Охотничьи угодья

Перевод: Ирина Иванова

Редактура: Nikolle

Русификация обложки: Hexany

Дизайн артов и коллажей: Hexany

Она наблюдала за ним из засады, как делала уже дважды до этого.

Первые два раза он колол дрова, но сегодня, после сильного снегопада в середине декабря, откидывал лопатой снег с тротуара. Сегодня день, когда она победит его.

С замиранием сердца она смотрела, как он расчищал снег с тщательно контролируемой яростью. Каждое движение отточено. Каждое скольжение лопаты строго параллельно предыдущим линиям в снегу. И в этом строгом контроле она увидела его ярость, подавляемую одной лишь силой воли и которая могла взорваться в любой момент.

Распластавшись на земле и едва слышно дыша, она обдумывала, как бы ей совершить задуманное. Она могла напасть сзади, чтобы у него не осталось времени среагировать. Одно быстрое движение — и все было бы кончено, главное не растерять мужество, как в первые два раза.

Что-то подсказывало ей, что это должно произойти сегодня, что четвертой возможности у нее не будет. Он осторожен и дисциплинирован, и если бы не был так зол, то его обостренные чувства оборотня подсказали бы ему, что она прячется под елями, окружающими передний двор.

Ее трясло от адреналина из-за того, что она планировала сделать. Она лежала в засаде, слабая и трусливая, но это единственный способ, которым могла его одолеть. И это нужно сделать, потому что только вопрос времени, когда он потеряет контроль, благодаря которому работал лопатой в постоянном ритме, в то время как внутри него бушевал волк. И когда его контроль ослабнет, люди умрут.

Он опасен. И мог быть таким быстрым. Если она не справится, он может ее убить. Ей нужно верить, что ее собственные рефлексы оборотня помогут ей. Это необходимо сделать.

Решимость придала ей сил. Это произойдет сегодня.

Чарльз услышал рев двигателя внедорожника, но не поднял головы.

Он выключил свой мобильный и продолжал игнорировать холодный голос отца в своей голове, пока тот не затих. Рядом с его домом на заснеженной горной дороге никто не жил, а значит приехал его отец, решив поговорить лично.

— Привет, босс.

Этого нового волка отправил в стаю Аспен Крик его старый альфа из-за того, что Роберт не мог сдерживаться. Иногда маррок мог помочь, а иногда ему просто приходилось наводить порядок. Если Роберт не сможет научиться дисциплине, то Чарльзу придется избавиться от него. Если Роберт не научится хорошим манерам, то его убийство не будет беспокоить Чарльза так сильно, как должно.

То, что Бран послал Роберта передать сообщение, сказало Чарльзу, насколько его отец взбешен.

— Босс!

Мужчина даже не потрудился выйти из машины. Было не так уж много людей, которым Чарльз разрешал называть его как-то иначе, а не по имени, и этот щенок не входит в этот короткий список.

Чарльз перестал махать лопатой и посмотрел на другого волка, давая ему понять, что не стоит его злить. Роберт перестал ухмыляться, побледнел и мгновенно опустил глаза, от страха у него ускорился пульс.

Чарльз чувствовал себя мелочным. И его возмущало это, возмущала его мелочность и бурлящий гнев, который ее вызывал. Внутри него братец волк учуял слабость Роберта, и ему это нравилось. Стресс от неповиновения марроку, его альфе, заставил братца волка жаждать крови. Кровь Роберта подойдет.

— Я…

Чарльз ничего не сказал. Пусть дурак сам разбирается со своим страхом. Роберт снова заерзал. Запах его страха радовал братца волка, и в то же время из-за этого Чарльз ощущал тошноту. Обычно они с братцем волком были в большей гармонии, или, может, настоящая проблема заключалась в том, что он тоже желал кого-нибудь убить.

— Маррок хочет тебя видеть.

Чарльз подождал целую минуту, зная, каким долгим покажется это время посыльному его отца.

— И это все?

— Да, сэр.

Это «сэр» было уже не таким бодрым как «Привет, босс».

— Скажи ему, что я приеду после того, как расчищу дорожку. — И Чарльз вернулся к работе.

После нескольких взмахов лопатой он услышал, как Роберт развернул внедорожник на узкой дороге и, подгоняемый желанием убраться восвояси, надавил на газ. Братец волк был удовлетворен, Чарльз старался не поддаваться его самодовольству.

Чарльз знал, что не должен провоцировать своего отца, игнорируя его приказы, особенно перед Робертом, который нуждался в дисциплине.

Но Чарльзу нужно время.

Чтобы лучше контролировать себя, прежде чем он снова столкнется с марроком. Ему необходим реальный контроль, который позволил бы ему логически изложить свои аргументы и объяснить, почему маррок не прав. А не просто рычать, как происходило в последние четыре раза, когда Чарльз разговаривал с отцом. Не в первый раз он пожалел, что не умеет говорить гладко. Сэмюэль иногда мог переубедить маррока, но Чарльзу это никогда не удавалось. На этот раз он знал, что его отец ошибался.

И теперь настроение Чарльза улучшилось.

Он сосредоточился на снеге и глубоко вдохнул холодный воздух. И тут что-то тяжелое толкнуло его в плечи, отчего он свалился лицом в сугроб. Острые зубы и теплый язык коснулись его шеи и исчезли так же быстро, как и тяжелый вес.

Не двигаясь, Чарльз приоткрыл глаза и покосился на черную волчицу с небесно-голубыми глазами, которая настороженно смотрела на него. Она неуверенно помахивала хвостом, пританцовывая на снегу, вытягивая и втягивая когти, как кошка.