Шрифт:
Пролог
Разрушенная самовосстанавливающимися машинами, прибывшими из далёкого космоса, Земля погибла на исходе Эры Кузни Бога. Несколько тысяч людей всё же были спасены роботами, посланными Благодетелями на защиту примитивных миров и цивилизаций от опустошения. Роботы успешно расправились с зондами-убийцами планет в пределах всей Солнечной системы, но Земля, тем не менее, была полностью уничтожена.
Пока на Марсе создавались условия для жизни, спасённые люди находились на борту огромного Центрального Ковчега. Здесь их ознакомили с Законом — галактическим кодексом, который определял поведение цивилизаций. Закон гласил, что цивилизации, создавшие самовосстанавливающиеся машины-убийцы, должны быть уничтожены. Теперь людям, с помощью Благодетелей, надлежало свершить Правосудие. Самые молодые обитатели Центрального Ковчега вызвались отправиться в далёкое путешествие, чтобы сохранить равновесие в Галактике.
Часть 1
Мартин сидел на переднем сиденье отцовского бьюика, в сумерках середины лета мчащегося по автомагистрали в Арегону. Залитое дождём шоссе трудно было назвать пустынным. Серо-голубое, с красноватыми всполохами, небо отражалось на мокрой и тёмной поверхности дороги, делая её золотистой; вспыхивая фарами и сигнальными огнями, мимо проносились тяжёлые грузовики — дворники переднего ветрового стекла настойчиво смахивали дождевые капли, в которых отражался весь этот блеск и ослепительное сияние.
Мартин чувствовал тепло и запах шерсти собаки Гейдж, которая протиснувшись между сиденьями, положила лапы и морду ему на колени.
— Отец, — спросил Мартин, — скажи, космос действительно пуст?
Артур не отвечал. Не было больше никакого шоссе, не было больше Земли. Не было и отца на Ковчеге — он остался на Марсе, где прошли уже века.
Мартин Гордон пошевелился, стараясь проснуться. Он с трудом открыл глаза и расжал кулаки. Солёная слезинка попала ему прямо в горло; закашлявшись, он окончательно пришёл в себя. Пятна и полосы жёлтого и белого цвета разбегались по стенам просторной комнаты с высоким потолком — как огни мчащихся машин.
Мартин никак не ожидал проснуться именно здесь. Рядом с ним, в гамаке, спала девушка с внешностью феи — с тёмными, почти чёрными волосами.
— С тобой всё в порядке? — спросила она, открыв глаза и слегка улыбнувшись.
— Думаю, да, — ответил он. — Просто я видел сон.
Последнее время Мартин часто видел сны, — особенно с той поры, как стал жить с Терезой. Он видел сны о Земле — приятные, но в тоже время и тревожащие.
— О чём?
— О Земле. Об отце.
Спустя восемь лет после смерти Земли дети покинули Центральный Ковчег и Солнечную систему и отправились в путешествие на Корабле Правосудия.
Через два года после их отлёта — по времяисчислению Ковчега — оставшиеся в живых земляне были погружены в глубокий сон.
В то время, как на Ковчеге прошло два года, для детей на корабле — лишь один. Скорость корабля росла, время текло для них все медленнее, приближаясь ко времени Вселенной — земной год проходил для них за шесть с половиной дней. Вообще, годы стали для них измерением прошлого; годы остались в мире, которого больше не существовало.
Если родители Мартина ещё и были живы, то они, как и другие спасённые земляне, жили на Марсе, переселившись туда после трёхвекового сна на Ковчеге.
Для Мартина и других детей прошло за это время лишь пять лет.
Тереза подвинулась к нему поближе и, глубоко вздохнув, обняла.
— Тебе снится всегда одно и то же, — пробормотала она и снова уснула. Тереза засыпала удивительно легко. Мартин смотрел на неё, все ещё смутно понимая, что же происходит. Он пытался разобраться в несовместимости прошлого — невероятно далёкого во всех отношениях — и этой девушки, веки которой подрагивали во сне, а грудь плавно поднималась и опускалась.
Да, нить, связывающая ребёнка с родителями, обрывается только после его смерти.
— Пожалуйста, темноту, — попросил Мартин, и ленты огней на стенах погасли. Он отвернулся от Терезы и, закрывая глаза, уже вновь видел ярко-красные полосы света и несуществующее голубое шоссе.
Если бы водители осознавали, как красиво подобное скопление машин, как прекрасен дождь, и как мало впереди осталось таких сумеречных вечеров!
Корабль Правосудия был построен на Земле, выкроен и собран из кусочков её мёртвого тела. Небольшой, обособленный мир, передвигающийся в пространстве почти со скоростью света. Сотни лет отделяли его от пыли и камней, оставшихся от дома.
Ещё в начале путешествия дети окрестили корабль «Спутником Зари». Корабль, пяти сотен метров длиной, своим внешним видом напоминал змею, проглотившую три яйца. Диаметр каждой ступени — дети называли их дома-шары — был около ста метров. Между домами, вокруг соединяющих перемычек, висели резервуары с запасами газообразных веществ: водорода, лития, гелия, азота, кислорода, углерода, а также цистерны с пищей и топливом.
Первые два дома-шара принадлежали детям: огромные пространства были поделены на множество кают-отсеков, обстановка и даже размеры которых с лёгкостью варьировались.
«Спутник Зари» напоминал Мартину большую пластиковую клетку, которую дома в Орегоне сконструировала его мать. В лабиринте жёлтых трубок и коробок со стружками обитали два хомяка. У них была столовая, спальня, колесо для бега и даже пластиковый шар, прозванный отцом «модулем дальнего следования», в котором хомяки могли выкатываться из своего жилища — на пол, на ковёр, в углы комнаты.
Помещений на корабле оказалось даже намного больше, чем это было необходимо для восьмидесяти двух детей. Каждая Венди и каждый Потерянный Мальчик выбирали себе по личной каюте, а при необходимости, использовали ещё две или три.
В третьем, самом дальнем доме-шаре находился тренировочный центр и склады оружия. Перемычки между домами были напичканы различными трубопроводами. Вторая перемычка казалась очень узкой из-за выступа, который, по мнению Мартина, являлся частью двигателя корабля. Как двигатель работал и где он располагался, детям никто не объяснил.
Корабль был полон загадок. Большая часть огромного, но лёгкого «Спутника Зари» состояла из того, что роботы-момы называли «фальшивой материей». Она имела определённые размеры, сопротивлялась сжатию, но не обладала силой тяжести; без горючего «Спутник Зари» весил чуть больше двух с половиной тысяч тонн.