Мы с тобой и море

– Заяц, привет! Я дома! – Борька кинул ключи на тумбочку и влез в домашние тапки. – Угадай, что купил?

Пританцовывая, он преодолел коридор и ворвался в комнату. Гостиная пустовала. Сквозь приоткрытое окно ветер тормошил занавески, но по углам уже теснился сумрак. Телевизор менял яркие картинки, беззвучно разговаривая. Пульт небрежно валялся посреди дивана. Никого…

– Юль? – Борька заглянул в спальню. На комоде пищал будильник, но кровать была аккуратно застелена. – Ты здесь?

Потоптавшись на пороге в коридор, Борька направился на кухню.

– Стоп-стоп-стоп! Юля! Что делаешь?

Он вмиг оказался возле нее и вырвал из рук бокал. Стол перед ней был покрыт красными разводами, на полу стояла пустая бутылка.

– Отдай! Отдай назад! – Она резко дернула руку, и Боря отстранился.

– Что происходит?

Девушка сделала жадный глоток и закрыла глаза. Боря облокотился на стену.

Она не походила на себя. Не такой он видел ее в последнее время. Да и вообще, наверное, никогда до этого. Но она молчала, а в горле застрял ком. Что все это значит??

– Я хочу, чтобы ты… ушел, – она проговорила, не открывая глаз. Губы ее задрожали.

– Что? – из горла вырвалась нервная усмешка, но мужчина одернул себя. – Что ты такое говоришь, заяц?

– Я хочу, чтобы ты… – она начала снова, но осеклась. Сложила тонкие руки на столешницу и уронила на них голову, Борька сорвался с места.

– Посмотри на меня. – Он сел возле нее на колени. Его голос стал жестким. – Посмотри на меня, говорю! Что случилось?

Не в силах оторвать лицо от рук, девушка замотала головой. Он провел ладонью по ее спине. На миг Юлька замерла, и он обвил рукой ее талию, сел рядом.

– Т-ш-ш… все хорошо… тише.

Он уткнулся лицом в ее волосы и вдохнул цветочный аромат шампуня. Несмотря на резкий запах алкоголя, она притягивала его к себе, и он прижимался крепче. И Юлька подняла голову:

?– Я больше не беременна, Борь…

?

* * *

Масло аппетитно потрескивало на сковороде, но картошка заглушила треск шипением. Юлька пялилась в молчаливый телевизор, Борька накрыл сковороду крышкой и сел напротив. Кухня наполнилась теплом и ароматом еды. Борька отпил из бокала:

– Меня… повысили сегодня.

На улице шел мокрый снег, в окна бился ветер. Красная жидкость обожгла горло. Там, внизу, серая каша, серые люди с безликими судьбами, дождь и слякоть. Их тысячи, но она – одна.

– Это прекрасно. Правда. – Она улыбнулась уголками губ и вновь отвела взгляд. – Я рада…

– У меня есть кое-что для тебя. – Он сунул руку в карман и достал маленькую подвеску. – Бижутерия, конечно, но тебе понравится.

Боря застегнул цепочку на ее шее и поцеловал в макушку. Юлька поймала его руку:

– Спасибо…

Она впервые посмотрела на него, но тут же опустила взгляд на подвеску. Позолоченный штурвал, цепочка и якорь. Незамысловатая композиция, но ей нравились такие безделушки.

– Отвези меня на море, Борь, – она проговорила одними губами. – На месяц, два… не знаю. Но я чувствую, что мне надо быть там.

Он беззвучно выдохнул. Презентация для инвесторов была запланирована через неделю, его новая должность обязывала присутствовать среди первых лиц компании, но до того предстояла большая подготовка. И он сказал:

?– Я договорюсь с работой.

?

* * *

В лицо бил мокрый снег, когда они добрались до «Кольцово». Два дня на сборы, и билеты в один конец в кармане. Маленький чемоданчик, легкое пальтишко и надежное плечо рядом.

– Спасибо, что едешь со мной, – Юлька прошептала, и Борис поцеловал ее в висок. И вновь полевые цветы в волосах задурманили разум. Но глаза девушки теперь горели жизнью.

Желтые такси и серые «Хендаи» хороводили вместе со снегом, пока они не решались войти в здание аэропорта.

– Ты готова?

Юлька кивнула. Она улыбалась и, кажется, была счастлива. И для полного счастья оставалось лишь сдать чемодан.

?

Взлетели вовремя. Самолет набрал высоту и прорвал оборону кучевых облаков. Очередной день и очередной полет. Как же он устал от вечных взлетов и посадок! Каждый раз, взлетая, надеялся, что, наконец, устроится надолго, но каждый раз неведомые причины возвращали его домой. А потом уносили на новое место.

Может быть, сегодня все будет иначе.

– Простите, вы не знаете, сколько нам еще лететь? – к нему обратилась молодая женщина слева. Бледная, худая. Но вполне в его вкусе.

– Я думаю, – он улыбнулся и наигранно посмотрел на часы, – не больше часа осталось.

– Какое счастье, спасибо! – Она облегченно выдохнула и откинулась на спинку кресла.

– Не любите летать?

– Люблю море.

Девушка закрыла глаза и вдохнула. У окна сидел молодой человек, но он тихонько посапывал.

– Сейчас не сезон…

– Это неважно, – она проговорила задумчиво. – Мне нужно надышаться…

Она убрала с глаз светлую прядь и посмотрела куда-то мимо. А может быть, и вовсе была сейчас не с ним. Но он почему-то ответил:

– Я Дима. Если будете в Севастополе…

– Мы едем в Ялту, – вдруг она оборвала его. – И скоро приземлимся. Спасибо.

Девушка отвернулась и надела наушники, Дима пожал плечами. Что ж, все равно бы это ни к чему не привело. Снова. Все его прежние отношения заканчивались так же стремительно, как начинались. Да, у него талант. И, определенно, нюх на приключения.