Novitius
Шрифт:
Отпустить уродов, не закончив месть? Ну нет. Я подбил некоторых горожан, мы расковыряли запасы оружия, брошенные в мэрии, в том числе несколько противотанковых гранатометов, и пустились за ним в погоню на двух переоборудованных для нужд “дружины” пикапах.
Следы БТР на болотистых почвах видны были отчетливо, благо тут никто не ездил уже немало недель, поэтому преследовали мы их легко. Вот только направление, выбранное Кэноном, было малость странно — он явно направлялся к фабрике Пуща. И тут я понял, что ублюдок планирует разыграть еще одну козырную карту. Захватив фабрику, которая потенциально могла производить пищу, он становился вновь королём города, максимум через месяц — два. А так как фабрика была неплохо защищена толстыми стенами — то выбить его оттуда будет практически невозможно.
Мы ускорились до максимума, пытаясь нагнать его до того, как закроются ворота, и он засядет по сути в неприступной крепости. Решили, что быстрее будет срезать по пересеченной местности, благо все мы знали ее неплохо. И это нам удалось, хоть и ценой одного из двух пикапов— он нарвался колесом на глубокую яму и вывернул себе колесо так, что починить на месте его было нереально. Ввосьмером на одной машине было неудобно, но выбор отсутствовал, так что нам удалось справится.
Беовульф как раз расстреливал немногочисленных ботов-охранников входа, когда ему в корму влетел первый снаряд из РПГ. Второй стрелок промазал, и вместо башенки с пушкой угодил куда-то внутрь, где снаряд и детонировал. Но на готовности было еще двое, и ракеты уже стояли на боевом взводе. Одну ракетницу нес Игорь, вы видели его сегодня — он сопровождал вас до моей резиденции. А вторую нес я сам. В тот миг, когда Игорь уже тянул за спусковую скобу, из развороченного корпуса БТР в него попал выстрел. Поэтому ракета сорвалась и ушла мимо цели, опять поражая объекты во дворе. А моя угодила точно в уже пробитую дыру, воспламеняя внутри боекомплект, и, как я рассчитывал, убивая экипаж. Наличие внутри заложниц и припасов не имело для меня никакого значения, важна была только месть. Реальность оказалась лишь вполовину такова, как я себе придумал…