Чтение онлайн

— Он обследовал вас?

— Да, обследовал.

— Сделал ли он вам какие-либо анализы?

— Да. Анализ крови, рентгеновское исследование, компьютерную томографию всего тела. А еще — биопсию костного мозга.

— Каким образом он это сделал?

— Воткнул мне иглу в тазовую кость — вот сюда. Игла протыкает кость и попадает в костный мозг. Потом его откачивают и исследуют. — После того, как были сделаны все эти исследования, сообщил ли он вам окончательный диагноз?

— Да, он сказал, что у меня — Т-клеточный острый лимфобластный лейкоз.

— Как вы объяснили себе суть этого заболевания?

— Как рак костного мозга.

— Предложил ли вам доктор лечение?

— Да, операцию, а затем химиотерапию.

— Сообщил ли он вам свой прогноз? Сказал ли, каковы, по его мнению, могут быть результаты данного курса лечения?

— Он сказал, что перспективы не слишком радужные.

— А точнее?

— Он сказал, что мне осталось жить меньше года,

— Удалось ли вам впоследствии выслушать альтернативное мнение? Мнение другого врача?

— Да, удалось.

— И каково же оно было?

— Ну, он подтвердил первоначальный диагноз… — Барнет умолк и прикусил нижнюю губу, пытаясь справиться с волнением. Это удивило Алекс. Обычно отец умел держать себя в руках и не поддаваться эмоциям. Даже понимая, что этот момент пойдет на пользу делу, она невольно испытала тревогу за него. — Я был напуган. По-настоящему напуган, — продолжал отец. — Они все твердили, что… мне осталось жить совсем недолго.

Он опустил голову на грудь. В зале царила тишина.

— Мистер Барнет, хотите воды?

— Нет, я в порядке.

Он поднял голову и провел ладонью по лбу.

— Пожалуйста, продолжайте, когда будете готовы.

— Я выслушал и третье мнение. И все в один голос утверждали, что доктор Гросс — лучший специалист по этому заболеванию.

— И тогда вы решили продолжить лечение у доктора Гросса.

— Да, так оно и было.

Отец, похоже, овладел собой. Алекс облегченно вздохнула и откинулась на спинку жесткого стула. Дальше процедура дачи свидетельских показаний проходила гладко, и отец без запинки излагал историю, которую ему уже приходилось рассказывать десятки раз до этого. Историю о том, как он, напуганный страшными предсказаниями, не желающий умирать человек, поверил в доктора Гросса и вручил ему свою жизнь, как под руководством доктора Гросса он прошел хирургическую операцию и курс химиотерапии, как в течение следующего года постепенно отступали симптомы страшной болезни, как доктор Гросс, похоже, первым поверил в то, что он выздоровел, и о том, как курс лечения был успешно завершен.

— Продолжали ли вы после этого обследоваться у доктора Гросса? — спросил адвокат.

— Да, каждые три месяца.

— Что показывали обследования?

— Все было в норме. Я снова набрал прежний вес, ко мне вернулись силы, у меня снова отросли волосы. У меня было хорошее самочувствие.

— Что же произошло потом?

— Примерно через год, после очередного обследования, доктор Гросс позвонил мне и сказал, что он хотел бы провести дополнительные анализы.

— Он объяснил, почему и с какой целью?

— По его словам, ему что-то не понравилось в моей крови.

— Доктор Гросс сообщил, что именно показалось ему подозрительным?

— Нет.

— Он сказал вам, что рак не прошел?

— Нет, но именно этого я и испугался. Раньше он никогда не проводил повторные анализы. — Фрэнк Барнет переступил с ноги на ногу. — Я спросил его, не вернулся ли рак, на что он ответил: «Пока нет, но мы должны очень пристально наблюдать за вами». Он настаивал на том, что я должен постоянно сдавать анализы.

— Какова была ваша реакция?

— Мне стало очень страшно — страшнее, чем в первый раз. Когда я впервые узнал о своем заболевании, я собрал в кулак всю свою волю и приготовился бороться. Потом я выздоровел — по крайней мере мне так сказали-и решил, что небеса даровали мне вторую жизнь, чудесный шанс начать все сначала. И вдруг — этот звонок… Меня вновь обуял страх.

— То есть вы посчитали, что болезнь вернулась?

— Разумеется, иначе зачем могли понадобиться дополнительные анализы?

— Вам стало страшно?

— Страшно? Меня охватил ужас!

Наблюдая за тем, как проходит допрос, Алекс пожалела о том, что в свое время они не догадались сделать фотографии. Она помнила дни, когда отец исхудал, весь был серого цвета и едва стоял на ногах. Одежда тогда висела на нем, как на вешалке, а сам он напоминал ходячего мертвеца. Но сейчас отец выглядел цветущим, полнокровным и сильным, каким и положено быть строителю. Глядя на него, было сложно поверить, что этому человеку может быть знаком страх. А присяжных было необходимо убедить в том, что этот человек сломлен и находится на грани психического истощения. Алекс понимала: это очень важно, поскольку может сыграть решающую роль в принятии присяжными решения. Но делать это следовало крайне осторожно. А адвокат отца, к сожалению, имел скверную привычку забывать собственные наработки во время опроса участников процесса.

— Как развивались события дальше, мистер Барнет? — спросил адвокат.

— Я снова отправился сдавать анализы и проходить исследования. Доктор Гросс проделал все то же, что и раньше, плюс сделал биопсию печени.

— Каков был результат?

— Он велел мне прийти снова через шесть месяцев.

— С какой целью?

— Он просто сказал: «Приходите снова через шесть месяцев».

— Каким было ваше самочувствие на тот момент?

— Я чувствовал себя вполне здоровым, но решил, что у меня рецидив.

— Это сказал вам доктор Гросс?

— Нет, он мне вообще ничего не сказал. И вообще никто в больнице мне ничего не говорил. Они только твердили: «Приходите через шесть месяцев».

* * *

Разумеется, ее отец решил, что опять болен. Он встретил женщину, на которой мог жениться, но не сделал этого, поскольку, по его мнению, жить ему оставалось недолго. Он продал свой дом и переселился в маленькую квартиру, чтобы не иметь долгов по ипотеке.