Чтение онлайн

– В следующий раз на кровати будешь ты, – сквозь зубы проговорила она, резко захлопывая холодильник.

– На кровати? – переспросила Ксения. Казалось, она была сбита с толку. В следующее мгновение в ее глазах мелькнул проблеск понимания. – Я буду спать на кровати?

Светлана перевела взгляд на потертый спальный мешок, притулившийся у стены аккуратным свертком – ее сестра спала на кухне. И, к нескрываемому раздражению Светланы, никаких клопов, как у нее в постели, у Ксении не было.

– К тебе будут приходить гости, – сказала Светлана, разворачиваясь к сестре. – И тебе придется с ними лежать в одной кровати. Делать им приятные вещи. Понимаешь, о чем я?

Лицо Ксении пошло пятнами, она принялась бестолково передвигать карандаши с места на место.

– Я… я не хочу, Света, – сказала она, заглядывая сестре в глаза. – Мне было больно тогда. У меня была кровь. Я думала, что умру.

«Ты просто из целки превратилась в женщину», – с ехидством подумала Светлана.

– Это сначала больно, – усмехнулась она и извлекла из кармашка своего халата деньги. – Сходишь в магазин. Купи лапши, два белого хлеба и паштет. Куриный. Помнишь?

Ксения кивнула.

– Если останется сдача, вернешь, – предупредила Светлана.

– Конечно.

– Ах, да. После магазина зайди к отцу. Он опять обгадился. Отнесешь все в ванну, потом постираешь.

Ксения снова безропотно кивнула, слезая со стула.

– Хорошо. А машинку не починили?

– Мы в разных квартирах живем? – фыркнула Светлана. – Как будто не знаешь. Лично я не умею чинить это дерьмо. А ремонт обойдется минимум в пять штук…

– Света, можно я надену твои сапоги? – робко спросила Ксения. – У меня на одном «молния» не застегивается… а на втором каблук почти отвалился.

– Нет, – отрезала Светлана. – Я не собираюсь подцепить от тебя грибок.

Дурочка не стала спорить.

– Ладно.

Она бесшумно вышла из кухни, растворившись в сумерках коридора.

Когда хлопнула входная дверь, Светлана глубоко вздохнула. Сильно хотелось курить, но в пачке, если она не ошибалась, оставалось всего две сигареты. Если бы Герман, этот жадный урод с вытатуированным на яйцах гномом, заплатил бы за трах сполна, она смогла бы себе позволить и сигареты и даже бутылку коньяка. Поразмыслив, она все же решила не отказать себе в удовольствии насладиться сигареткой. Закурив, женщина устало взглянула в окно.

Несмотря на то что до Нового года оставались считаные дни, погода больше смахивала на раннюю осень. Порывистый ветер гонял по мокрому асфальту тусклые листья, черные лужи пузырились от моросящего дождя, который не прекращался уже третьи сутки. Что поделать, климатические аномалии, о неизбежности которых начали талдычить ученые еще пару десятков лет назад… Теперь никого не удивляла трава, проклюнувшаяся на Рождество, и снег в середине июля.

Левой рукой она нащупала плотный комочек, лежащий в кармашке халата.

«Может, закинуться „колесом“?» – подумала Светлана, горько улыбнувшись про себя. Пару раз ей уже приходилось баловаться с подругами «кислотой», ощущение были потрясающие. Но качественная «дурь» стоила бабок, а их-то как раз и не было.

Светлана стряхнула пепел на чистый лист бумаги, который нашла среди рисунков, и потрогала щеку, к которой приложился Герман. Она слегка припухла и ныла, как больной зуб.

Женщина сдвинула брови. Не дай бог подцепить какую-нибудь заразу от этого недоумка. А если она ко всему прочему «залетит», аборт неминуем. Лишний спиногрыз ее и без того нищая семья не потянет.

«Когда вас вышвырнут из квартиры, у вас будут проблемы куда серьезней, нежели беременность», – шепнул внутренний голос, и по телу Светланы прошелестела ледяная дрожь.

А ведь и правда, все катилось в полную жопу, выхода из которой она не видела. Но при этом с каким-то ожесточенно-бестолковым упрямством продолжала тянуть до самого последнего, словно рассчитывая, что небеса разверзнутся и к ее ногам шмякнется огромный мешок, набитый золотыми слитками.

А как все начиналось! После беременности она собиралась выйти замуж, но ее будущий супруг оказался завсегдатаем ипподрома. Однажды он сильно проигрался, задолжав серьезным парням, и в одно прекрасное утро его нашли у дверей собственной квартиры с шилом в затылке. Свадьба не состоялась, и Антошка родился без отца.

Потом началась эпопея с жильем. Они продали обветшалую «однушку», которую в свое время отцу выделил завод, на котором тот отпахал двадцать пять лет, и по ипотеке взяли двухкомнатную квартиру в приличном доме. Отец устроился в энергетическую компанию и имел неплохой заработок, позволяющий ему своевременно платить взносы. Не имея постоянной работы, Светлана по мере возможности помогала ему в этом. Жизнь вроде бы снова начала налаживаться… Но там на небесах, видимо, кто-то вновь спутал все карты.

В тот вечер они были у дальних родственников матери, оставив дома Антона и Ксению. Собственно, Ксению они вообще старались никуда не брать без особой необходимости, да и она и не возражала, лишь смотрела своими грустными собачьими глазами, как другие одеваются в холле перед очередной поездкой. Антон слегка приболел, и его тоже пришлось оставить.

Машиной управляла она. В гостях отец неожиданно повздорил с супругом хозяйки, после чего в результате долгих споров и препирательств было решено возвращаться домой. Светлана уже была под градусом, и за руль сел отец, который не употреблял спиртное последние три года из-за повышенного давления. Была глубокая ночь, начался дождь, и на повороте они на огромной скорости влетели в столб. Автомобиль развернуло и швырнуло в овраг. Мать погибла сразу, так как была не пристегнута. Отец вылетел через лобовое стекло, впечатавшись в дерево и сломав в трех местах позвоночник. Лишь Светлана отделалась сломанной рукой и ссадиной на подбородке.

Она осталась одна с четырехлетним сыном, слабоумной, ни на что не способной сестрой и парализованным отцом.

Начались просрочки платежей за квартиру, и сумма долга росла с пугающей быстротой. Отец лежал пластом на кровати, и, скрипя зубами, проклинал всех и вся, начиная с мокрой дороги и заканчивая правительством. Антон постоянно болел, а Ксения как ни в чем не бывало рисовала на кухне ангелов, между делом почитывая Библию.

После недолгих мытарств Светлана встретила Германа, который через пару часов знакомства, ничуть не смущаясь, предложил ей «должность» дамы, что называется, с пониженной социальной ответственностью. Герман был убедителен, и Светлана, слегка помучившись угрызениями совести, согласилась.