Чтение онлайн

Алан хмыкнул.

— Эндрю сейчас дома?

— По-моему, да. Я встретила Карлу на прошлой неделе. Она ждала его в тот день к вечеру. В половине случаев она не знает, когда он объявится. Его без дела не оставляют. Ее огорчает, что он в этом году так и не выбрался на матчи по регби с участием Люка. Сама пару раз ездила в Кембридж, но мальчик, по-моему, предпочел бы увидеть отца. Конечно, Эндрю тоже расстроен. Наверно, они успели привыкнуть к подобному положению дел. Он много лет работает в Брюсселе, в Страсбурге, повсюду, где Европейский союз раскидывает шатры. Семейная жизнь превращается в хаос.

— Я бы с удовольствием с ним поболтал, — задумчиво вымолвил Алан. — Бог знает, когда в последний раз разговаривал по-настоящему, целый год вообще не видел, а это позор при столь близком соседстве.

— Мы оба были приглашены на новогодний обед, — напомнила Мередит. — А тебе пришлось заниматься делом о подлоге и приносить глубокие извинения.

— Все поправим. Разузнай у Карлы, когда Эндрю в очередной раз вернется домой, и мы вместе куда-нибудь сходим, устроим пышный пир и предадимся воспоминаниям.

Мередит надула губы.

— Старые школьные узы? Вы вместе учились?

— Он был на год старше. В мои времена старшие с младшими не братались, поэтому мы не стали приятелями. Мне запомнился крепкий парнишка, постоянно уткнувшийся носом в книжку и преждевременно достигший среднего возраста. Знаешь, четырнадцать, а потом сразу сорок. Шел прямым курсом к университету, а школа потирала руки, предчувствуя победителя. Мог отбарабанить любую латынь без запинки, вот только спортсмен из него никакой. — Алан нахмурился. — Интересно, кто эта загадочная девушка… Ее должны были ждать.

— Я совершенно уверена, что не ждали. Есть в ней что-то… — Мередит помедлила, подыскивая нужное слово. — Знаешь, она как-то таилась. Разумеется, не подкрадывалась, пряча лицо. Как я уже сказала, держалась уверенно. Более чем. Просто возникло странное ощущение… Думаешь, я правильно сделала, что ее подвезла? — В голосе послышалась тревога.

Алан поспешил ее успокоить:

— Если она решится повидаться с семейством Пенхоллоу, все равно добралась бы раньше или позже, с твоей помощью или без.

Взгляд Мередит упал на открытую страницу журнала «Гарден» с изображением традиционного деревенского сада со смешением всевозможных форм и красок. Она дотронулась пальцем до картинки.

— Знаешь, в саду у Пенхоллоу есть привидение.

— Для некоторого разнообразия рядом с парочкой гномов с удочками.

— Честно. Без обмана. Оно там со времен гражданской войны шестьсот сороковых годов. Я сказала «оно», а точнее, «она». Призрак девушки.

— И Карла его видела, да? До или после рюмочки на сон грядущий?

— Ты слишком циничен, — объявила Мередит. — Потому что в полиции служишь. Это печальная история обреченной любви. Наверняка куча всякой белиберды, только есть в ней и нечто прекрасное.

Алан через стол дотянулся и чокнулся с ней.

— Я с самого начала заподозрил под твоей непроницаемой оболочкой романтичную душу.

— У меня нет непроницаемой оболочки! — вскричала она с искренним негодованием, сверкнув ореховыми глазами. — И романтичной души, если на то пошло. Просто интересуюсь местной историей, что должно тебе нравиться. Существует предание о кровавом убийстве.

Алан сел.

— Излагай.

— Ну, члены семейства, жившего в том самом доме, баллотировались в парламент в качестве Круглоголовых. [3] А у шестнадцатилетней дочери был возлюбленный, роялист из соседской семьи. Когда королевское дело казалось проигранным, родные заставили юношу бежать во Францию. Желая напоследок увидеть любимую, он послал с верным слугой записку, назначив вечером встречу в саду у ее дома. Слуга оказался предателем, по пути к саду влюбленного настиг отряд Круглоголовых, и он был убит. С тех пор, когда владельцам дома грозят какие-то беды, та самая девушка появляется в сумерках, бродит среди деревьев, ждет потерянную любовь.

— Какие же им грозят беды? — недоверчиво ухмыльнулся Алан. — Будем надеяться, призрака никто не видел в последнее время. — Улыбка стала шире. — Если только бедная пуританка не сменила стиль, приобретя современный рюкзак и голосуя на дороге, чтобы попасть в Тюдор-Лодж.

Эндрю, не зная, что делать, и еще не опомнившись от неожиданности, прибегнул к тривиальной любезности. Налил чаю, предложил кусок фруктового торта, выиграв время на размышление, но так и не нашел выхода из затруднительной ситуации.

Гостья приняла чашку, отказавшись от торта, и сидела теперь в ожидании за столом в виндзорском кресле, легонько положив руки на резные деревянные подлокотники. Под ногами у нее валялся простецкий рюкзак цвета хаки, из тех, что выставляются на распродажу армейских излишков. Невозмутимым спокойствием на гладком лице, обрамленном роскошными волосами, она напомнила Венеру Боттичелли. Эндрю чувствовал, что находится в ее власти. Положение не из приятных, хотя долго оно не продлится. Из него всегда можно выйти. Он юрист по образованию, поиск лазеек — его вторая натура. Только даже временная беспомощность радости не доставляет.

Нервно кроша пальцами кусок торта, он, весь осклизший от пота, вымолвил:

— Не следовало приезжать сюда, Кейт.

— Ты не рад меня видеть? — Она, наконец, шевельнулась, к большому его облегчению, но только для того, чтобы отпить чаю.

Неизвестно, вообще выпила ли или просто прикинулась. Есть такой эпизод в «Графе Монте-Кристо»: замаскированный герой преследует тех, кто причинил ему зло, бывает у каждого в доме, намекает на свою настоящую личность и отказывается пить и есть. Преломление хлеба с врагом означает отказ от долгожданной мести.