Чтение онлайн

И тут в «Скате» что-то пискнуло. Дымок быстро к флаеру, пощелкал там на пульте, через минуту возвращается – но какой-то подозрительный. Поймал я его за локоток, усадил возле себя.

– Дымок, – шепчу, – что там?

– Кажется, флаер пролетал в нескольких кмах, – шепчет. – Серж, ты осторожнее… – он мне шепчет, а сам все на Евины коленки смотрит.

И как-то странно смотрит. Больно смело смотрит, глазами не бегает.

Я сразу-то не догадался. Конечно, на гальке голыми коленками сидеть – это на любителя. Но ведь она в горе, вот и не замечает острых камней.

Но чувствую, зудит что-то в голове, словно какая-то заноза – что-то здесь не так! А что именно – сразу не понять.

А Дымок на коленки ее уже насмотрелся.

– Ева, – говорит так вкрадчиво, – а как вы сюда добрались? Где ваш флаер?

И тут до меня дошло. Действительно, как она здесь оказалась? Пешком дойти не могла – туфли на ней с такими шпильками, что носки едва земли касаются. Флаера рядом нет. А привезти ее сюда и бросить одну в таком состоянии… это звери должны быть, а не люди! Но тогда как же она сюда добралась?

А с Евой от вопроса что-то случилось.

Встает она – и как-то странно встает. Такие у нее движения, что у меня рука сама к станнеру потянулась. Вроде бы и все нормально, только пластика у нее – как у накаченного атлета. Но ноги и руки у Евы не мускулистые, даже чуточку худоваты – ну никак не должна она так двигаться!

И это еще что. Под каблуками у нее так скрипит, словно не худенькая девчонка – а тяжелый танк разворачивается!

Дымок тоже вскочил, кричит что-то – только мне уже не до него. Потому что Ева вдруг подобралась – да как прыгнет на меня! Прямо через костер, пять метров в один миг покрыла – пламя с ревом в стороны брызнуло!

Я даже до станнера не успел дотянуться. Только в сторону откатился, а в голове одна мысль: люди так не могут! Еле успел увернуться – спасла меня моя реакция. Другой бы точно не успел ничего сделать.

Ева, красотка психованная, в полете сгруппировалась – и как врежется в гальку, где я только что сидел! Ухнуло не хуже взрыва, а камни в стороны – почище осколков.

Ну, тут уж у меня рефлексы включились. Четыре года на боевых тренажерах, все-таки! Вскочил я на четвереньки, пока Ева не успела перевернуться, и изо всех сил ей по шее врезал. И не ребром ладони, а насмерть – кулаком, во всю силу.

Врезал – и как заору! Я же думал, там шея – а там словно бетонная стена! Пальчики мои только хрустнули, а руку до плеча так дернуло, что от боли не знаю, куда и деться, перед глазами все в ослепительных искрах утонуло.

Секунд через десять перестал я орать и по земле кататься. Дымок из флаера аптечку тащит. Ева лежит рядом с перебитой шеей. И сразу видно, никакая она не девка была. Кожа на шее порвалась, а оттуда кабели разорванные торчат и погнутые стальные пруты в палец толщиной. Вот из-за чего так больно было.

Только Дымок мне обезболивающее вколол – внутри «Ската» взвыло так, словно вот-вот реактор накроется.

– Прости, Серж! – Дымок пищит и быстрее к флаеру.

Глянул на мониторы – и в крик:

– Серж! Серж! Нас окружают! Быстрее внутрь! И андроида тоже!

Наркотик уже подействовал. Боль в руке пропала, а на душе – словно праздник. И рука, и вообще все вокруг сразу стало по… ну, типа, море по колено, даром что правую руку словно через мясорубку пропустили.

Хватаю я андроида лихо – и чуть не падаю. Эта Евочка только с виду хрупкая. А внутри так железом набита, что центнера под три весит, еле от земли ее оторвал. Дотаскиваю кое-как до флаера, забрасываю ее в кресло рядом с Линским.

Только дверь захлопываю – Дымок так стартует, что одни гравы-компенсаторы и спасли. Выскакивает наш «Скат» из расщелины – и вверх, на шести звуках.

Внешние камеры и радар сразу вырубились. На такой скорости воздух вокруг корпуса в плазму превращается, и все электромагнитные детекторы бесполезны. Только по гравидетекторам и можно ориентироваться. А по ним выходит, что три флаера нас в коробочку берут, еще чуть-чуть – и блокируют нас сверху. Потом прижмут к земле, и все…

Но Дымок на штурвал изо всех сил налегает, и преследователи отстают потихоньку – можем и уйти, если повезет!

На шести звуках корпус мигом раскалился. На пульте все мигает и верещит – корпус едва выдерживает. Но Дымок скорости только добавляет. Уж не психанул ли братишка со страху? Хотел я уже у него управление отобрать. Если он и дальше так гнать будет, корпус не выдержит. А когда корпус флаера на такой скорости лопнет, нас с обломков отскребать придется! Встречное давление за пять атмосфер, да еще сколько там тысяч градусов!

Уж лучше сдаться. Сдается мне, это родные ангарские особисты нас выследили. Может, и не будут нас сразу ракетами расстреливать…

Но тут наружные камеры включились, а индикаторы шуметь перестали. Это мы четвертый десяток кмов разменяли, и атмосфера вокруг все реже и реже. А чем реже атмосфера, тем больше предельная скорость, которую корпус может выдержать – плазмы-то вокруг корпуса все меньше становится.

Вместе с камерами и радиопередатчик включился. По стандартным частотам идет вызов в обычной кодировке, и электроника «Ската» автоматически его приняла.

– Эй, щенки малолетние! – хриплый голос из динамиков несется. – Немедленно остановитесь! Иначе открываем огонь!

А мы уже шестой десяток кмов разменяли, и электроника нашего «Ската» преследующие флаеры идентифицировала. Все три – тоже «Скаты», но девяностой модели.

– Жми, Дымок! – кричу. – Жми! В открытом космосе мы от них уйдем! Атмосферы здесь нет, а гравы на нашем «Скате» круче!

Тут и Линский с задних кресел голос подает. Мычит, прямо надрывается. Из-за кляпа ничего не разобрать, но понять его не трудно, тоже советует Дымку поднажать – чего же еще?

А Дымок вдруг сбрасывает скорость.