Чтение онлайн

— Так сколько, Линн?

— Устроить дела с наследством — не твоя забота, Сойер.

Он наклонился вперед и уперся руками в стол. Вздулись бицепсы, и на щеках появились желваки.

— Это моя забота, если тебе придется продать часть акций компании, чтобы выплатить ваши долги.

— Кстати, я хотела продать тебе акции Бретта.

Он нахмурился и провел рукой по волосам.

— Я сейчас не могу выделить капитал на покупку акций Бретта. В данный момент компания переживает трудности.

Холодок пробежал у Линн по позвоночнику. Эти акции — единственное, что у нее есть. Если компания прогорит, они потеряют цену.

— Но мне нужны деньги, когда начнут продавать дом.

— А мне нужно, чтобы ты проявила терпение. Мне надо поставить компанию на ноги. Ты получишь лишь малую долю цены, если начнешь продавать акции сейчас. Куда ты планируешь переехать?

Линн прижала пальцы к пульсирующей жилке на левом виске.

— Тетя сказала, что я могу пожить у нее, пока справлюсь со своими делами.

— Во Флориде? Если ты ищешь место, где можно не платить за аренду жилья, переезжай ко мне. Места у меня хватит.

Его предложение одновременно и соблазняло и отталкивало. Она любила этот маленький университетский городок, с пологими холмами, извилистыми дорогами и дружелюбной атмосферой. Просторный дом Сойера стоял в исторической части города. В нем чувствовались характер и порода, которых не хватало новостройкам. Когда Сойер закончит ремонт, его дом станет настоящим совершенством. Особенно ей нравились высокие потолки и высокие окна, выходившие в огромный двор.

— Спасибо, но будем надеяться, что до этого не дойдет.

— Ты ищешь работу?

— Да. — Последние три дня она только этим и занималась. Но студенты на лето разъехались, а бизнесмены сократили персонал, поскольку уменьшилась торговля.

— Приходи работать ко мне.

Меньше всего она хотела бы каждый день видеть лицо Сойера и вспоминать, как безрассудно бросилась в его объятия.

— Я ничего не знаю о компьютерах и развитии программного обеспечения.

Сойер шагнул к ней ближе, потом еще, пока не встал прямо за ее спиной. Его отражение обозначилось в стекле. Он положил руку ей на плечо и повернул лицом к себе. Она моментально почувствовала жар от его прикосновения. Взглянув на него, Линн увидела в его глазах сочувствие, отчаяние и пламя. Он так же, как и она, не забыл о том, что случилось.

— Линн, я дам тебе столько денег, сколько надо, чтобы покрыть срочные расходы. Я могу предложить тебе работу. Твой выбор. Но я не хочу, чтобы ты уезжала из Чапел-Хилл, пока не буду уверен, что ты не носишь ребенка Бретта… или моего.

Ребенок Сойера? Пульс помчался неизвестно куда. Чтобы успокоиться, она глубоко вдохнула. Одно дело уехать во Флориду одной, и другое — с ребенком Бретта. И самое невероятное — отнять у Сойера его ребенка.

Однако не следует впадать в панику. Пока ничего не случилось. Может быть, ты еще и не беременна. Шанс на зачатие в первый месяц после отказа от таблеток совсем невелик.

— Спасибо. Но я предпочитаю зарабатывать деньги сама. — Линн заставила себя посмотреть ему в глаза и состроить улыбку, похожую на гримасу.

— Я хочу помочь. — Голос его стал пугающе твердым.

Она глубоко вздохнула и посмотрела ему в глаза.

— А я хочу настоящую работу, а не данную мне из жалости.

— Нам действительно необходим сотрудник.

Опал, моей помощнице по административной работе, нужен помощник. Помощница Бретта ушла несколько месяцев назад. Теперь ее работа легла на Опал и Нину.

У Линн перехватило дыхание, к горлу подступила тошнота. Нина! Любовница Бретта. Муж менял помощниц, как большинство мужчин меняет носки. Поэтому он и запрещал звонить ему на работу. Ей даже было неизвестно имя его последней помощницы. Знает ли Сойер об этой связи? Будет ли он лгать, чтобы защитить брата?

Голова шла кругом.

— Я незнакома с этой работой.

— Научишься.

— Я подумаю. А сейчас, пожалуйста, посиди, я хочу показать тебе кое-что. Сейчас принесу из спальни.

Их взгляды встретились. Потом он посмотрел на арку за ее плечом, ведущую в холл и к лестнице. Огонь вспыхнул у него в глазах. У Линн перехватило дыхание. Она отвернулась, успев заметить, как напряглись черты Сойера.

— Я принесу шкатулку.

Взяв себя в руки, Сойер сел и открыл крышку дешевой деревянной шкатулки, стоявшей перед ним. Золото, серебро, другие ценные безделушки — все лежало в куче.

— Я даже не знала, что у Бретта есть сундук с сокровищами, пока не начала искать завещание. Я нашла шкатулку на дне шкафа, заваленную другими вещами. Но я увидела твое имя на некоторых предметах и подумала, что, может быть, тебе будет интересно.

— Ты так и не нашла завещание?

— Нет. Нотариус проверил в банке и везде, где по логике вещей оно могло бы быть, но ничего не нашел, а я уже дважды обыскала весь дом.

Еще одно доказательство беспечности брата — он совсем не думал о Линн. Если мужчина любит женщину, он заботится о ней, обеспечивает ее… и детей, какие у них могут быть.

Подавив тревожащие душу мысли, он осторожно вытащил из шкатулки золотые часы на цепочке и провел пальцем но выгравированному на металле имени. Теплые воспоминания окутали Сойера: он вместе с отцом рассматривает часы, мечтая о дне, когда ему будет доверена эта фамильная ценность.

— Эти карманные часы принадлежали моему прадедушке, первому Сойеру Риггэну.

Она поставила перед ним кружку дымящегося кофе и отошла в другой конец кухни.

— Почему они оказались у Бретта?

— Он попросил. — И, Бог свидетель, после смерти родителей Сойер старался дать Бретту все, что тот захочет.

— Но почему ты их отдал, если они предназначались тебе?

— Я ему должен. — Долг, какой никогда не выплатить.

— Должен ему что? Неужели Бретт ей не сказал?

— Я повинен в смерти наших родителей.