Чтение онлайн

— У нас прогресс, капитан, — подходя к ним, объявил О'Хейган. Он помахал пачкой исписанных листков и показал на свой диктофон. — Я выделил из речи этих певунов не меньше шести существительных, вернее, их аналоги. Если бы я учился музыке, то справился бы еще лучше.

— Возьмите кого-нибудь в помощники.

— Уже взял Шелли и Паскаля. Думаю отправиться ненадолго в город.

— Можете не торопиться. Возвращайтесь, когда сочтете нужным, — небрежно ответил Гарамонд.

О'Хейган пытливо посмотрел на него.

— Ладно, Вэнс. Еще мне не терпится поближе изучить их технику, взглянуть на какие-нибудь мастерские.

— Превосходно, Деннис, желаю удачи.

Отвязавшись от О'Хейгана, Гарамонд осмотрелся, увидел оранжевое пятно возле одного из самолетов и зашагал к Дениз Серра. Заметив, что она беседовала с женщинами из других экипажей, он заколебался, хотел было обернуть в сторону, но Дениз помахала ему рукой, прося подождать. Умница, приветливая, обаятельная и желанная. Его идеал.

Девушка оглянулась, нахмурилась, увидев посторонних, и кивнула в сторону безлюдного участка луга с нетронутой травой. Гарамонду было приятно, что она разделяет его желание уединиться.

— Безмерно рад видеть тебя снова.

— Я тоже рада, Вэнс. Как твои дела?

— Лучше. Я словно заново рождаюсь на свет.

— Поздравляю. А я сейчас присутствовала на учредительном собрании женской лиги Орбитсвиля. Мужчин решили не приглашать. Пусть будет немножко таинственно, как в монашеском ордене.

— О-о, продолжайте, сестра Дениз.

Она улыбнулась, потом опять посерьезнела.

— Вэнс, мы проголосовали за прекращение перелета.

— Единогласно?

— Да. Пять самолетов рано или поздно сломаются, а мы уже вряд ли найдем подходящее место для жилья. Эти гудящие туземцы на вид дружелюбны, мы сможем изучать их, вот и полезное занятие на первое время. Не считая продолжения человеческого рода.

— А сколько мужчин хотят остаться?

— Мне очень жаль, Вэнс, но таких большинство.

— Не стоит сожалеть. При создавшемся положении это вполне логично.

— Но ведь у тебя останется только два самолета.

— Ничего страшного, — сказал Гарамонд, думая, когда же он наконец перестанет играть роль мученика и сообщит Дениз, что уже пришел к соглашению с самим собой.

Она взяла его за руку.

— Я же знаю, ты разочарован.

— Спасибо, Дениз. Благодаря тебе я взглянул на многие вещи по-новому.

Она немедленно убрала руку, и Гарамонд опять почувствовал неловкость. Он смотрел на нее внимательно и выжидающе.

— Разве Клифф не сказал тебе, что я жду ребенка? Его ребенка.

Лицо Гарамонда осталось бесстрастным.

— В этом не было необходимости.

— Значит, не говорил. Ну, погоди, доберусь я до этого здорового…

— Я же не совсем слеп, Дениз, — капитан заставил себя улыбнуться, — и все понял, увидев вас сегодня утром. Только еще не успел поздравить.

— Спасибо, Вэнс. В этой глухомани нам понадобится надежный крестный отец.

— Боюсь, к нужному моменту я буду уже далеко.

— О-о! — Дениз растерянно отвернулась. — А я подумала…

— Что я сдамся? Нет. Не все еще потеряно, ведь в ответе компьютера, сама знаешь, не содержалось категорического утверждения, будто двумя самолетами невозможно достичь Бичхэд-Сити. Дело упирается в простое везение или невезение, не правда ли?

— Смахивает на русскую рулетку.

— Ладно, Дениз, поговорим об этом в другой раз.

Гарамонд отвернулся, но она схватила его за локоть.

— Прости, мне не следовало так говорить.

Он взял ее ладонь и пожал, снимая со своей руки.

— Я действительно рад за вас с Клиффом. А сейчас извини, у меня уйма дел.

Несколько часов капитан прикидывал, как уместить нужные вещи в двух оставшихся самолетах. Наступила мгновенная темнота, но он, включив свет, продолжал сосредоточенно работать. Ветерок доносил из лагеря звуки пирушки, однако капитан не обращал на них внимания, считая и пересчитывая десятки вариантов распределения нагрузки, стараясь наиболее оптимально использовать полезное пространство фюзеляжей.

На борт поднялся О'Хейган и протиснулся к застеленному старыми картами столу.

— Я только теперь осознал, насколько привык полагаться на компьютеры,

— посетовал капитан.

О'Хейган нетерпеливо тряхнул головой.

— А я провел самый удивительный день в моей жизни. Чтобы прийти в себя, мне, пожалуй, необходимо выпить. Поделитесь своими запасами. — Ученый плюхнулся на стул, не дожидаясь, пока Гарамонд достанет пластмассовую бутылку, потом осторожно глотнул прямо из горлышка. — Время не меняет эту отраву.

— Зато меняет человека, который ее изготовил.

— Как и всех нас. — О'Хейган отпил еще глоток и, видимо, решил закончить предисловие. — Надежда оказалась тщетной. Ни черта мы не добудем у этих аборигенов. Знаете, почему?

— Потому что у них нет таких станков?

— Вот именно. Они работают вручную. Вы это знали?

— Догадывался. У них есть автомобили и аэропланы, но нет заводов, аэродромов и дорог.

— Недурно, Вэнс. На сей раз вы всех опередили. — Деннис побарабанил пальцами по столу. В тесном пространстве самолета дробь прозвучала гулко и неприятно. О'Хейган снова заговорил, но уже без свойственной ему язвительности: — Они пошли другим путем. Ни разделения труда, ни массового производства, ни стандартизации, одна кустарщина. Желающий иметь автомобиль или электросбивалку для теста делает их сам от начала до конца. Вы заметили, у них даже велосипеды разные?

— Конечно. Они зачем-то подсчитывали наши самолеты.

— Я тоже обратил внимание, хотя тогда не понял. Должно быть, их поразила эскадрилья одинаковых машин.

— Вряд ли они поразились, — не согласился Вэнс. — Может, слегка удивились. Мне показалось, что эти люди по натуре не любопытны. Если у каждого аборигена есть свой отдельный дом, значит, в городе тысяч двадцать жителей. А подивиться на нас явились от силы две сотни. И почти все приехали на собственном транспорте.

— Стало быть, по-вашему, нас встречали только фанатики технического прогресса?