Шрифт:
Вероятность получения желаемого результата находится в обратной зависимости от силы желания.
— Мне бы на край Вселенной, — робко попросил Виктор. — На самый-самый её завалящий краешек…
— На какой именно край? — конкретно поинтересовался робот — кассир. — И что такое КРАЙ вообще, применительно к безграничному Пространству? Мы такими абстрактными понятиями не оперируем, поэтому уточните, пожалуйста, свою просьбу.
— Ну… туда… где… ещё… не… ступала… нога… человека… — попробовал Виктор. — На этот раз доходчиво?
— Хотя и несколько затруднительно для абсолютного понимания, — сказал кассир. — Как я условно разумею, вас сейчас интересует наиболее далёкая от Земли точка Космоса, доступная её космическим кораблям дальнего радиуса действия?
— Именно это я и хотел сказать! — с удовольствием подтвердил Виктор. — У меня с завтрашнего дня отпуск, я смертельно устал от всех благ цивилизации, и мечтаю провести время там, где не пахнет ни чьим духом. Или, по крайней мере, слабо попахивает…
— Есть тут у нас кое-что и кое-где, — сказал робот, шумно порывшись в своей бездонной памяти. — Как будто специально для вас. «Чёрная дыра» в созвездии Волосы Вероники, двадцать миллиардов световых лет по прямой. Устраивает?
— Устраивает…
— Кроме того. На расстоянии одного светового года от неё имеется планета — одиночка, на которой установлена самая дальняя отсюда кабина нашего трансспидера. Устраивает?
— Устраивает.
— Более того, — продолжал неистощимый на приятные новости робот. — На расстоянии ещё примерно ста световых дней в том же направлении якобы обнаружен некий объект, до которого пока не дошли ни чьи конечности. Дальше на сегодняшний день ничего не выявлено. Устраивает?
— Устраивает! Фантастически устраивает! — Виктор был в неописуемом восторге. — А я смогу до этого объекта добраться, если он, конечно, существует в Природе?..
— Разумеется! На планете оставлен резервный прыгун радиусом действия в двести световых дней. Достаточно?
— У меня нет слов!!! — подпрыгнул Виктор от счастья. — Когда я смогу туда отправиться?!
— Да хоть прямо сейчас, и непосредственно отсюда! — сказал робот. — Даже без специальной подготовки! Там есть все необходимые условия, и весьма приличный запас продовольствия!
— Лечу! — воскликнул Виктор. — На Край Света! На пыльных тропинках далёких планет останутся наши следы! Мои…
…Небо планетки было совершенно чёрным, без единой звёздной искорки, и сама она была черна до безумной прелести. Виктор сидел на уплотнившейся от Времени и абсолютного холода почве, прислонившись спиной к остывающему корпусу прыгуна, и наслаждался ещё более абсолютным одиночеством. За его спиной осталось всё, впереди него не было уже ничего. Вселенная с её миллиардами и триллионами мёртвых и обитаемых миров давно кончилась, здесь был её край, её окончательный предел. Виктор выключил ненужное радио и слушал лишь вкрадчивое жужжание вентилятора, гонявшего по его скафандру тёплый воздух.
Глаза блаженно отдыхали, слух расслаблялся в нирване, душа медитировала в эмпиреях…
…Увидев бортовые огни опускающегося на его планетку корабля, Виктор решил, что какой-то неврастеник вроде него, уставший, как и он, от бесчисленных благ цивилизации, тоже вздумал сбежать куда подальше, и теперь пытается нарушить его заказное одиночество.
Виктор от всей своей души возражал. Отпуск его только начался, и он пока не ощущал ярко выраженного сенсорного голода. Он первым сюда прилетел, а с экскурсионным бюро была конкретная договорённость о временном приоритете…
…Чужой корабль по-хозяйски сел в близких пределах видимости, нервно повертел прожектором, и нагло упёрся его ярким жёлтым лучом почти Виктору в глаза.
На планетке становилось слишком уж тесно. Виктор огорчённо вздохнул и полез в свой загнанный прыгун за электронным переводчиком — прилетевший дикарь — путешественник мог оказаться не только иностранцем, но даже не гуманоидом.
Когда Виктор вернулся во всеоружии, нахально посягавший на его добровольное одиночество уже торчал перед входным люком прыгуна, изучая его с помощью нашлемного фонаря. Он был в мешковатом скафандре, из которого торчали множественные манипуляторы. Как назло, Виктора посетил именно не гуманоид.
Виктор включил своего толмача в режим синхронного перевода, сделал глубочайший вдох, чтобы разразиться длинносложной руганью, однако не гуманоид оказался в плане этого гораздо шустрее него. Виктор не услышал в своём радиотелефоне ни звука, но переводчик, уловив мощную телепатему, неожиданно ожил:
— Ты хто такой, жидкие помои?!.
— Отпускник, елки зелёные… — ответил Виктор с не меньшим вызовом. — Робинзон, блин… Отшельник, гадство…
— И чё ты чичяс тута делаешь, холодный мрак?!. — гость был воспитан не лучше и тоже с удовольствием хамил.
— Отдыхаю, сикось-накось…
— А чё прямо тута, рыжая мыкса?!. — умело отбивался гость. — Места мало, чё ли, драная карка?!.
— Ну, ты и сказанул! — фыркнул Виктор от восторга. — Откуда ты такой шутник?
— Оттель! — мешковатый показал кучей своих манипуляторов, откуда его сюда принесло.
— А я оттуда… — опешивший Виктор показал рукой в противоположную сторону.
— Как оттель?!. — не поверил ему мешковатый негуманоид. — Нету же тама ничево!
— Это у тебя там нет! — Виктор не уступал.
— Как это нетути?!. — переводчик работал с недопустимыми лингвистическими огрехами, явно чего-то не схватывая. — Как это нетути?! Да тьма тама всего!!!
Виктор наконец сориентировался.
— А!!! — ахнул он. — Так ты, выходит, из другой Метагалактики?!! Из другой Вселенной?!!
Теперь ему понятно было странное поведение переводчика. Он просто не был знаком с совершенно новым для него языком, на котором не говорил ни один из известных ему миров, поэтому обучался ему на торопливом и не совсем уверенном ходу.