Чтение онлайн

— О Господи! Что это… что?.. — прошептала Джилл.

Бад стоял неподвижно, не слишком хорошо понимая, чему именно только что стал свидетелем. Однако в глубине души он не сомневался: произошло нечто ужасное, — а в следующую минуту сообразил, что грандиозное явление, которое они с Джилл наблюдали — чем бы оно ни было, — просто не могло не привлечь людей на пляж, поскольку сопровождалось чрезвычайно громкими звуками. Схватив Джилл под руку, он бросил:

— Надо уматывать отсюда. И как можно быстрее.

Они повернулись и побежали, за несколько секунд одолев пятьдесят ярдов открытого пространства, после чего стали взбираться на дюны. Бад подхватил треножник с видеокамерой, крикнув опередившей его Джилл, чтобы она поскорее одевалась. Добежав до места стоянки, они быстро натянули на себя одежду и бросились к «эксплореру», оставив в ложбинке между дюнами холодильник и покрывало.

Закинув видеокамеру на заднее сиденье, они впрыгнули в машину. Бад завел мотор и, не включая фар, тронулся с места. Вернувшись к тропе, он почти в полной темноте осторожно поехал к выходу из парка. Оставив позади пустую парковочную площадку, Бад вырулил на Дьюн-роуд, где включил фары и с силой надавил на педаль газа.

За все это время они не произнесли ни слова, только с шумом втягивали в себя воздух. Им навстречу попалась полицейская машина, ехавшая на большой скорости. Через несколько минут они увидели на берегу залива огни Уэстгемптона.

— Думаю, это взорвался самолет, — наконец произнесла Джилл.

— Возможно… Впрочем, это могла быть и пиротехническая ракета, которую запустили с какой-нибудь барки, — пробормотал Бад. — Фейерверк, знаешь ли, и все такое…

— Пиротехнические ракеты так не взрываются. И в воде не горят. — Она пристально на него посмотрела и добавила: — Что-то очень большое взорвалось высоко в воздухе и рухнуло в океан. Это был самолет, Бад.

Он не ответил.

— Возможно, нам следует вернуться, — сказала Джилл.

— Это еще зачем?

— А затем, что люди, может быть, выжили. Хотя бы какая-то часть. В самолетах есть спасательные жилеты, надувные плоты… Вдруг им нужна наша помощь?

Бад покачал головой.

— Даже если это был самолет, после взрыва от него остались одни обломки. К тому же все произошло на высоте более двух миль. — Бад опять покачал головой и добавил: — На пляже сейчас копы. И им наша помощь не нужна.

Джилл промолчала.

Бад свернул на мост, который вел к деревушке Уэстгемптон-Бич. До отеля, где они сняли номер, оставалось каких-нибудь пять минут езды.

Некоторое время Джилл упорно о чем-то думала, потом сказала:

— А ведь это была боевая ракета — тот огненный столб, который мы видели…

Бад промолчал.

— Похоже на то, что кто-то выпустил с воды боевую ракету, которая и сбила этот самолет, — продолжала развивать свою мысль Джилл.

— Что бы там ни произошло, мы узнаем обо всем в вечерних «Новостях», — сказал Бад.

Джилл посмотрела на заднее сиденье, где лежала видеокамера, и заметила, что она все еще работает, записывая их разговор.

Протянув руку, она взяла камеру с сиденья, перемотала пленку и, нажав на кнопку воспроизведения, с минуту просматривала запись.

Бад бросил на нее быстрый взгляд, но ничего не сказал.

Джилл нажала на кнопку «пауза» и произнесла:

— Я все видела. Наша видеокамера записала весь этот кошмар.

Она еще раз просмотрела пленку, перематывая ее то вперед, то назад.

— Притормози, Бад, и взгляни на это, — попросила Джилл.

Бад продолжал вести машину на прежней скорости.

Джилл положила видеокамеру на колени и сказала:

— Говорю тебе, на пленке видно все: старт ракеты, взрыв, падающие обломки…

— Неужели? А что еще там можно рассмотреть?

— Нас.

— Вот именно. Так что сотри эту запись.

— Не стану.

— Повторяю, Джилл, сотри запись.

— Хорошо… Только сначала мы еще раз ее просмотрим — в отеле. Потом и сотрем.

— Я не хочу ее видеть. Сотри ее. Сейчас же.

— Но ведь это улика, Бад. Кто-то должен это посмотреть.

— Ты с ума сошла? Как можно показывать посторонним людям запись, где мы трахаемся?

Джилл промолчала.

Бад похлопал ее по руке и сказал:

— Ладно. Так и быть. Прокрутим нашу запись в отеле. И посмотрим «Новости» — узнаем, что есть у телевизионщиков по этому делу. А потом решим, как быть с пленкой. О'кей?

Она молча кивнула в ответ.

Бад заметил, с какой силой она прижимала к себе видеокамеру. Джилл Уинслоу, он знал, относилась к типу женщин, способных на смелые поступки. Другими словами, она вполне могла передать следствию пленку, не думая о том, что это повредит ей лично. И ему, кстати сказать, тоже. Бад, правда, надеялся, что, внимательнее рассмотрев ту откровенную запись, которую они сделали, она изменит свое мнение. Ну а если нет… Что ж, тогда ему придется применить силу. Сказал он, однако, совсем другое:

— У летчиков есть такая штука… Как же она называется? «Черный ящик» — вот как. Он записывает все, что происходит на борту самолета. Когда его найдут, он расскажет о том, что случилось, больше, чем можем сообщить мы или сделанная нами запись. Этот «черный ящик» лучше любой видеокамеры.

Она ничего не ответила.

Бад подкатил к парковочной площадке «Бейвью-отеля», нажал на тормоз и сказал:

— Мы даже не знаем наверняка, самолет ли это был.

Джилл вышла из «эксплорера» и зашагала к отелю, помахивая на ходу зажатой в руке видеокамерой.

Бад выключил зажигание и последовал за ней. «Что-то мне не хочется гореть ярким пламенем, — подумал он, — как тот самолет».

Тайны любят все, за исключением полиции, поскольку тайна, оставшаяся неразгаданной, представляет угрозу для профессиональной карьеры полицейского.