Чтение онлайн

Поджарив мясо так, как любил Деннис, я положил бургер на тарелку с жареной картошкой и вручил ему.

– Бобби, как с тобой обходится жена? – спросил Деннис.

– Жалоб нет.

– Приятно слышать. Вот что я тебе скажу: хорошая баба стоит столько золота, сколько в ней весу. Эй, Черил! По вкусу бы тебе пришелся молодой красивый муж?

Черил улыбнулась, зная, что за этим последует.

– Того, кого я жду, еще не сотворили.

– Так-то оно так, но ведь и с Сисилом ты еще не знакома! Всякий раз, как мы с ним видимся, он спрашивает про тебя, а я знай твержу, что делаю все, чтоб свести вас друг с дружкой. – Сисил, брат жены Денниса, торговал «Шевроле» в Бэй-Майнетт. Последние четыре месяца Деннис подкалывал Черил на тему свидания с Сисилом. – Он тебе понравится, – пообещал Деннис. – У него много моих качеств.

– Ну, тогда другое дело. В таком случае я уверена, что не хочу с ним знакомиться.

Деннис скривился.

– Жестокая ты женщина! Вот что бывает, если курить банановые шкурки – становишься гадкой злюкой. Читает кто-нибудь эту газетенку? – Он потянулся за газетой.

– Только тебя она и дожидается, – сказал я. Громыхнул гром; судя по звуку, гроза приближалась к закусочной. Лампы погасли, тут же загорелись вновь… потом еще раз мигнули, и только после этого освещение пришло в норму. Черил занялась приготовлением свежего кофе, а я смотрел, как дождь хлещет по окнам. Сверкнула молния, и я разглядел, что деревья раскачиваются так сильно, что того гляди сломаются.

Деннис ел свой гамбургер и читал.

– Батюшки, – сказал он несколько минут спустя, – ничего себе обстановочка в мире, а? У дикарей у этих, у арапов черномазых, руки так и чешутся затеять войну. В Мобиле парни из городского управления устроили прошлой ночью небольшую пальбу. Молодцы. – Он умолк, нахмурился, и толстым пальцем постучал по газете. – Не понял.

– Ты про что?

– А вот про что. Пару дней назад, во Флориде, неподалеку от Дэйтона-Бич, в мотеле «Приют под соснами» убито шесть человек. Мотель стоит на отшибе, в лесу. Поблизости – только пара блочных домов, и никаких выстрелов никто не слышал. Тут сказано, что один старикан видел, как на мотель упало что-то вроде яркой белой звезды – так ему показалось – и все, кранты. Странно, а?

– НЛО, – предположила Черил. – Может быть, он видел НЛО.

– Угу, а я зеленый человечек с Марса, – съехидничал Деннис. – Я серьезно. Странно это. Мотель так изрешетило, будто там шла война. Все погибли – даже собака и канарейка управляющего. Машины на улице перед мотелем разнесло в куски. Думаю, один из взрывов и разбудил народ в тех домах. – Он опять пробежал очерк глазами. – Два трупа на стоянке, один прятался в сортире, один заполз под кровать, а двое всю мебель подчистую сволокли к дверям, чтоб заблокировать их. Хотя, похоже, ни хрена это не помогло.

Я хмыкнул:

– Надо думать.

– Ни мотива, ни свидетелей. Дескать, лучше думайте, что флоридские фараоны перетрясают кусты и прочесывают лес в поисках опасного маньяка… или, как тут написано, возможно, маньяков. – Деннис оттолкнул газету и похлопал висевшую у бедра кобуру с табельным револьвером. – Попадись он – или они – мне, узнает, как связываться с алабамской полицией! – Деннис бросил быстрый взгляд на Черил и озорно улыбнулся. – Небось, это какой-нибудь чокнутый хиппарь обкурился своих теннисных туфель.

– Сперва попробуй, потом будешь хаять, – откликнулась Черил сладким голосом и посмотрела за Денниса, в окно, на грозу. – Бобби, какая-то машина заезжает.

Вниз по мокрым окнам скользнул ослепительно яркий свет фар. Это оказался «стэйшн-вэгон» с выкрашенными под дерево боковыми панелями; объехав вокруг насосов бензоколонки, он остановился рядом с патрульной машиной Денниса. Номер на переднем бампере был именной, с надписью «Рэй и Линди». Фары погасли, и все дверцы немедленно распахнулись. Из автомобиля появилась целая семья: мужчина, женщина, маленькая девочка и мальчик лет восьми-девяти. Спасаясь от дождя, они заспешили в дом, и Деннис поднялся и открыл им дверь.

По дороге от машины к закусочной все они порядком промокли, а лица у них были обалделые и полусознательные, как у людей, много времени проведших в дороге. Мужчина был седой, кудрявый, в очках; женщина – стройная, темноволосая и хорошенькая. Ребятишки смотрели сонно. Все были хорошо одеты, мужчина – в желтом свитере с таким крокодильчиком на груди. По их отпускному загару я догадался, что они туристы и держат путь на север – возвращаются со взморья после весенних каникул.

– Проходите, садитесь, – сказал я.

– Спасибо, – ответил мужчина. Они втиснулись в одну из кабинок возле стеклянной стены. – Мы увидели вашу вывеску с шоссе.

– В такую ночь на шоссе худо, – сказал им Деннис. – Везде передают предупреждения насчет торнадо.

– Мы их слышали по радио, – сказала женщина, Линди, если номер на машине не врал. – Мы едем в Бирмингем и думали, будто гроза нам не помеха. Надо было остановиться в «Холидэй-Инн» – мы ее проехали миль за пятнадцать до вас.

– Это было бы неглупо, – согласился Деннис. – Искушать судьбу смысла нет. – Он вернулся на свой табурет.

Новоприбывшие заказали гамбургеры, жареную картошку и кока-колу. Мы с Черил принялись за работу. Молния в очередной раз заставила лампы в закусочной замигать, а от раската грома ребятишки так и подпрыгнули. Когда еда была готова и Черил подала клиентам заказ, Деннис сказал:

– Вот что я вам скажу. Как пообедаете, ребята, я вас провожу обратно, до «Холидэй-Инн». А утром можете отправляться дальше. Ну, что?

– Отлично, – благодарно отозвался Рэй. – По-моему, нам все равно вряд ли удастся сильно продвинуться вперед. – Он снова занялся едой.

– Ну, – негромко сказала Черил, останавливаясь рядом со мной, – что-то мне не кажется, что мы попадем домой рано, а?

– Наверное, нет. Извини.

Она пожала плечами.

– Но это же издержки производства, так ведь? Во всяком случае, это не самое плохое место, где можно застрять. Я могу придумать и похуже.

Я подумал, что Элма, пожалуй, тревожится обо мне, и потому пошел к таксофону, чтобы позвонить ей. Я бросил в аппарат четвертак, но сигнал в трубке выл точь-в-точь как кошка, на которую наступили. Я повесил трубку и попробовал набрать номер еще раз. Пронзительный кошачий вой продолжался.