Чтение онлайн

Ксюша удивилась. Обычно классную беспокоило одно — справка или записка от родителей на следующий день после пропуска. А подделывать мамин почерк Ксения научилась еще в восьмом классе, так что завтра все будет в ажуре.

— Здрасьте, — просипела Ксю. — Я приболела, дома лежу, завтра записку от мамы…

— Фадеева! До десятого класса доучилась, а врать не умеешь! Я три раза тебе звонила, потом маму твою набрала! Она сказала, что высадила тебя, живую и здоровую, возле школы!

— Да, но я…

— Короче! — классную не интересовали Ксюшины попытки придумать что-то убедительное. — Через полчаса собрание школы! Чтобы была как штык! Иначе у меня с твоей мамой будет отдельный разговор!

И бросила трубку. Первая мысль у Ксю была — наплевать на истеричку-классуху и дождаться Стаса. Но тогда маме предстояло узнать много ненужного о записках с освобождениями, которые она «писала» последние годы каждую неделю. А самое главное — Стас застрял возле Дамблдора, пробуя бороду на отрыв. Ксюша решила, что можно и характер показать.

Гордо развернулась и ушла.

У Стаса был шанс. Если бы он позвонил, пока Ксю не добралась до школы, она бы его простила. Однако он не позвонил.

— …Наша школа традиционно показывает самые высокие показатели…

«Показывает показатели, — подумала Ксюша, разглядывая директрису на сцене. — А еще демонстрирует демонстрации. И гордится гордостью».

В зале было душно, надо было линять, но выход перегораживала завучиха. Да и Антонина Романовна, классная, глядела бдительно, суетилась. Диплом только что получила, а туда же. Педагог. Сегодня она была какая-то бледная и сосредоточенная. Наверное, из-за того, что многих из класса нет, даже Егора нет, хоть уж он-то, староста и отличник, должен был прийти в любом состоянии. Подумаешь, «отравились чем-то». Ни капли фантазии. И Мышка, зараза, вместе со всеми. Так бы хоть потрещали. Стас так и не позвонил. Ксю тайком вытащила смартфон, проверила — во входящих пусто. Опять во что-то ввязался. Неделю назад фингал на полфизиономии получил, на улицу с ним стыдно было выйти…

— …по количеству призовых мест на олимпиадах по русскому языку и математике мы устойчиво входим в тройку лучших учебных заведений района. А по химии — возглавляем десятку лучших!

«А чего не сотню? Или не тысячу? Хотя у нас в районе, наверное, всего школ тридцать…»

Завуч куда-то устремилась, и Ксюша приподнялась, чтобы смыться, но перехватила строгий взгляд Антонины. Та погрозила пальцем, Ксю подумала секунду и села. Устраивать скандал на торжественном собрании — плохая идея. Директриса тем временем добралась до педсостава.

— Наши учителя активно участвуют в работе районного методобъединения, выступают в качестве экспертов при оценке учебников…

Ксюша хмыкнула — вспомнилась история с последним учебником русского, который прислали в школу на рецензию. Это был такой кошмар, что даже дрессированный педсостав взбунтовался и написал разгромный отзыв. Шум стоял на всю школу, Ксюшину маму как председателя родительского комитета втянули в эти разборки — упрашивали учителей переписать отзыв. Те уперлись. И что? В министерстве рецензию получили, репу почесали… и проголосовали за то, чтобы считать ее положительной.

— Сергей Соломонович Липский! — донеслось со сцены, и Ксю встрепенулась.

— Это наш самый именитый педагог, — чтобы подчеркнуть торжественность момента, директриса сняла очки и говорила без бумажки. — Заслуженный учитель! Дважды победитель соревнования «Учитель года»: 2011 и 2013 годов! Кавалер медали «За заслуги на ниве просвещения»!

Сергей Соломонович, который сидел в первом ряду, попытался спрятаться за соседями. Это ему удалось без труда — человек он был щуплый.

— Это наша гордость! — почти завывала директор. — Мы все им гордимся!

«Я же знала! — усмехнулась про себя Ксю. — „Гордимся гордостью“! Словесники, блин».

Директор продолжала поливать елеем лысину заслуженного учителя и дважды победителя, а Ксюша вспоминала, как она его разносит за бардак в отчетности. Громко. На всех четырех этажах школы слышно.

Ксю покосилась на дверь (завучиха по-прежнему где-то пропадала), на классную (смотрела на Сергея Соломоновича, приоткрыв рот от восторга) и поняла, что это шанс. Она пригнулась, проскользнула в проход и двинулась к выходу.

И уже почти вышла! Но дверь неожиданно распахнулась, чуть не сбив Ксюшу с ног, и в зал вошла завуч.

Ну как «вошла»…

Влетела.

Спиной вперед.

Жалобно визжа:

— У нас мероприятие!

А за ней шел мужчина. Совершенно белый, как голодный вампир. Шел и толкал завучиху перед собой. Ксю посторонилась, пропуская эту странную парочку, но не сбежала — зрелище было уж совсем бредовым.

— Ирина Максимовна! — закричала завуч, сообразив, что битву за дверь она проиграла. — Вызывайте полицию!

— Полицию я уже вызвал, — сказал бледный мужчина тихо, но очень отчетливо.

Все его услышали.

— Следователь скоро будет здесь, — теперь вошедший буравил взглядом директрису. — Он вас всех!..

Вдруг сорвался и заорал:

— Мою дочку убили! Вы убили! Ваша школа! Ненавижу!

А затем сел на пол, обнял колени и громко, не стесняясь, заплакал.

В качестве допросной использовали учительскую. Она была проходной, школьников впускали в одну дверь, а выпускали в другую, которая выходила в соседний коридор. Те, кто выходил, ничего не могли рассказать тем, кто еще томился у входа. Поэтому Ксю издергалась от любопытства — что это был за мужик? Какую дочку убили? Большинство родителей одноклассников Ксюша знала, а этого мужика видела впервые. Наконец позвали и ее.

В учительской заседала целая комиссия: усталый мужчина в не очень чистой форме с голубыми погонами (наверное, следователь), директриса и еще несколько учителей.

«Как на экзамене», — подумала Ксюша.

Записав фамилию и имя, следователь спросил, глядя в бумаги:

— Скажите, вы хорошо знали Диану Мышкину?

Ксюша не сразу сообразила, о ком он. Потом поняла, что про Мышку, но тут забуксовала. Мышку не могли убить. Кого угодно, только не ее. С Мышкой никогда ничего не случалось, это же Мышка…