Чтение онлайн

— Меня Клара поймала, поэтому я задержался. Она может воспитывать меня вечно, и ты об этом прекрасно знаешь. — А что, для оправдания вполне сойдёт. Клара Львовна — это мощь, с которой каждый из нас вынужден был считаться.

— Ох, бедняжка. Тебе не повезло, ты страдал сегодня за троих, — сестра провела рукой по моей щеке и тихонько рассмеялась.

— Очень смешно, ха-ха-ха, — я подошёл к окну и остался там стоять, опершись на подоконник.

Мне никто не ответил. Я осмотрел комнату. Всё-таки ребята, не входящие в наш довольно небольшой круг, не смогли полностью влиться в компанию. Они скучковались отдельно и о чём-то негромко переговаривались, не обращая на нас с Юлькой внимания.

Ольга Иванова же, похоже, не стала своей ни в одной компании. Она присела на стоящий в отдалении стул и внимательно осматривала всех нас, даже не пытаясь подключиться к разговорам.

— Надо решить уже, что будем делать вечером, и будем ли что-то делать вообще, — Фёдор Вольф повернулся ко мне.

— А почему ты на меня смотришь? Не я же в одно лицо решаю, чем бы нам заняться, — протянул я и скрестил руки на груди и нахмурился. Это было не в первый раз, когда мне предлагали принять решение за всех. И меня это дико напрягало.

— Да, что тут думать, — в наш разговор встрял Володя — брат Феди. — Недалеко от музея магии новый клуб открылся. Предлагаю проверить, что это за место.

— Нашли, где клуб открывать, — Ромка передёрнулся. Все присутствующие невольно скривились, поддерживая его реакцию.

Музей магии был защищён старым заклинанием, которое вызывало у магов безотчётную панику. Это заклинание вызывало нервозность, и острое желание как можно скорее покинуть площадь, на которой стоял музей.

Отец говорил, что для того, чтобы чары перестали на тебя действовать, нужно было пройти определённую черту. Вот только он не объяснил, где эту черту нарисовали. Во всяком я её пока не обнаружил. Хоть и много раз посещал музей с Майей, которая являлась его хранительницей.

— Скорее всего, клуб там открыли именно для того, чтобы дети кланов в нём не появлялись, — протянул Иван Подоров. — Лично мне рядом с этим музеем не по себе. Хоть я и к клану Орловых имею непосредственное отношение.

— Мне тоже там не по себе, — поёжилась Ксения Ушакова.

— Так, на то и расчёт, Ксюша, — на спинку кресла, в котором сидела девушка, навалился Борис. — Но зато представь, что под таким давлением музея могут появиться очень интересные ощущения. Лично я за то, чтобы попробовать. Новый опыт, как-никак.

— Тебя вечно на приключения тянет, — я только головой покачал, глядя на своего родича.

— Жизнь одна. Скоро нас будут привлекать к делам кланов. Я вот, в отличие от тебя, хочу что-нибудь вспомнить интересного и пикантного. — Парировал Борька.

— Сомневаюсь, что для тебя там будет что-то необычное, и тем более пикантное. Только не говори мне, что не приучил себя к музею и не воспринимаешь его, как обычное здание. Учитывая, что чисто формально этот дом принадлежит вам, а твоя мать проводит там очень много времени, являясь его хранительницей. — Ответил я, стараясь соблюдать спокойствие.

— Зато я могу наблюдать, как вы пытаетесь справиться с паникой, всего лишь выходя на танцпол. Будет что вспомнить, в то время как буду корпеть над бумагами. — Пафосно произнёс Борька.

— Тебя никто не заставлял идти по стопам отца и становиться юристом клана, — фыркнул Ромка.

— Да, надо было брать пример с тебя и планировать жизнь бездельника, — парировал Борис.

— Журналистика, мой недалёкий друг — это далеко не безделье, — наставительно произнёс брат. — К тому же отец с мамой не против.

— Ну, ещё бы они были против, — хмыкнул Федя. — У Орловых только газет три. А ещё журналы и государственная типография. Конечно, это очень важно, чтобы всем этим руководил член семьи, который разбирается в нюансах. Так что не слушай никого, Рома, это они просто завидуют.

— Чему? — Борис закатил глаза.

— Тому, что Рома среди красивых женщин будет начинать работу, а ты среди этих индюков, юристов кланов, которые думают, что без них и кланов бы не существовало.

— И в чём они не правы? — Боря не отводил взгляда от Вольфа.

Их парадоксальное соперничество уже всех нас достало, если честно. Тем более что делить им вроде нечего было. Вольфы были старше Борьки. Мы все были старше Борьки. Он умудрился появиться на свет последним из нашей компании. Иногда мне казалось, что именно это его раздражает больше всего. И он старается доказать всем нам… Я не знаю, что он пытается доказать. Что-то. Отец говорит, что Борька слишком похож на отца. Что мы все слишком похожи на своих отцов. Может быть, всё дело в этом?

— Боря, если бы не ваша братия, то мы бы просто, как в старые добрые времена решали все вопросы при помощи насилия. А там, кто сильнее, тот и прав. — Заявила Машенька Вольф, которая сидела прямо на полу, изящно поджав под себя ноги.

— Маша, в случае совсем уж не разрешимых ситуаций, кланы до сих пор решают вопросы силой. — Юлька-зараза такая, присела на подлокотник кресла Стёпки, отчего он слегка напрягся. — Возьмём, к примеру, этот дом. Насколько мне известно, его отняли у какого-то клана мой отец вместе с отцом Ксюши.

— Это не только тебе известно, — Ксения глянула на брата, а потом метнула раздражённый взгляд на Юльку.

— Может быть, мы уже решим, каковы наши дальнейшие действия? — прервал её один из «сироток». — Или мы идём в клуб, и тогда я откладываю поездку домой на завтра. Или же вы соревнуетесь в остроумии, а мы пойдём собирать вещи, чтобы ехать на каникулы.

— Ну, хоть кто-то говорит по делу, — Маша встала и принялась надевать туфли, которые скинула за пределами ковра. — Думаю, что тут не о чем думать. Идём в клуб. Надо только решить в какой. Или куда-нибудь в известное и привычное место. Или же в этот новый кошмар, чтобы пощекотать нервы и обеспечить Бореньку положительными эмоциями?

— Я бы сходил в это новое заведение, — задумчиво произнёс Ромка. — В крайнем случае нас же там насильно держать никто не будет. Всегда можно уйти.

— Я, наверное, тоже рискнул бы, — подал голос сдержанный и всегда мрачновато-серьёзный Степан.