Чтение онлайн

Капрал взял лоскут и повертел его, внимательно разглядывая.

– Хм... Сам вижу, что это от курточки гнома, шаррам, - сообщил он.
– Вот только неизвестно из какого клана эти гномы, - и, чтобы загнать Пиипа в угол, капризно потребовал: - А я хочу знать, из какого они клана?! Шаррам!

– Гномы из клана Клинкта Большая чаша, - легко вывернулся из угла дядюшка Пиип.
– Такие черные шапочки с малиновым верхом носят только они, - и он предъявил Коорну шапочку.

Дураки среди капралов встречаются нередко. Во всяком случае, чаще, чем среди рядовых стражников. Но Коорн был дураком принципиальным. Поэтому, он постоянно и упорно пытался доказать, что он умней всех своих подчиненных, и знает гораздо больше, чем все они вместе взятые.

– Без тебя знаю, шаррам, что в клане Клинкта все носят черные шапочки с красным верхом - сообщил капрал Коорн.

Дядюшка Пиип хотел сказать, что не с красным верхом, а с малиновым, но благоразумно промолчал.

– А зубы?
– полюбопытствовал Кноп.
– Зубы кому выбили, гному или гоблину?

– Да, если ты такой умный, скажи нам, кому выбили зубы? Шаррам!
– потребовал капрал.

– Этого я не знаю, - признался дядюшка Пиип.

– В выбитых зубах у нас лучше всех разбирается сержант Нообст, - высунулся со своим мнением Сельдей-Бельдей.
– Отнесем зубы ему, он сразу определит.

– Заткнись, машшаррам!
– не глядя на стражника оборвал его капрал.
– Без сержанта обойдемся. Сами найдем тех, чьи это зубы.

Стражники не знали, как капрал собирается узнать тех, кто оставил в переулке свои зубы. Поэтому молчали.

– Не знаете как, шаррам!
– правильно оценил их молчание Коорн.
– Потому вы и стражники, а я капрал. Мы, капралы, решаем эти вопросы очень просто. Машшаррам! Построю всех гномов, и гоблинов и прикажу им, чтобы открыли рты. У кого зубов не хватает, тот и дрался. Поняли? Соображать надо! Машшаррам!

Сельдей-Бельдей и Кноп преданно смотрели на капрала, делали вид, что восхищены его находчивостью. А дядюшка Пиип после слов Коорна представил себе длиннющие шеренги гномов и гоблинов с раскрытыми ртами. А вдоль этих шеренг идет капрал Коорн, заглядывает в рот каждому, подсчитывает, сколько у того зубов. И, как всегда, когда дядюшка Пиип задумывался, он стал подкручивать кончик правого уса.

– Ты чего крутишь ус?! Машшаррам!
– уставился на него Нообст.

– Просто так. Кручу, - не сумел найти подходящий ответ дядюшка Пиип.

– Ты мне это брось!
– рявкнул капрал.
– Знаю я, почему ты ус крутишь! Шаррам! Распустился! Умничаешь! Я тебе покажу, как ус крутить! Машшаррам! Этой ночью будешь мыть сортир! Ясно!?

– Ясно, господин капрал, - отрапортовал Пиип.

– То-то!
– капрал Коорн был настроен воинственно.
– А гоблинам теперь крышка, и Клинкту тоже! Машшаррам! Нет у них разрешения на уличную драку. Всех привлеку! Я им покажу, как нарушать! Сейчас допросим свидетеля.

Пиип оглядел переулок. Свидетелей не наблюдалось. А зайти к кому-нибудь в дом, без разрешения хозяина, стражники не имели права. В Геликсе существовал закон о неприкосновенности жилища.

– Не выйдет никто, - подсказал Сельдей-Бельдей.
– Кто же это добровольно в свидетели пойдет.

– Ну! Пусть попробуют не выйти! Шаррам!- грозно повел усами капрал.

В переулке было всего три дома. Два небольших домика справа, и большой, длинный дом слева. Капрал решительно подошел к дверям длинного дома.

– Эй, хозяин!
– окликнул он, - выходи!

– А чего тебе?
– спросил из-за двери скрипучий голос.

– Поговорить надо. Шаррам!

– И не подумаю, - отказался скрипучий голос.

– Почему?
– потребовал объяснения капрал.

– Так ведь ты про драку спрашивать станешь.

– Ты ее видел?

– А ты кто, не стражник ли?
– поинтересовался голос.

– Какой я тебе стражник, машшаррам!
– возмутился капрал.
– Я капрал Коорн!
– прозвучало это почти как "Я лейтенант Брютц!"

– Капрал?..
– удивился голос.

– Капрал!
– подтвердил Коорн.

– А не врешь?

– Ты с кем разговариваешь?!
– рассердился Коорн.
– Выходи, шаррам, машшаррам!

– Нет, не выйду, - отказался скрипучий голос.

– Почему это не выйдешь?

– А не хочу...

В этом противном голосе, к скрипу, добавились еще и нотки нахального самодовольства коренного горожанина, который пользуется всеми свободами вольного города, и которому, пока он сидит у себя дома, трижды начихать на всех стражников. Даже на капрала.

Коорн помрачнел. Кончики его усов угрожающе зашевелились. Никто не имел права разговаривать так с ним, с капралом Коорном, представляющему власть. Но обладатель скрипучего голоса не видел грозных усов капрала. Потому, он не испугался, и дверь не открыл. Этого упрямого свидетеля, шаррам его, и трижды машшаррам всю его родню, надо было непременно вытащить из вонючей берлоги, научить его стоять по команде "смирно" и правильно отвечать на вопросы, которые задет капрал городской стражи. Но как это сделать, если свидетель не хочет выходить?

Неизвестно как долго думал бы капрал Коорн, если бы ему не помешал дядюшка Пиип.

– Вообще-то можно выманить свидетеля, - ни к кому не обращаясь, негромко, чтобы его за дверью не услышали, сказал Пиип.

Капрал перестал думать и уставился на стражника. "Стражник Пиип, шаррам, конечно, болван и ничтожество, - в этом Коорн был уверен.
– Но иногда соображает. В пуговицах он разобрался. Может быть и с этой вонючкой разберется? Машшаррам! "

Но Пиип молчал. Капрал подождал еще немного. Пиип по-прежнему молчал.

– Ну!
– сказал капрал.

– Сортир, - напомнил дядюшка Пиип.

– Капрал Коорн знал, что нижних чинов надо иногда поощрять. Бывают такие случаи. Он подошел к Пиипу, и дружески похлопал его по плечу. Как будто недавно не обозвал он Пиипа сырым чурбаном. Как будто и не был Коорн капралом, а Пиип просто старшим стражником. Как будто это два старых друга встретились.

– Ну, Пиип, ты же все умеешь. Вытащи его, Машшаррам!
– потребовал капрал.

– А сортир?
– снова напомнил Пиип и поморщился, показывая этим, что мыть сортир ему не нравятся.