Опытный образец
Шрифт:
Слово взял Гуаскль. С трепетом облегчения Бентли понял, что обряд посвящения закончился.
– О братья, - сказал Гуаскль, - чужеземец преодолел великую пустоту, чтобы стать нашим братом. Многое в нем странно, и его окружает нечто, похожее на зло. И все же добрая воля его очевидна. Никто не сомневается, что по сути своей он честен и благороден. Сим посвящением мы очищаем его от злого духа и принимаем в свою среду.
Среди гробовой тишины Гуаскль подошел к Бентли.
– Отныне, - сказал Гуаскль, - ты заклинатель духов и воистину один из нас.
– Он протянул руку.
Бентли почувствовал, что сердце его бешено заколотилось. Он победил! Его приняли! Он крепко стиснул протянутую руку Гуаскля.
Во всяком случае, хотел стиснуть. Это не вполне удалось, так как неизменно бдительный "Протект" спас его от соприкосновения, возможно таящего угрозу.
– Проклятый идиот!
– взревел Бентли, быстро найдя кнопку и отключив поле.
Он сразу же понял, что быть беде.
– Нечистая сила!
– пронзительно закричали тельсиане, неистово замахав оружием.
– Нечистая сила!
– возопили заклинатели духов.
Бентли в отчаянии обернулся к Гуасклю.
– Да, - печально промолвил молодой заклинатель, - все верно. Мы лелеяли надежду, что древний обряд изгонит злого духа. Но это невозможно. Злого духа надлежит уничтожить! Убьем дьявола!
На Бентли обрушился град копий. "Протект" мгновенно отреагировал. Вскоре стало ясно, что дело зашло в тупик. По нескольку минут Бентли оставался в защитном поле, затем отключал его. Тельсиане, видя, что он невредим, возобновляли "огонь", и защита мгновенно срабатывала снова.
Бентли хотел отойти к звездолету. Однако "Протект" то и дело включался. При такой скорости передвижения понадобился бы месяц, а то и два, чтобы пройти милю, так что не стоило и пытаться. Он просто переждет. Через некоторое время нападающие поймут, что не в силах причинить ему вред, и две расы наконец найдут общий язык.
Он старался расслабить мускулы внутри поля, но эта затея оказалась немыслимой. Он был голоден и очень хотел пить. И воздух внутри защитного поля постепенно становился все более спертым.
Тут Бентли с содроганием вспомнил, что ночью воздух не проникал сквозь окружающее его поле. Естественно, ведь оно непроницаемо. Если не принять мер, недолго и задохнуться.
Бентли знал, что самая неприступная крепость может пасть, если ее защитники голодают или задыхаются.
Он лихорадочно принялся размышлять. Долго ли тельсиане будут вести наступление? Ведь рано или поздно они устанут.
А если нет?
Он терпел, сколько мог, пока воздух не стал совершенно непригоден для дыхания, а затем отключил поле. Тельсиане расселись на земле вокруг чужака. Горели костры, на которых готовили пищу. Ринек лениво метнул в него копье, и поле в который раз включилось.
– Ага, - подумал Бентли, - сообразили. Собираются уморить меня голодом.
Он попытался сосредоточиться в темноте, но стены чулана словно сдавливали его. У него началась клаустрофобия: ведь воздух, которым он дышал, опять становился спертым.
Немного подумав, он отключил поле. Тельсиане глядели на него холодно. Один из них взялся за копье.
– Погодите!
– закричал Бентли. Одновременно он включил рацию.
– Чего тебе надобно?
– спросил Ринек.
– Выслушайте меня! Это же несправедливо - заманить меня в "Протект", как в капкан!
– А? Что происходит?
– раздался голос профессора Слиггерта у него в ухе.
– Вы, тельсиане, знаете, - хрипло продолжал Бентли, - вы знаете, что меня можно уничтожить, непрерывно приводя "Протект" в действие. Я не могу его отключить! Я не могу из него выбраться!
– А-а!
– сказал профессор Слиггерт.
– Я понимаю, в чем затруднение. Да-да.
– Нам очень неприятно, - извинился Гуаскль, - но злого духа надлежит уничтожить.
– Конечно, - безнадежно сказал Бентли, - но не меня же.
Помогите мне, профессор!
– Это действительно упущение, - бормотал профессор Слиггерт в задумчивости, - и очень серьезное. Как ни странно, подобные случаи нельзя предусмотреть, сидя в лаборатории. Они обнаруживаются лишь при проведении всей программы полевых испытаний.
– Великолепно! Но я-то уже здесь! Как мне снять эту штуку?
– Простите меня, - сказал Слиггерт.
– Поверьте, я никак не ожидал, что может возникнуть такая необходимость. По правде говоря, я сконструировал эти доспехи так, чтобы вы ни при каких обстоятельствах из них не выбрались.
– Ах вы, паршивый...
– Прошу вас!
– строго сказал Слиггерт.
– Не будем терять голову. Если вы продержитесь несколько месяцев, нам, возможно, удастся...
– Не продержусь! Воздуха! Воды!
– Огня!
– вскричал Ринек с искаженным лицом.
– Скуем дьявола огнем!
И "Протект" со щелканьем включился.
В кромешной тьме Бентли старался обдумать все как можно тщательнее. Из "Протекта" придется вылезать самому. Но как? В сумке с инструментами есть нож. Можно ли разрезать крепкие пластиковые лямки? Это необходимо!
Но что потом? Даже если он выйдет из своей крепости, все равно до корабля остается миля. Его, лишенного защиты, убьет первое же копье. Ведь туземцы торжественно поклялись убить его, ибо он был непреложно объявлен злым духом.
Надо бежать, это единственный шанс на спасение. К тому же лучше погибнуть от копья, чем медленно задыхаться в непроглядной тьме.
Бентли отключил поле. Тельсиане окружали его кострами, отрезая путь стеной пламени.
Он неистово рубанул по пластиковой паутине. Нож скользнул по лямке, а Бентли очутился в силовом поле.