Обещание
Шрифт:
Глаза его загорелись диким огнем, он метнул взгляд на Джоди. Потом пальцы на ощупь, осторожно взялись ставить диагноз. Кожа на его щеках натянулась, посерела. Целую минуту глаза его, в которых застыл вопрос, глядели на стоявшего у стены Джоди. Потом Билли шагнул к полке под люком для выгрузки навоза и влажной правой рукой взял молот для ковки лошадей.
— Выйди, Джоди, — велел он.
Мальчик стоял и тупо глядел на него.
— Выйди, говорю тебе, не то будет поздно.
Джоди не сдвинулся с места.
Тогда Билли быстро подошел к голове Нелли. И крикнул:
— Отвернись, черт тебя дери, отвернись!
На сей раз Джоди подчинился. Отвернул голову в сторону. Он услышал хриплый шепот Билли. А потом — как глухо хрустнула кость. Нелли пронзительно фыркнула. Джоди оглянулся и успел увидеть, как молот снова взметнулся над плоским лбом и ударил по нему. Нелли грузно завалилась на бок, дернулась в конвульсиях и затихла.
Билли подскочил к ее громадному брюху; в руке он держал большой складной нож. Оттянув шкуру, он вонзил в нее острое лезвие и принялся пилить и кромсать тугое брюхо. Воздух наполнился густым ароматом теплых, еще полных жизни внутренностей. Другие лошади отпрянули назад, сколько пускала цепь, они пронзительно визжали и били копытами.
Билли бросил нож. Запустив руки в жуткую дыру, он вытащил из нее белый сверток — большой, капающий. Зубами прогрыз дырку в оболочке. В разрыве появилась маленькая черная головка, маленькие ушки — влажные, лоснящиеся. Послышался булькающий вздох, еще один. Билли вытащил новорожденного из плодного мешка, подобрал свой нож и отрезал пуповину. Минуту он держал маленького черного жеребенка перед собой и смотрел на него. Потом медленно подошел к Джоди и положил малыша в солому к его ногам. Билли был весь заляпан кровью — лицо, руки, грудь. Его колотила дрожь, зубы отчаянно стучали. Голос пропал — он заговорил каким-то горловым шепотом:
— Вот твой жеребенок. Я обещал. И вот… вот он. Другого выхода не было… не было. — Он умолк и через плечо глянул в сторону стойла. — Принеси горячую воду с губкой, — прошептал он. — Обмой его и высуши, как родная мать. Тебе придется кормить его из рук. Но обещанного жеребенка ты получил.
Джоди глупо пялился на влажного, слабо хватающего воздух жеребенка. Малыш вытянул подбородок, стараясь поднять голову. Незрячие глаза его были темно-синего цвета.
— Черт тебя дери, — вскричал Билли, — пойдешь ты за водой или нет? Пойдешь или нет?
Джоди повернулся и засеменил к выходу из коровника в нарождающийся рассвет. Все у него внутри ныло, от горла до желудка. Ноги одеревенели, налились свинцом. Ему хотелось быть довольным — теперь у него есть жеребенок! — но в воздухе перед ним висело залитое кровью лицо и затравленно-усталые глаза Билли Бака.