Чтение онлайн

Пилот судорожно рванул управление, но корабль ему не подчинился. Звездолет по-прежнему медленно отползал задом.

– Отказ! – заорал пилот. – Ввожу аварийное… – И осекся.

Рой бабочек, не долетев до корабля всего ничего, вдруг рассыпался в мельчайшую пыль и испарился.

– Не ввожу аварийное, – буркнул пилот. – Та-ак… Урок понял. Впитал.

– Я же говорил, пока не увидишь, как она лапой машет, – не поймешь, – сказал командир. – И в руках себя не удержишь, непременно дернешься. Рефлекторно. Жить-то всем хочется. Тут привычка нужна. А она всего лишь пристреливалась. Реакцию нашу проверяла. Ну вот, пусть думает, что мы тормоза. Бери опять управление, я блокировку уже снял.

Голос командира был до того ровен, что только полный идиот не расслышал бы, какое напряжение за этим напускным спокойствием кроется.

– А если дернуться?

– Это сразу ее насторожит. Приготовься, в ближайшие полчаса будут еще две-три такие проверки. Если нам не хватит выдержки, амеба вполне может бросить погоню и убраться восвояси. И второй раз ее не выманишь, она, похоже, корабль запоминает. Или к охоте временно теряет интерес. Будет лениво ждать, пока не сунемся вплотную.

– Кошка… – фыркнул пилот. – Одичавшая. Львица она, а не кошка. Слушайте, шеф, а чего вы так на корыто наше вызверились?

– Да вспомнил, какой мы отвратной масти.

– Ничего, вот наловим кисок, накупим запчастей, починимся и тут же обшивку полирнем. А вы на самом деле черный корабль хотите? Это стильно. А нам разрешат? Военный цвет-то.

– Поживем – увидим, – улыбнулся командир. – Та-ак… И в чем дело?

Это по внутренней связи объявился штурман.

– Шеф, у нас тут проблема. Я вроде парень не суеверный, но… Только не подумайте, что издеваюсь или шутки дурацкие шучу. Бортача гальюнный прихватил. Вот.

– В смысле?!

– А буквально, – штурман говорил чрезвычайно спокойно – примерно как сам командир сразу после нападения амебы. – Бортач сидит на унитазе и не может оторваться. Будто приклеился. Его что-то за задницу держит.

– Погоди, мы тут посовещаемся минуту, – попросил командир. – И не психуй. Ты же знаешь, нет никаких гальюнных.

– Нуль-шишиги тоже не бывают, – сказал, как отрезал, штурман. – Вы поскорее там совещайтесь, бортач в панике.

– Ты ему напомни, что он инженер-астронавт, – посоветовал командир и отключился.

Пилот сосредоточенно управлял кораблем.

– Эй, ты! – позвал командир.

– Да, шеф? – отозвался пилот небрежным тоном человека, который вообще-то очень занят, но тем не менее готов помочь.

– Нашел время для розыгрышей. Чем бортача от сиденья отклеивать, говори быстро!

– Что-то произошло, шеф?

Тут амеба выстрелила снова. Пилот дернулся всем телом, а вот корабль – нет. Хотя командир управления не перехватывал – он, раздосадованный и злой, оказался к этому просто не готов.

– Уфф… – Пилот сделал несколько глубоких вдохов. – Получилось, шеф! Получилось у меня, ага?

– Ну, получилось. – Командир поймал себя на желании утереть пот со лба, он даже руку поднес к забралу шлема. Пришлось включить обдув. – В следующий раз немножко шевельнись. А потом начнем отпрыгивать всерьез. Потому что она тоже – всерьез начнет.

– Понял, шеф. Принято к исполнению.

– Ты чем сиденье в гальюне намазал, комик? Думаешь, это смешно очень – сегодня-то?

– Уже не думаю, шеф. Только я тут ни при чем. Честное слово.

– Значит, по-твоему, бортинженера гальюнный за корму держит?! – начал закипать командир.

– Я думаю, – сообщил пилот безмятежно, – что этот придурок за свой любимый клапан зацепился, когда вставал. Инструментальным поясом зацепился. И если он действительно инженер, то когда-нибудь догадается пояс расстегнуть. Я так полагаю, часа два-три ему на решение этой нелегкой задачи хватит.

Примерно минуту командир молчал. А потом сказал:

– Нас ведь кидать будет ого-го.

– Да он небось сидит мертво, враспор, – живо откликнулся пилот. – Там же в скафандре не шелохнешься. И крышка на унитазе полумягкая, задницу не отобьет. А мы ему сообщать будем о возможных эволюциях судна.

– Ха! Ты сейчас увидишь, какие начнутся… Эволюции. Нет, я так не могу. Случись что, это же намеренное оставление члена экипажа в опасности.

– Шеф, ну хотя бы минут двадцать! Если бы я действительно нарочно пакость устроил… А то ведь – само! Грех упускать такой случай.

– А твой вторичный канал, который звонить надо?..

– Да черт с ним. Зато настроение, шеф, настроение как поднимется!

Командир подумал еще немного, а потом вызвал штурмана.

– Только не падай в обморок, – сказал он, – но это, похоже, и вправду гальюнный.

– Чего-о?!

– Ничего. Что слышал. Скажи бортачу, пусть действует по обстановке. И беги сюда.

– Шеф, а вам не кажется, что это просто наш водила сиденье клеем намазал?

– Не кажется, – отрезал командир. – Давай в рубку.

– Так вы мне приказываете бортачу открытым текстом сказать – мол, гальюнный тебя схватил?

– До чего же вы мне все надоели! – воскликнул командир и ушел со связи.

Настроение, как и говорил пилот, заметно поднялось. Именно такое стало, какое надо, когда драпаешь от адской амебы. Боевое.

– Ты догадываешься, что будет, если трюмный еще хотя бы раз украдет выпивку? – спросил командир пилота. – Я его в открытый космос вышвырну.

– Бедняга трюмный… А вы знаете, какие ужасные складские водятся на перевалочных базах? Заглатывают целые контейнеры за один присест!

– Вот справимся с задачей, я тоже заглочу, – пообещал командир. – Не контейнер, но в близких объемах. Ладно, работаем. Нас ожидают восемь с половиной ярких и запоминающихся часов! Кошка, кошка, вызывает мышка! Не поймаешь, не поймаешь!..