Муравьиное масло
Шрифт:
Милиционер Василий, который привел ребят в отделение, подал Константину Ивановичу узел с одеждой и номером машины.
Через несколько минут машина, пригибая кусты, медленно тронулась по старому следу.
— Пойдемте, — кивнул капитан оставшемуся с ним милиционеру. — Нам еще в поселок зайти нужно…
— А мотоцикл-то! — раздалось вдруг из кустов.
Ива и Валерка, исцарапанные, смотрели на капитана, раздвинув ветки. Вылезать совсем они боялись, потому что лицо капитана стало строгим.
— А ну, вылезайте!.. Я вам что велел делать?
— Так мотоцикл же…
— Какой мотоцикл?..
— Ну тот, Ступаков…
— Идемте, мы вам покажем, — Ива потащил Валерку за рубаху, и они начали спускаться. Капитан и милиционер лезли за ними.
Остановились на том месте, где Ступак повалил Константина Ивановича.
— Вот здесь у него мотоцикл стоял, а мы его дальше перекатили.
Мотоцикл вытащили из кустов. Капитан попробовал завести его. Он заработал с одного нажима.
— Хорошая машина. — Капитан посмотрел на ребят; глаза его уже не были сердитыми, а голос все же не изменился. — Все равно, вы нарушили приказ!
— Шустрые ребята, — примирительно прогудел милиционер Василий, — уж больно вы с ними строго, товарищ капитан.
Капитан велел ему идти к машинам.
— Я этих следопытов домой доставлю… Скажите там, чтобы моя машина в поселок подошла. Какой номер дачи? — спросил он у ребят.
— Восемнадцать, товарищ капитан! — по-военному ответил Валерка.
На крыльце дачи стояли бабушка и Марина.
— Заблудились, — вздыхала бабушка. — Пропадут ведь мальчишки…
— Придут, — утешала ее Марина. — Никуда они не денутся… — А сама тревожно поглядывала на лес.
С моря поднимался розовый пар. Солнце уже село.
Калитка отворилась. В нее поспешно вошла мать Яшки.
— Я вам говорила, что ваши ребята милицией кончат! — заявила она злорадно. — Вот полюбуйтесь!..
При слове «милиция» бабушка села на крыльцо. Марина рванулась к отворенной калитке. На улице у дачи стоял мотоцикл. Капитан, легонько подтолкнув ребят, вошел вслед за ними в палисадник.
— Здравствуйте, — улыбнулся он Марине.
Марина прижала к себе мальчишек.
— Что они натворили?
— У-у… такие дела!.. Хорошие ребята… Только пусть они сейчас идут ужинать, у них, наверно, животы подвело.
Ребята сидели за столом, с аппетитом ели подогретые бабушкой щи.
— Я весь день разогреваю, жду обедать, — приговаривала бабушка, подсовывая ребятам хлеб с маслом. Губы у нее подрагивали. — А они вон что… И не побоялись?..
Глаза у ребят слипались. Сквозь дрему они слышали, как капитан разговаривал на крыльце с Мариной. Иногда в разговор вклинивались визгливые восклицания Яшкиной матери.
— Терзайся, — проворчал Ива, — твоего любезного Сергей Петровича к ногтю!..
Загудела машина.
Марина ввела в комнату капитана.
— Ну, следопыты, до свидания! — капитан протянул ребятам руку, потом засмеялся и сказал Марине: — А все-таки найдут они этот муравьиный олеум.
— Только не теперь, — вмешалась бабушка. — Я их из дома не выпущу…
— Зачем же так строго?..
— Чего найдут?.. Какой олеум? — спросила Марина.
Валерка посмотрел на Иву. Тот наклонил голову.
— Ну, такой муравьиный продукт… — сказал он, — масло.
Капитан засмеялся еще громче.
Марина покачала головой.
— Ивка, Ивка…
А Валерка подумал: «Наверно, у каждого человека есть свой маленький недостаток».
Ребята проводили капитана до самой калитки.
С моря уже поднялся туман. Он висел близко, у самой деревянной лестницы, и был похож на призрачный, еще не изведанный океан, манящий и таинственный.
Ребята смотрели на него и думали о чем-то, о своем…
Позади них остановился Яшка в незастегнутых сандалиях на босу ногу.
— Эй вы!.. Вы правда бандитов поймали?..
Ребята даже не обернулись.
Тогда Яшка всхлипнул, отошел в сторонку и закричал:
— Ивка и Валерка — два дурака!.. Я вам все про муравьиное масло наврал! — Он пустился бежать, но никто не ответил ему и никто за ним не погнался.