…»
Он приколол к мундиру Дона Мазерса маленький кусочек металла на орденской ленточке. Это был непритязательный, необычайно обычный орден, Галактический орден Славы.
Дон хрипло поблагодарил:
— Спасибо, сэр.
Президент пожал ему руку и ответил:
— Я — Президент Объединенной Солнечной Системы, капитан Мазерс, а это, вероятно, самый высокий пост, которого может достичь человек. — И добавил просто: — Хотел бы я быть на вашем месте.
Впоследствии, в Нью-Вашингтоне, мечтая об одиночестве и будучи одинок, он бродил по улицам, изредка волнуясь, когда кто-нибудь узнавал его и люди останавливались и аплодировали.
Про себя он усмехался.
Дон уже подозревал, что через некоторое время он привыкнет и ему это смертельно надоест, но в данный момент все было ново и удивительно. Кто был тот летчик, который давным-давно первым перелетел через Атлантику? Его популярность, должно быть, была примерно такой же.
Обедать Мазерс пошел в «О'Доннелс», и как только он вошел, оркестр, игравший популярную мелодию, замолчал и грянул Межпланетный гимн. Хозяин ресторана сам проводил его к столику и посоветовал, что заказать и какое вино выбрать.
Лишь только он сел, остальные посетители ресторана — и мужчины, и женщины — встали, повернулись к нему и захлопали. Дон вспыхнул. Это начинало надоедать. После еды, совершенно фантастической, Дон выкурил сигару и попросил метрдотеля принести счет.
Метрдотель улыбнулся:
— Капитан, боюсь, в «О'Доннелсе» с вас не возьмут денег ни за этот обед, ни за любой другой. — Он помолчал и добавил: — Знаете, капитан, я сомневаюсь, есть ли в Солнечной системе ресторан, где с вас взяли бы деньги. И будет ли такой когда-нибудь.
Дон Мазерс был ошеломлен. Только сейчас он начал понимать, как много ему дает орден Славы.
В Штаб-квартире Космического командования, в третьем отделении, Дон вытянулся по стойке «смирно» перед столом Коммодора и отсалютовал.
В ответ Коммодор энергично откозырял и вновь уселся в кресло.
— Садитесь, капитан. Рад вновь видеть вас. — Добавил любезно: — Где вы были?
Дон Мазерс плюхнулся в кресло, устало ответил:
— В запое. В таком, что всем запоям запой.
Коммодор рассмеялся: