Мститель
Шрифт:
— Только ради Бога, не говорите, что вы посвятили себя искусству, — прервал ее Майкл. — Это все говорят.
— Нет, я ничему себя не посвящала. Я просто хочу помешать моему лучшему другу совершить ошибку, в которой он потом будет раскаиваться всю жизнь. Перед вами открыта блестящая карьера, Майкл, и женитьба только помешает вам. Все будут считать, что я принесла вам несчастье, когда наступит неизбежный, час развода…
Оба расхохотались.
— Когда вы кончите надо мной издеваться, я скажу вам одну вещь, — объявил Майкл. — Я полюбил вас с той минуты, когда впервые увидел.
— Да, я знаю, — согласилась Адель. — Иначе вы вообще полюбить не можете. Если человеку нужно хотя бы три дня, чтобы осмотреться и проверить свои чувства, вы считаете, что это уже не любовь, а так что-то… я сама не знаю что. Вот это мне в вас и не нравится. Вообще, когда я в первый раз встретила вас, вы Мне очень не понравились, а вторая встреча привела меня прямо в ярость. С тех пор я сама не знаю, как терплю ваше общество. Одним словом, подождите, пожалуйста, пока я переоденусь и сниму грим.
Она убежала в уборную. Майкл поднялся и подошел к отдававшему последние распоряжения Джеку Небворту.
— Адель? О, она молодчина. Она только что получила предложение из Америки — не из Голливуда, а из Нью-Йорка. Я посоветовал ей не принимать предложения, пока она здесь не укрепит окончательно свою славу, но, думаю, ей никаких моих советов не нужно. Она все равно больше не будет сниматься для экрана.
— Почему? Откуда вы это взяли, Небворт?
— Она выходит замуж, — мрачно объявил Джек. — Я вижу разные признаки, и меня не проведешь. Я вам говорил уже, что начал замечать за ней некоторые странности. Она выходит замуж и бросает экран, вот и все, поверьте моему слову.
— За кого, вы не знаете? — спросил Майкл.
Старый Джек презрительно фыркнул:
— Не за Конноли, конечно, можете быть спокойны!
— Я думаю, не за меня! — обозлился молодой артист, обладавший тонким слухом. — Не такой я дурак! Уважающему себя артисту нельзя жениться. Жена
— это петля на шее. Артист лишается возможности полностью развернуть свои таланты. Между прочим, мистер Небворт, раз мы уж подошли к этой теме, может быть, вы скажете, действительно ли вы уверены, что в неудаче съемки виноват я? Вам не приходило в голову, что… не сердитесь, я не хочу говорить о ней ничего дурного… не приходило вам в голову, что мисс Лимингтон не совсем… как бы это сказать?.. что она не имеет в любви никакого опыта… она неспособна понять…
— Ошибаетесь, — вмешалась Стелла Мендоза, успевшая завоевать в студии прежнее положение и забывшая свою ревность к Адели.
— Нет, я не ошибаюсь, — упрямо возразил Конноли. — У меня в Англии было столько любовных приключений, сколько не снилось ни одному артисту, и я могу вам сказать, мисс Лимингтон совершенно бесчувственная натура, она лишена…
Он умолк и не окончил своей мысли, так как Адель появилась из уборной, весело простилась с труппой и ушла, а Майкл за ней.
— Вы бесчувственная натура, — сказал он, переводя ее через дорогу.
— Кто это говорил? Очень похоже на Конноли: это его любимое выражение.
— Он утверждает, что в любви вы ровно ничего не понимаете.
— Очень возможно, — коротко ответила она таким вызывающим тоном, что Майкл не посмел продолжать беседу на эту тему.
Молча они дошли до дома, где жила Адель.
— Единственный правильный путь, — вздохнул Майкл, вспоминая слова Небворта, — это обнять ее правой рукой, наклонить голову… и…
Неожиданно Адель очутилась в его объятиях, но не вырывалась. Она прижалась к его груди, подняла голову и протянула Майклу влажные полураскрытые губы.