Чтение онлайн

Когда два дракона успокоились, Эния опять взглянула на ночное небо. Снова подул лёгкий ветерок, на этот раз принеся с собой далёкие ароматы жасмина. Вдохнув полной грудью, дева откинула голову назад и устало прикрыла веки. Вскоре, незаметно для себя, она провалилась в глубокий и такой необходимый сон.

Милоса с заметным трудом распахнула, казалось, навсегда слипшиеся веки: вставать ей совсем не хотелось, но королевские обязанности, коих на сегодня было великое множество, надо было выполнять.

Кое-как поднявшись с прохладных шелков, амазонка медленно, смачно шлёпая босыми ногами по мозаичному полу, подошла к начищенному зеркалу и скептически оглядела своё отражение с ног до головы: рыжие локоны, только вчера сплетённые в тугие аккуратные косы, торчали в разные стороны, туника, которую и одеждой-то стыдно было назвать, едва прикрывала женское тело и окончательно сползла с плеча, открывая взору пышную правую грудь, ноги были оголены, а плотная ткань едва прикрывала стройные бёдра.

— Вылитая гет'eра*, — желая привести себя в более-менее подобающий вид, девушка с усердием принялась распускать волосы, больше теперь напоминавшие солому, а затем взяла деревянный гребень, лежавший на столике, села перед зеркалом и начала вычёсывать свои запутавшиеся патлы.

Кое-как справившись с первой задачей, амазонка провела рукой по локонам и аккуратно встряхнула, заставив их улечься на плечах мягкими волнами. Встав со скамьи, дева не спеша направилась к резной ширме, за которой плотным рядом висела вся её выходная одежда. Пробежавшись внимательным взглядом по шелкам и мехам, она остановилась на традиционном одеянии кроваво-красного цвета: длинное нижнее платье, пошитое точно по фигуре какой-то заморской мастерицей, и полукруглый отрез ткани, служивший тогой, края которой скреплялись золотой брошью в виде дракона.

Эллинка сощурила глаза и скептически поджала пересохшие губы: проводить время перед зеркалом она не любила, но, будучи королевой, пусть и воинственных амазонок, порой приходилось приносить в жертву традициям драгоценные минуты и необходимое удобство в одежде. Не без труда справившись с темискирским платьем, всадница взяла со столика золотую тиару, выкованную в виде лаврового венка, и аккуратно закрепила её в своих локонах.

Вскоре, наконец-таки собравшись, Милоса направилась к выходу из покоев и быстро, но притом совершенно бесшумно зашагала в сторону комнаты своих дочерей, которой, как оказалось, они не покидали с самой вчерашней ночи.

— Когда проснутся, пусть направляются в храм Артемиды, - девушка повернулась к стражницам, охранявшим покой принцесс. — Я буду ждать их там, — в ответ на это воительницы лишь коротко поклонились и, прогремев доспехами, вытянулись, словно струны арфы. Сама же Милоса, не обращая более никакого внимания на подчинённых, развернулась на пятках и спешно направилась к выходу из дворца.

С северянкой первым делом поздоровались жаркое солнце и ударивший в едва загорелое лицо тёплый ветер. Втянув прогретый лучами воздух в лёгкие, Милоса ощутила лёгкий аромат полевых цветов и жасмина. Решив для себя, что неплохо было бы найти Энию, а затем уже наведаться к Сапфире, воительница отправилась искать рыжеволосую амазонку, которая, будучи освобожденной от ночного караула, теперь могла находиться где угодно. Впрочем, поиски много времени у девы не отняли: дозорную она обнаружила недалеко от входа в лес. Она расположилась на земле, а опорой ей служил огромный, поросший мхом камень. Однако особое внимание Милоса обратила на двух Ночных Жутей, что ютились возле лучницы.

— Как это мило, — девушка подошла ближе к Энии, опустилась на колени и почесала за ушком миловидного дракончика, который тут же приподнял свою голову и посмотрел на неё полуприкрытыми сонными глазами. — Какой красивый. — Воительница аккуратно посадила возмущённо кричавшую и размахивавшую короткими лапами рептилию, никак не желавшую расставаться с человеческим телом, в высокую траву. После — легонько потрепала вторую Жуть, которая тут же подняла смешную морду и повернулась в сторону Милосы. Недовольно склонив голову набок, она мягко спрыгнула с Энии и присела рядом со своим собратом, дожидаясь, что будет дальше.

Северянка едва заметно улыбнулась присмиревшим ящерам, а затем перевела взор на сопящую амазонку, похоже, не почувствовавшую, что рядом с ней находятся «чужаки».

— Ну нет, тебя точно так же я будить не собираюсь, — Милоса поспешно встала с места, подошла к какому-то странному кустарнику, под которым росли огромные листы, сорвала самый большой из них, а затем подошла к маленькому садовому прудику, зачерпнула воды и, вернувшись обратно, с высоты своего роста вылила содержимое прямо на Энию, рассчитывая, что это пробудит девушку ото сна. В ответ на это амазонка лишь что-то неразборчиво пробурчала и повернулась на бок. Не выдержав, Милоса с остервенением отбросила лист в сторону, который, подхваченный лёгким потоком ветра, снесло в сторону Ночных Жутей, схватила лучницу за ноги и, что есть сил, потянула на себя. Лишь после этого дозорная с приглушённым криком соизволила открыть глаза, в которых на мгновение промелькнула паника. — С добрым утром!

Два сонных изумруда с недоумением смотрели на возвышающуюся королеву и, казалось, ждали с её стороны хоть каких-то объяснений, которых, впрочем, не последовало и последовать не могло по определению.

— Это так унизительно... Утро доброе, Милоса, — едва заметная улыбка заиграла на лице рыжеволосой лучницы, которая больше теперь хотела завалить свою госпожу на лопатки.

— Идём. У нас сегодня много дел, — королева коротко кивнула и, не произнося более ни слова, медленным шагом направилась к выходу из небольшого сада. Эния же быстро схватила лежащий рядом с ней лук и в два шага нагнала Милосу, успевшую уйти вперёд.

Шагая нога в ногу в гордом молчании, амазонки не заметили, как вскоре оказались рядом с просторными драконьими загонами. Милоса первой поспешила войти в отдельное, особенно большое помещение, где спала её Сапфира, а следом за ней прошла и рыжеволосая лучница. Дракониха, быстро учуяв присутствие посторонних, подняла голову и посмотрела на столь ранних гостей сонными глазами.

— Доброе утро, девочка! — Милоса встала на колени перед своим хранителем, который тут же принялся облизывать её влажным шершавым языком. — Я тоже рада тебя видеть.

Сапфира быстро поднялась с нагретого сена и в один огромный прыжок оказалась возле крюка, на котором висело её седло. Она посмотрела сначала на свою хозяйку, а потом коснулась носом седла и снова перевела взгляд на фигуру амазонки.

— Сегодня ты полетаешь с Энией, — северянка снисходительно улыбнулась и указала в сторону поперхнувшейся водой лучницы. — А у меня дела. Но вечером, обещаю, мы будем летать до тех пор, пока твои крылья не устанут.

Сапфира непонимающе, но вместе с тем как-то разочарованно проурчала что-то в ответ, дёрнула Милосу за косу, но более возмущаться не стала. Она лишь медленно подошла к дозорной, обнюхала её, смешно дёргая и сопя белоснежным носом, и уселась напротив, ожидая, когда двуногая изволит надеть на неё седло. Сама же Эния от удивления никак не могла вытащить из своего рта горлышко треклятой фляжки. Но когда ей всё же удалось это сделать, она перевела изумлённый взгляд с дракона на свою королеву.