Чтение онлайн

В комнате, кроме меня, был еще один человек, и он тоже не спал. Долгое время я слушал, как он не спит. Он не мог лежать так спокойно, как я, быть может, потому, что у него не было привычки не спать. Мы лежали на одеялах, разостланных поверх соломы, и при каждом движении солома под нами хрустела, но шелковичных червей не пугал этот хруст, и они не переставали есть. За стенами дома ночь была полна обычных шумов прифронтовой полосы, но в темной комнате были совсем другие, свои, маленькие шумы. Человек, деливший со мной комнату, некоторое время старался лежать спокойно. Потом он заворочался снова. Я тоже стал ворочаться, чтобы он понял, что я не сплю. Он десять лет прожил в Чикаго. Его мобилизовали в девятьсот четырнадцатом, когда он приехал навестить родных, и так как он говорил по-английски, его приставили ко мне вестовым. Я услыхал, что он прислушивается, и тогда я еще раз повернулся на своем одеяле.

– Не спится вам, signer tenente? [господин лейтенант (итал.)] - спросил он.

– Не спится.

– И мне тоже.

– А почему?

– Не знаю. Так, не спится.

– Вы, может быть, нездоровы?

– Да нет. Я здоров. Только вот не спится.

– Давайте поговорим о чем-нибудь, - предложил я.

– Давайте. Только о чем тут говорить, в этой проклятой дыре?

– Здесь не так уж плохо, - сказал я.

– Точно, - согласился он, - здесь ничего.

– Расскажите, как вы жили в Чикаго, - сказал я.

– Так ведь я вам уже об этом рассказывал, - сказал он.

– Расскажите, как вы женились.

– И об этом тоже рассказывал.

– То письмо, в понедельник, было от нее?

– Точно. Она мне все время пишет. Торговля у нее там идет хорошо.

– Вы, когда вернетесь, найдете налаженное дело.

– Точно. Она хорошо справляется. И барыши неплохие.

– А не разбудим мы остальных своими разговорами?
– спросил я.

– Нет. Им не слышно. И потом, они спят, как сурки. А я вот не могу, сказал он.
– Я очень нервный.

– Говорите тише, - сказал я.
– Курить хотите?

Мы осторожно закурили в темноте.

– Вы мало курите, signer tenente.

– Да, я почти бросил.

– Что ж, - сказал он, - это только на пользу, и, наверно, когда отвыкнешь, так уже и не хочется. Правда, что слепые не курят потому, что не могут видеть дым?

– Вряд ли.

– Ерунда, по-моему, - сказал он.
– Хотя так говорят. Да, знаете, мало ли что говорят.

Мы оба замолчали, и я снова прислушался к шуршанью шелковичных червей.

– Вы слышите этих противных червяков?
– спросил он.
– Слышно, как они жуют.

– Да, забавно, - сказал я.

– Скажите, signor tenente; что такое с вами, что вы не спите по ночам? Я никогда не видел, чтобы вы спали. Вы ни одной ночи не спали, с тех пор как я при вас.

– Не знаю, Джон, - сказал я.
– В начале прошлой весны я попал в скверную переделку, и с тех пор мне ночью всегда не по себе.

– Вот и мне тоже, - сказал он.
– Не надо было мне идти на войну. Слишком я нервный.

– Может быть, это пройдет.

– Скажите мне, signer tenente, зачем вы-то пошли на войну?

– Не знаю, Джон. Захотелось пойти, и пошел.

– Захотелось?
– сказал он.
– Нечего сказать, хороша причина.

– Не надо так громко разговаривать, - сказал я.

– Да они спят, как сурки, - сказал он.
– И потом, ведь они не понимают по-английски. Ни черта они не знают. Что вы будете делать, когда все это кончится и мы вернемся в Штаты?

– Думаю работать в газете.

– В Чикаго?

– Может быть.

– Вы читаете статьи этого Брисбэйна? Жена всегда вырезает их и посылает мне.

– Читаю, конечно.

– Вы с ним не знакомы?

– Нет, но я знаю его в лицо.

– Хотел бы я с ним познакомиться. Он здорово пишет. Жена хоть по-английски не читает, но газету выписывает, как при мне, а передовицы и страничку спорта вырезает и посылает мне сюда.

– Как ваши малыши?

– Хорошо. Старшая девочка уже перешла в четвертый. А знаете, signer tenente, если б не дети, не быть бы мне вашим вестовым. Меня бы все время держали на передовых позициях.

– Я очень рад, что у вас есть дети.

– Я и сам рад. Девочки хорошие, но мне бы хотелось сына. Три девочки, и ни одного мальчика. Это уж значит - не везет.

– Ну, теперь полежите тихо, может быть, заснете.

– Нет, не засну. У меня весь сон пропал, signer tenente. Но вот вы-то не спите - это меня огорчает.

– Ничего, Джон, это пройдет.

– Такой молодой, и не спит по ночам.

– Все пройдет. Только не сразу.

– Надо, чтобы прошло. Так ведь жить нельзя, если совсем не спать. Может быть, вас тревожит что-нибудь? Что-нибудь у вас есть на душе?

– Да нет как будто.

– Жениться вам нужно, signor tenente. Тогда ничто вас не будет тревожить.

– Едва ли.

– Вам нужно жениться. Выбрали бы себе какую-нибудь хорошенькую итальяночку, с деньгами. За вас любая пойдет. Молодой, красивый, имеете отличия. Были ранены несколько раз.

– Я плохо говорю по-итальянски.

– Отлично говорите. И на кой тут черт говорить по-итальянски? Никаких разговоров и не требуется. Женитесь, и все тут.

– Я подумаю об этом.

– У вас ведь есть тут знакомые девушки?

– Есть, конечно.

– Вот и женитесь на той, у которой денег больше. Они здесь все так воспитаны, что любая будет вам хорошей женой.

– Я подумаю об этом.

– А вы не думайте, signor tenente. Вы действуйте.

– Ладно.

– Мужчине нужна жена. Вы об этом не пожалеете. Каждому мужчине нужна жена.

– Ладно, - сказал я.
– Теперь попробуем поспать немного.

– Ладно, signor tenente. Попробую. Только вы не забывайте, что я вам сказал.