Чтение онлайн

Фарвваварийцы не обманули надежд миллиардов подданных. У них оказалось «особое», неизвестное оружие, сокрушившие кочевников. И лишь тогда имперцы поняли, что тягаться с ними пока невозможно. После победы долгие годы космическое государство восстанавливалось, меняло законы, в общем, приобретало свой облик. После смерти земного императора, эль-тарский отрекся от престола, предварительно подписав указ о выборе правителя особым советом. С тех пор империей руководил лишь один правитель.

Прошли столетия, жить в союзе в Фарвваваром оказалось очень удобно и выгодно. И никто уже не помышлял о другом. А если и появлялись недовольные, то зная, что вся тяжелая боевая техника производилась только на Фарвваваре, быстро меняли взгляды. Пойти войной на стражей порядка было слишком рискованно. Правда, кое-какие правители «на местах» пытались в тихую наладить производство танков, экзоскелетов или боевых роботов. Но инспекторы моментально об этом узнавали и отправляли правителя той планеты под трибунал.

…Илья выдохнул и спустился с трапа на ярко-зеленую землю Фарввавара. Воздух планеты был пригоден для человека, и Захаров жадно втягивал его носом. Ветер приносил незнакомые, но приятные запахи. Кое-где виднелись могучие деревья с острыми, копьеобразными листьями бордового цвета. Тяжелые облака медленно ползли по голубому небу. Древняя земля ласково приняла археолога. Илья знал, что когда-то, несколько десятков тысяч лет назад, на месте космодрома находилось море, в котором обитал удивительный народ, имя которого бесследно исчезло. Они строили на дне города, каким-то образом смогли приручить рыб и других подводных обитателей. Но потом, по официальной версии, климат начал резко меняться, и огромное море постепенно превратилось в пустыню. А тот народ исчез. Сухопутные фарвваварийцы, высокие, костлявые человекоподобные существа с зеленой кожей, гибель подводной расы восприняли как дар богов и постарались искоренить о ней память. Отчасти это получилось. Лишь спустя много лет, когда они вышли на новую ступень развития, спохватились и начали бережно собирать осколки некогда великого народа. Илья знал, что в городе Сарвариватире есть музей древней истории. От космодрома до него всего час пути. Поэтому, легионер надеялся успеть туда заглянуть. В его распоряжении было полдня, и потратить это время он решил с пользой. Дъярв лично разрешил ему на несколько часов покинуть расположение легиона. Конечно, Захарова терзали надоедливые мысли о предстоящих сражениях и теоретической гибели черт знает где от дома. Это давило на психику, но Илья сопротивлялся паническим атакам. Можно было сидеть как лягушка на морозе, погрузившись в коматоз, можно заливать литрами в себя спиртное или глушить мозги наркотиками, как делало большинство легионеров, а он нашел свой щит от убийственного будущего – работу. А музей истории был как раз одной из составляющей его деятельности.

Илья только начал мечтать о знакомстве с подводным народом, как его кто-то грубо оттолкнул.

– Чего тормозишь, землекоп? Давай, топай! – прорычал легионер и быстро зашагал вслед за остальными.

Последовал второй толчок в спину, потом третий, четвертый.

– Челюсть подними и маршируй, землеройка! – процедил хмурый декурион Партуш. – Чего уставился? По морде захотел?

Илья промолчал и медленно пошел к базе. В душе он, конечно же, бесился и буянил, до дрожи хотелось врезать наглому французу, но нельзя. Драка со старшим по званию чревата трибуналом. Но не это пугало Захарова. Из-за разборок накроется его путешествие в музей. А второй шанс побывать на планете инспекторов может появиться не скоро, если вообще появится.

– Стоять, легионер!

Кристоф схватил Илью за плечо и дернул.

– Декурион, к чему весь этот цирк? – спокойно спросил археолог, глядя в пылающие бешенством и злостью глаза француза. – Все претензии высказывайте центуриону Яковлеву или же опциону принципов Камачо. Наберитесь смелости и устраивайте разбор полетов с равными по званию. Ага?

Партуш плюнул под ноги Захарову и пошел вперед. Илья устало провел рукой по лицу и покачал головой. Эти свистопляски ему порядком надоели. «И чего он прицепился? – подумал легионер. – Задолбал! Дождется, расхреначу его смазливую мордашку».

«Крестоносцам» выделили казарму под номером 1743. «Надо же, – удивился Захаров. – В 1743 году родился Гавриил Романович Державин». Он любил таким образом тренировать память. Насвистывая себе под нос, Илья зашагал к казарме.

Внутри суетились легионеры. Почти все побросали вещи и начали активно знакомиться с временным домом. Центурионы и опционы в это даже не вмешивались. Они засели в баре и принялись изучать местные алкогольные достопримечательности. Илья подошел к пустой кровати и положил на нее рюкзак.

– Мы в бар, – бросил на ходу Хасан. – Ты с нами?

Илья отрицательно покачал головой, окинув взглядом мрачную, словно стая бездомных собак, компанию триариев. Если пойти с ними, то свои принципы пальцы повыламывают.

– Как хочешь, – равнодушно пожал плечами турок. – Только потом не удивляйся. Ничему не удивляйся.

– Отвали от него, – раздался голос.

Удивленный Хасан и еще больше удивленный Илья обернулись. К ним не спеша подошел коренастый выбритый принцип с толстенной золотой цепочкой на бычьей шее. Илья стал быстро вспоминать, как зовут неожиданного заступника. То ли Ник, то ли Стив, то ли хрен его знает как.

– Ха, наша землеройка обзавелась дружком, – засмеялся один из триариев. – А вы уже узаконили свои чувства?

Не успел он закрыть рот, как кулак принципа врезался в его челюсть. Охнув, триарий плюхнулся на задницу и непонимающе захлопал глазами. Десяток легионеров, ставших невольными свидетелями разборок, дружно заржали. «Да вашу ж мать», – пронеслось в голове у Захарова, когда на них кинулась озверевшая толпа. Он ловко увернулся от одного кулака, но правым боком налетел на другой. Тут же боль кипятком разлилась по голове. Илья отлетел к стене. Перед глазами мелькнула чья-то тень. Захаров откатился в сторону и поднялся на ноги. Схватил кого-то за воротник и отшвырнул к стене. Послышался удар, а следом витиеватый мат. Вдруг совсем рядом появилось перекошенное лицо Хасана. Илья, что было сил, съездил по нему кулаком.

– Фигня-война, – послышался довольный голос принципа.

– Какого черта ты влез? – гаркнул Илья. Мысли и чувства уже пришли в норму и теперь он с ужасом рассматривал шестерых триариев, валяющихся на полу. – Офонареть! Мы ж теперь под трибунал пойдем, идиота кусок!

– Чего развопился? – легионер ласково улыбнулся. – Они бы тебя замесили как не фиг делать! Хоть бы «спасибо» сказал.

– Пожалуйста, – буркнул Захаров. – Тебя как звать-то, заступник?

– Стив.

– Тебе просто кулаками захотелось помахать, да?

– Ага!

Лицо Стива расползлось в широкой улыбке. Удар и легионер составил компанию триариям на полу. Из разбитого носа побежал алый ручей.

– Захаров! Растудыть твою тудыть! – прохрипел Мстислав. Он остановился в дверях и ошарашено разглядывал поверженных солдат. – Не, ну ты издеваешься? Тебя на минуту оставить одного нельзя! Ты точно археолог, а?

Центурион сделал пару шагов и покачал головой, рядом с ним нарисовался угрюмый Камачо.

– Такими темпами ты легион оставишь без пилотов, водителей и стрелков. Кто кавалерией рулить будет, а? Партуш всеми кораблями одновременно? – пробурчал опцион принципов.

Илья хлюпнул разбитым носом и уставился в ботинки.

– Ну чего ты молчишь? – спросил Мстислав.

Он подошел к одному из триариев и пнул его в живот. Тот отозвался жалобным воем.

– А что тут скажешь?

– Да действительно! Замесил семерых триариев, что тут можно сказать?!

– Максимум двоих. Остальных он, – ответил Илья, кивком указывая на Стива.

– А он кто? – поинтересовался Камачо.

– Принцип Стив, фамилию не знаю и центурию тоже.

– А его тогда кто замесил?