Чтение онлайн

Живительный самообман. Информационное кладбище.

— Здравствуйте, — возник надо мною голос, — желаете сделать заказ?

Я встрепенулся, у моего столика терпеливо ожидает симпатичная блондинка. Я машинально отметил, что эта официантка — программа. В недорогие заведения виртуальности реальных работников сферы обслуживания не берут.

— Конечно. Принесите, пожалуйста, кофе и… — Я взглянул на часы: девять тридцать утра. — И пирожные.

Есть особенно не хотелось, успел перекусить в реале, но и сидеть в кафе, цедя один кофе, неприлично.

Девушка-бот кивнула и, обворожительно улыбнувшись, умчалась выполнять заказ. Я вздохнул и раскрыл ноутбук на столе.

Небольшое кафе «Хемингуэй» на окраине виртуального мегаполиса — мое любимое. Во-первых, оно буквально через дорогу от моего виртуального дома. А во-вторых, здесь практически не бывает людно. Такая себе небольшая виртуальная харчевня с ботами-поварами, официантами, швейцарами. Тихий и светлый уголок для неприхотливых.

Весь зал всего-то метров сорок в квадрате, где большая часть отведена под стандартные столики меж двух диванов у широких окон да небольшую барную стойку. Рядом с кафе ветка метро, уютный парк. Идеальное место для работы.

Я покосился на свое отражение в оконном стекле: сегодня я в облике толстого клерка, должника Вуду-Z. Решил перед заданием устроить бета-тест матрицы и, едва подключился, тут же обрадовался решению. Толстяк оказался громоздким, вонючим куском мяса! Пальцы жирные настолько, что иногда на клавиатуре ноутбука сразу несколько клавиш нажимают, а что уж говорить о скорости ходьбы?!

Я снова покосился на часы, вздохнул: пора приниматься за работу. Наступает час пик в виртуальности, самое благоприятное для меня время. Трафики стремительны, сети перегружены, есть где погулять Сетевому Дьяволу.

Ввод пароля, загрузка поисковика, написанного Дикарем.

«Внимание! Вы подключились к системе базы данных пользователей официального сервера „Москва-2“. Сервер не рекомендует использование вашего программного обеспечения в…»

— Заткнись, — прошептал я.

Поисковик Дикаря не вредоносное ПО, тем более, пока нигде не засветившийся, так что, можно использовать. Претензий от полиции пока быть не должно.

На экране появился интерфейс поисковика, я вынул из кармана флэшку с данными по объектам Вуду-Z. Пока копировал инфу на ноутбук подошла официантка, на столике появился кофейник и блюдце с пирожными.

«Итак, — подумал я, отхлебывая из чашки, — начнем. Кто у нас в списке идет первым?»

Первым оказался тридцатилетний инженер Якоб Штрауде. При взгляде на фотографию смущенного, чуть сутулого хикки, я покачал головой — никогда бы не подумал, что он способен на авантюры. Особенно, на такие опасные авантюры, как кража дорогостоящей информации у олигархов.

Окошки поиска постепенно наполнялись всей имеющейся информацией, номером паспорта, кодами кредиток и страховых полисов. Контрольно сверившись с досье, я ткнул в «enter». С пальцами-сардельками получилось это сделать лишь с третьего раза.

Пока шел поиск, я сделал большой глоток кофе, по пищеводу прошла горячая волна. В голове сразу прояснилось, утренняя истома медленно пропала.

Ноутбук пискнул: «Поиск не дал результатов. Пожалуйста, повторите».

Я вскинул брови. Как это не дал результатов?

Быстро перепроверил параметры поиска и анкетные данные от Вуду-Z — все верно. Запустил повторный поиск, но через минуту снова тот же результат.

Однако…

Не может такого быть! Даже если человек ушел из виртуальности или если его уже накрыли киллеры заказчика, то и в таком случае всегда остаются следы. Во-первых, в базах все еще существуют анкеты, паспортные данные и адреса. А во-вторых, даже если везде бывать анонимно, то скрыть свою личность от финансовых контор не удастся, номера кредиток никогда не исчезают!

Я нащупал в кармане пачку сигарет, закурил, официантка тут же принесла пепельницу. На лице залипшая улыбка, только пустые глаза в девушке выдают программу.

Не придя ни к какому выводу, я по очереди забил в поисковик данные на все три цели, буквально сверяясь с каждой запятой в досье.

Пусто. Будто этих людей и никогда не существовало!

— Чертовщина какая-то, — пробормотал я, закуривая вторую сигарету.

Следующие полчаса я потратил на то, чтобы проверить отдельно каждый параметр: номер паспорта, номер кредитки, гражданское страхование, номера телефонов; досье в полиции и в банках…

Пусто! Везде одно и то же: «Поиск не дал результатов»!

Я вздохнул, раздавил очередной окурок в пепельнице и отпил холодного кофе. Одно из двух: или этих людей никогда не существовало, или поисковик Дикаря не работает. Первое предположение пока я не могу проверить, значит, начнем со второго.

— Компьютер, — шепотом приказал я, — выведи на экран все совершенные платежные операции по моему дополнительному счету.

«Принято. Ожидайте…»

Через пару секунд на экране ноутбука высветились цифры, куда недавно я отправил десять процентов от гонорара Вуду-Z, я тщательно перебил их поисковик. Минута ожидания, и на экране появилась фотография моей помощницы.

«Джонсон, Кира Анастасия Лорен. Двадцать восемь лет, не замужем, детей нет. Место рождения: США, Сиэтл, штат Вашингтон. Родители: мать — Джонсон, Вероника Августа, погибла; отец — Джонсон, Дэмиен Скотт, осужден на пожизненные каторжные работы в Сибири за многократное изнасилование дочерей. Младшая сестра — Джонсон, Аннет Элиссон, после домогательств отца получила инвалидность…»

— Ничего себе… — Я только присвистнул. Таких подробностей я, конечно же, не знал.

Так, что там дальше?

«…Гражданство Российской Федерации, полученное по эмиграционной программе беженцам, пострадавшим от Йеллоустоунской катастрофы».

— А вот это уже интересно.

«Судимости: в десять лет была под следствием по обвинению в предумышленном нанесении тяжелых телесных повреждений (кастрация отца с помощью маникюрных ножниц). Была оправдана. После психиатрической экспертизы отправлена в интернат. В двенадцать лет приговорена к двум годам условного заключения за кредитное мошенничество; в четырнадцать — за торговлю и употребление наркотиков (год условно); в шестнадцать — за призывы к судебным реформам, в частности за пропаганду приговоров смертной казни насильникам и за сексуальные домогательства к женщинам (год отсидела); в двадцать приговорена к пяти годам за убийство мужа своей любовницы…» и много-много еще по мелочам. Заканчивалось досье номерами телефонов и домашним адресом.