На стекле
Шрифт:
Вот она обнимает его, запрыгивает, обхватывая руками за шею и подгибает ноги так, что практически сносит с места. И теперь смеются они оба, едва не падая на землю, которой нет. Есть только они вдвоём.
И это не романтика. Это тьма. Тьма вокруг.
Из которой выныривает новый образ: Грейнджер выгибается, откидываясь назад. Её волосы касаются его ног, и это было бы щекотно, если бы все ощущения не собрались тугим клубком змей в паху. Они движутся навстречу друг другу, он скользит ладонями по её бёдрам и сжимает талию пальцами, чувствуя непрекращающееся движение. Грейнджер сжимает его запястья и громко выдыхает, напрягаясь всё сильнее с каждым толчком.
В его фантазиях она никогда не стонет. Ей это не пойдёт.
А вокруг по-прежнему тьма. Драко мечтает остаться в ней навечно. Продать ей свою душу, наплевать на мир, в котором он - такой идеальный. В котором он - подсевший на чёрную магию неудачник в маске любимца судьбы. Везунчика. Баловня фортуны. Зависимого урода. Он может иметь всё, что захочет. Кроме одного. Кроме одной. Драко медленно отключается.
Фиксация новой заповеди в сознании почти болезненна.
Никогда, к чёртовой матери, не пытайся остановить время.
Оно только полетит ещё быстрее. Потому что времени плевать, понимаете?
Вы понимаете?