Надежда Элантриса

Перевод с английского: lacrymosa и другие. notabenoid.com, 2013.

Вычитка и редактура: rediens, schwammkopf, plevasik.

Для booktran.blogspot.ru, 2013.

Ниже приводится рассказ, который я написал, возвратившись в мир Элантриса в январе 2006 года. На тот момент, роман «Элантрис» (в России роман вышел под названием «Город Богов») был в магазинах примерно семь или восемь месяцев, но я, на самом деле, не написал ничего нового из историй этого мира с 2000 года, когда я закончил первый проект оригинальной книги.

Этот рассказ был первоначально размещен для продажи на сайте Amazon.com; как только с ними контракт закончился, я поместил его здесь.

Существовало некоторое количество "дыр" в рукописи романа «Город Богов», в который я решил не включать различные точки зрения героев или разделы с объяснениями во имя оптимизации, особенно в конце. В глубине моего сознания, я знал, что случилось.

Данный рассказ как раз одна из этих "дыр", он предназначен для чтения после того, как вы закончили прочтение романа. Действие рассказа происходит во время кульминационных событий романа. Некоторые из вас, возможно, найдут интересным прочитать этот рассказ раньше того времени, что я указал, однако, как я знаю, другие люди предпочитают наслаждаться историей без предубеждений, прочитав данную сцену после романа.

В любом случае, если вы ещё не читали роман "Город богов", этот рассказ содержит основные спойлеры. Могу ли я предложить прочитать роман в первую очередь? Конечно, если вы ещё не ознакомились с романом «Город Богов», то для вас чтение этого рассказа совершенно нецелесообразно.

Как всегда, спасибо за чтение!

— Мой господин, — сказал Эйш, парящий через окно. — Леди Сарин просит вашего прощения. Она немного опоздает к обеду.

— Немного? — спросил удивленно Раоден, сидевший в это время за столом. — Обед должен был начаться час назад.

Цвет свечения Эйша слегка изменился.

— Прошу прощения, господин. Но... Леди наказала мне – а я обещал исполнить, что, в случае вашего недовольства, я должен передать вам так... Передай ему, — сказала она, — что я вообще-то беременна, и это — его вина. Поэтому он будет делать так, как хочу того я.

Раоден рассмеялся.

Эйш снова стал переливаться разными цветами, выглядел он при этом весьма смущенным, настолько смущенным, насколько может выглядеть сеон, шар, сотканный из света.

Раоден вздохнул, руки его лежали на столе. Он находился во дворце, в Элантрисе.

От стен исходило тонкое свечение, здесь не было ни факелов, ни фонарей — они были не нужны.

Когда-то он удивлялся, почему на стенах так мало креплений под факелы. Как-то Галладон сказал ему, что на стенах есть специальные небольшие плиты, нажмешь на такую — и она светится. Они оба к тому времени уже позабыли, что стены светились сами и этого освещения было более, чем достаточно.

Раоден посмотрел на пустую тарелку. А ведь когда-то, думал он, небольшой кусочек хлеба был на вес золота, и доставался с таким трудом. А теперь, обычное дело, валяй дурака за добрый час до обеда и ничего не делай, ничего страшного. Да, еды теперь было вдоволь. Да и сам Раоден умел обычный мусор обращать в лучшее зерно. Больше никто и никогда не узнает в Арелоне, что значит голодать. Все эти мысли навеяли Радеону воспоминания о Новом Элантрисе, о том мире и покое, что он там установил.

— Слушай, Эйш, — вдруг сказал Раоден, осенённый какой-то мыслью. — Я всё хотел у тебя спросить.

— Конечно, Ваше Величество.

— В самый последний час, перед самым возрождением Элантриса, где ты был? — спросил Раоден. — В ту ночь, я что-то не припомню, чем ты занимался, где ты пропадал? Честно говоря, последнее, что я помню, это как ты пришёл доложить, что Сарин похитили и увезли в Теод.

— Всё так, Ваше Величество, — ответил Эйш.

— Стало быть, где ты был тогда?

— Долго рассказывать, Ваше Величество, — сказал сеон, после чего медленно опустился рядом со стулом Раодена. — Началось всё с того, что Леди Сарин отправила меня вперёд, в Новый Элантрис. Я должен был передать Галладону и Карате весть о том, что она уже отправила им обозы с оружием. Выехал я как раз сразу же перед тем, как монахи начали наступление на Каэ. Так я и направился в Новый Элантрис, совершенно не подозревая о том, что скоро случится беда...

Матисс заботилась о детях. Такова была её работа в Новом Элантрисе. Каждый обязан был иметь работу – это было правило Духа.

Она не имела ничего против своей работы — откровенно говоря, она ей даже нравилась. Она начала выполнять эту работу задолго до того, как появился Дух. С тех пор как Дэйш нашёл её и забрал в замок Караты, Матисс присматривала за малютками. Правила Духа лишь закрепили официальный статус. Да, ей нравились её обязанности. Большую часть времени.

— Нам действительно необходимо ложиться спать, Матисс? — спросил Теор, смотря на нее с широко открытыми глазами. — Можем мы не ложиться спать, хотя бы сегодня?

Матисс скрестила руки и приподняла безволосую бровь, глядя на мальчика.

— Вы всегда ложитесь спать в это время: например вчера, — заметила она. — И позавчера. И поза-позавчера, не понимаю, почему вы думаете, что сегодня что-то должно быть по-другому.

— Что-то происходит, — сказала Тиил, вставая за спиной своего друга. — Все взрослые вычерчивают эйоны.

Матисс бросила взгляд в окно. Дети — около пятидесяти, о которых она заботилась — находились в здании, которое окрестили "Курятником" из-за того, что практически на всех стенах были вырезаны птицы. Курятник находился неподалеку от центра внутреннего города — рядом с домом Духа и часовни Кораты, где он проводил большинство важных встреч.

Взрослые хотели пристального надзора над детьми.

К сожалению, это означало, что взрослые также находились под пристальным надзором детей.

За окном пылали вспышки света от сотен пальцев, которые рисовали эйоны в воздухе.

Наступала ночь, в это время дети уже давно должны были заснуть, но сегодня их было особенно трудно уложить.

Тиил прав, подумала она. Что-то происходит.

Однако это не было достаточной причиной, чтобы разрешить ему не ложиться спать, особенно учитывая тот факт, что чем дольше он бодрствовал, тем дольше она не могла оставить детей и выяснить причину этих волнений.

— Ничего не происходит, — сказала Матисс, оглядываясь на детей.