Шрифт:
Глава 1
Стройка на окраине Вадуца
Княжество Лихтенштейн
Настя медленно открыла глаза, пытаясь сфокусировать взгляд. Голова гудела, как колокол после удара. Мир плыл, краски смешивались, звуки доносились как будто через толщу воды.
Первое, что она увидела — испуганное лицо Ганса, склонившегося над ней.
— Госпожа! Слава богу, вы очнулись!
— Г-ганс? — Настя попыталась сесть, но тело отозвалось слабостью. — Что… что произошло? Где мы?
Она огляделась. Они находились на каком-то пустыре, заваленном строительным мусором. Вдалеке виднелись недостроенные ангары. Строительная площадка? Да, кажется, Ганс вызвал её сюда…
Она с трудом вспоминала детали…
Обычно рассудительный и спокойный Ганс позвонил ей с такой паникой в голосе, что она с трудом разобрала слова. Сказал, что-то срочное, что Теодор будет в ярости.
Что могло случиться? Какая ещё ярость у Теодора? Это было странно. Не теряя времени (Борис был чем-то занят), Настя вызвала машину и поспешила на окраину города, к старому недостроенному объекту, которое «Созидатель» недавно взял в работу.
Место встретило её тишиной. Заброшенная строительная площадка — бетонные плиты, кучи гравия, ржавеющие остатки какой-то техники. И ни души. Кроме Ганса, который стоял поодаль и лихорадочно махал ей рукой.
А дальше всё как в тумане…
— Что тут случилось? — повторила она, замечая, как Ганс нервно оглядывается.
— Он… он напал! — Ганс схватил её за руку, помогая подняться. — Нам нужно уходить, Анастасия! Быстро!
— Кто напал? Ганс, объясни толком!
И тут она увидела ЭТО.
Там, в конце пустыря, разворачивалась битва титанов. Абаддон, её верный, несокрушимый защитник, сражался с неизвестным человеком.
Абаддон был изранен, его металлическая броня покрыта вмятинами и оплавленными следами, некоторые сочленения искрили. Он двигался медленно, тяжело отбивая атаки противника.
А противник… Настя не верила своим глазам. С виду — добродушный толстячок, похожий на какого-нибудь весёлого молочника или пекаря из соседней деревушки. Но двигался он с поразительной скоростью, почти как призрак. Вокруг него парили четыре призрачных клинка, сотканных из какой-то мерцающей энергии. Они атаковали Абаддона со всех сторон, оставляя на его броне глубокие борозды.
— Ганс, кто это такой?
— Он… он взял меня под контроль, — торопливо объяснил Ганс. — Мои мозги как будто в тисках зажало. Он заставил меня позвонить вам, заманить сюда под предлогом ЧП. Как только вы подошли, он появился. Пытался сделать то же самое с вами, но ваше кольцо… оно его остановило. Отразило часть атаки.
Ганс кивнул на обручальное кольцо на её пальце, подарок Теодора.
— Вы потеряли сознание, а он… он собирался вас забрать. «Сломать», как он выразился. Я пытался сопротивляться, кричал мысленно, но был бессилен. А потом… потом появился он…
Ганс кивнул на Абаддона.
— … буквально из ниоткуда. И сразу атаковал. Нам нужно бежать отсюда, срочно! — сказал Ганс, поднимаясь на ноги и пытаясь поднять Настю.
— А как же Абаддон?! — Настя смотрела, как её защитник, хоть и израненный, продолжает сражаться.
— ГОСПОЖА! ЭТО НЕ ТОТ ПРОТИВНИК, К КОТОРОМУ МОЖНО ОТНЕСТИСЬ ПРЕНЕБРЕЖИТЕЛЬНО! УХОДИТЕ! — механический голос Абаддона прозвучал на удивление чётко, несмотря на грохот боя.
— Этот враг даже сильнее Абаддона, — добавил Ганс. — Я видел… он уникален. У него как минимум два Дара. Он точно менталист высочайшего уровня. Эта сила ломает сознание, подчиняет волю. Он легко мог бы управлять нами обоими, если бы не ваше кольцо и не Абаддон. И похоже, он ещё и телекинетик — вон как швыряется обломками!
Настя вспомнила рассказы Теодора о псиониках — Одарённых, чей Дар, хоть и казался простым, давал невероятные возможности: от чтения мыслей и ментальных щитов до управления материей и даже самоисцеления. Этот противник был очень опасен.
Абаддон молча сражался, принимая на себя всё новые удары. Его противник усмехнулся:
— А твой господин даже слабее, чем я думал, раз создал такого слабого голема. Медленный, неповоротливый… Как будто из прошлого века. Нежизнеспособная конструкция.
Тогда Настя попыталась помочь Абаддону. Она вытянула руки, концентрируя свою силу, пытаясь поднять камни, создать земляной барьер… Но её магия разбилась о невидимую преграду, даже не коснувшись противника.
Ментальный щит? Псионический барьер? Она не знала. Но понимала — её магия здесь бессильна. Её охватила паника.
Её руки сами собой потянулись к телефону и судорожно нажали тревожную кнопку, вызывая гвардию. Теодор сейчас далеко, он не успеет.
Её взгляд упал на обручальное кольцо на пальце — «Сердце Архитектора». Оно спасло её. Но почему её собственная магия не сработала против менталиста? Может, дело в природе его силы? Или в его защитных техниках?
Гвардейцы прибыли быстро. Десяток бойцов в «Стражах» высыпали из бронетранспортёра. Но их вмешательство лишь ненадолго замедлило противника. Он играючи раскидал их, используя телекинез, швыряя друг в друга, как кегли.
— О, массовка подтянулась? — незнакомец сделал неуловимое движение рукой, и два гвардейца, как марионетки, вдруг застыли на месте, а затем рухнули на землю, потеряв сознание. — Слабаки.
Остальные гвардейцы открыли огонь, но их пули и энергетические заряды так же бессильно разбивались о невидимый щит противника.
Настя с удивлением наблюдала, как её противник теснил Абаддона. Четыре призрачных клинка парили вокруг него, управляемые телекинезом.
Он швырял в Абаддона обломки арматуры и бетона, вытаскивал из своей сумки какие-то странные устройства, похожие на гранаты, и бросал их в голема-генерала. Пытался сковать его псионическими путами, сдавить само его металлическое тело.
Абаддон выдерживал этот натиск, его нефритовый топор раз за разом разрубал летящие в него обломки, броня выдерживала взрывы странных гранат, но он явно завяз в обороне.