На страже Империи. Том 2

— Это что еще за твари?! — прохрипел тот самый лысый солдат, сплотивший вокруг себя основную часть магов. В воцарившейся после гибели Бесплотного тишине его голос был отчетливо слышен.

Виктор и Мария, разогнав остатки Всадников, в панике отступающих к порталу, спустились ко мне. То же сделала и Каховская, телепортировавшись мне за спину.

Все они, правда, приземлились подальше. С явной опаской глядя на Миту. Еще бы! Людям, до этого лишь сражавшимся с иномирными тварями, будет непросто привыкнуть к пятнадцатиметровой гидре с темно-лиловой чешуей. А ведь она еще и вырастет потом раза в три!

Моя новая боевая единица же протянула ко мне все пять здоровенных голов, давай почесать себя по чешуе.

— Это Серые Капитаны. — ответил я, гладя надлобные гребни чудовища и разглядывая прибывших… существ. Теперь, когда они выплыли из серого тумана, их можно было разглядеть как следует.

В наш мир прямо по воздуху вплывали пять длинных лодок из серого, покрытого пылью, дерева. На каждой лодке стояли по три долговязые фигуры метра по четыре ростом, и синхронно махали длинными веслами из выбеленных костей.

Людей эти существа напоминали лишь отдаленно. С серой гладкой кожей, четырьмя руками — худыми и длинными, вытянутыми костистыми головами с одним единственным глазом во лбу. Вместо одежд — развевающиеся на ветру грязные бинты.

Пять ладей шли клином. Первый из трех Капитанов, стоящих на первой, самой массивной, лодке, выделялся среди остальных. На его абсолютно лысой, как и у остальных, голове, возвышалась длинная золочённая шапка. Высокий островерхий шлем с красным пышным хвостом из волос какой-то ургальской твари.

— Это что у них, полководец какой-то? — спросила все-таки приблизившаяся к нам с Митой Мария. — Или самый главный маг?

— Нет, Капитаны не бывают полководцами. Они вообще обычно не сражаются. Они…

Тут главный из них вскинул длинную костлявую ладонь, увенчанную связкой золотых браслетов. Вслед за ним руки вскинули и остальные. Будь здесь Бесплотный, своей аурой защищающий их от солнечного света, они сделали бы это мгновенно.

Но без него двигались они вяло, медленно. И я успел стрелой взмыть в небо и прокричать:

— Щиты и благодать! Быстро!!! — и сам вскинул руки, выставляя между нашей четверкой и Капитанами Барьер Небытия. Простой экран, но у меня, напитавшегося силой погибших Всадников, он вышел куда мощнее прежнего.

— Щит!!! — громогласно повторил услышавший меня солдафон. И сам вскинул ладонь, сотворяя, казалось, из ничего, толстенную металлическую стену. Адепт Земли — немудрено для армейского.

А затем Капитаны сотворили то, что собирались. Мои воины, впервые столкнувшиеся с этим, назвали их чары Мертвой Пустыней. По мне — очень меткое название.

Из серых ладоней этих существ, во все стороны от пяти парящих ладей полетел серый песок. Пятнадцать тонких струек очень быстро слились, стали шире, разлетелись во все стороны — и вот уже гигантский вихрь серого песка, застилающий взор, заполнивший собой все в радиусе сотни метров вокруг, бушует и завывает, не давая вздохнуть.

Мне пришлось приземлиться обратно к своим, а полусферу щита сделать сферой. Этот серый песок — субстанция, выведенная магами Ургала. Чистая Смерть в твердом виде. Такой же песок, лишь падающий с копыт коней Всадников Праха, умерщвлял простых людей одним касанием.

А целая буря, мощный ураган из этого вещества, дробил даже камни строений. Когда ураган стал стихать, я увидел, что от арены, трибун, части зданий самой Академии, не осталось ничего, кроме гигантских груд каменной крошки и гнилого праха, высящихся на десятки метров.

Примерно две трети магов, оставшихся здесь, мгновенно погибли, не сумев себя защитить.

— Они выполняют функции зачистки выживших. — произнес я в повисшей гробовой тишине. — Приходят, чтоб не осталось вообще никого.

Мария с Алисой нервно дернули плечами. Девушки, обе будучи адептами Бытия, сотворили один щит на двоих. Мария создала прозрачный купол, а Алиса закрутила пространство вокруг него причудливым образом, чтобы до самого щита долетало меньше смертоносного песка.

Серый прах еще витал кое-где в воздухе. На моих глазах какой-то воздушник преждевременно снял защиту — и у него просто сгнила и отвалилась правая рука, по самое плечо. Крик боли огласил занесенные песком руины, еще утром бывшие главной ареной губернии.

Медлить было нельзя. Капитаны бьют ужасными, смертельными заклятиями. Но делают это редко — а под солнечным светом и того реже. И до следующего удара мы должны с ними расправиться!

— Снять щиты! — приказал я своим соратникам. — Мита, плюй в Капитанов!

Вот уж кому-кому, а чудовищу из самых глубин Ургала эта серая пыль была не опасней легкого ветерка. Потрясая всеми пятью головами, вытряхивая песок из ушей, Мита с громогласным ревом затопотала в сторону парящих в воздухе лодок.

— Не атаковать ее! — повысил я голос, взмывая в небо. — Это свои! Бейте по щитам Капитанов всем, чем умеете! Желательно в одну точку!

Прислушалось к моим словам меньшинство. Многие маги до сих пор висели на одном месте, будто оглушенные. Я и сам ощущал, что отражение Мертвой Пустыни выжрало у меня добрых две трети Источника. Мария с Каховской сумели защититься лишь потому, что мой купол накрыл и их, Виктор, хоть и взлетел следом за мной, но тяжело дышал. Из уголка его рта стекала тонкая красная струйка.