Моя жизнь среди парней

On the Fence – Copyright

Я прибавила газу, и мотор жалобно завыл. Слева проносились желтые полосы дороги, справа замер океан, создавая иллюзию, что я еду недостаточно быстро. Плавные повороты дороги словно просили завоевать их на высоких скоростях. Я еще прибавила газу, и машина рванула вперед. Сердце забилось быстрее, и улыбка сама собой расплылась на моем лице. Ветер врывался в салон, развевая мои волосы и осушая на лбу пот, который остался после последней в школьном году тренировки.

В зеркале заднего вида замелькали красные и синие огоньки, и я бессмысленно подняла ногу с педали газа – как будто это могло помочь. Выбирая местечко, чтобы съехать с дороги, я стала быстренько сочинять отмазку. И когда полицейский с блокнотом в руке подошел к окну, у меня уже имелись две неплохие истории.

Но обе вмиг позабылись, стоило мне увидеть лицо копа. Я вздохнула и приоткрыла окно.

– Шарлотта Рейнольдс, вот мы и снова встретились, – сказал он.

– Здравствуйте, офицер.

– Какой уже, третий раз?

– Разве? – Черт. Какова вероятность того, что один и тот же коп остановит меня три раза? – Мой папа передает привет.

Он ухмыльнулся:

– Твой отец хороший коп, но на сей раз его имя тебе не поможет. Ты превысила скорость аж на пятнадцать миль.

– Правда? Не может быть! На пятнадцать?

– Именно. Мне нужны твои права.

– Могу я взглянуть на радар и убедиться, что вы все правильно считали?

Он приподнял брови, и я нехотя протянула свои права. Папа меня убьет.

Все еще злясь из-за дурацкого штрафа, я зашла домой и бросила рюкзак под столик у входа.

– Где все? – крикнула я и пошла на звуки смеха в кухне, где посередине островка стоял блендер в окружении яичной скорлупы, бутылочек с соусом табаско и кетчупом.

Гейдж поднял голову и встретился со мной взглядом:

– Чарли! Ты как раз вовремя.

Уже с порога я почувствовала, какой ужасный коктейль они сварганили – он пах тухлыми помидорами.

– О нет.

– О да. – Натан приобнял меня за плечи и потянул к островку. – Достань еще стакан.

К стаканам на островке добавился еще один.

– Пьем на счет «три», – проинструктировал Гейдж, разливая жидкую баланду из блендера по пяти стаканам.

– Зачем мы это делаем? – спросила я, глядя на четверых парней вокруг кухонного островка. Трое из них – мои братья: Джером, Натан и Гейдж, а четвертый – Брейден. Он наш сосед вот уже двенадцать лет, этот парень всегда тусил с нами.

– Во-первых, чтобы доказать, что мы это можем. Во-вторых, чтобы закалить наши желудки от ударов, которые они получат завтра на футболе.

– То есть, другими словами, потому что мы идиоты.

– И это тоже, – согласился Гейдж, поднимая стакан.

– Проигравший выливает все на себя, – уточнил Брейден.

– Да-да, давайте уже. Я еще хочу побегать, пока не стемнело.

Я принюхалась к коктейлю. Не стоило. Он пах хуже, чем вещи Гейджа.

– Она этого не сделает. Чарли спасует, – заявил Натан, показывая на меня.

– Нет, ошибаешься.

Он был прав. Я не собиралась это пить. Но им это знать не следовало. Это была игра. Мы частенько в нее играли. Не всегда с таким раскладом, но за годы у нас накопилось много разных версий игры. На счет «три» все прыгают в бассейн. На счет «три» все кричат «Я лузер» посреди торгового центра. На счет «три» все облизывают человека справа от себя. Это была игра, полная блефа. Если кто-то выполняет задание, все остальные делают что-то глупое в наказание. Если никто не выполняет, все спасены.

Сейчас меня беспокоил лишь Брейден. Братьев я раскусила, едва войдя в кухню, – они не станут это пить, это было написано на их лицах, перекошенных от отвращения. Но Брейден – даже после стольких лет знакомства – все еще оставался темной лошадкой. Я взглянула на него, и он мне улыбнулся.

«Испугалась?» – проговорил он одними губами.

Я покачала головой, изучая его глаза. Вообще, глаза у него орехового цвета, но иногда они становятся зелеными или карими. В этот момент они казались зелеными. Только вот что это значит? Собирался ли он это пить?

– Ладно, закрываем глаза, – скомандовал Джером. – Стаканы наготове.

Я закрыла глаза. Мне не хотелось выливать это на себя, иначе придется дважды принимать душ – до и после пробежки.

– Раз…

Рядом со мной Брейден прочистил горло. Он блефовал, не так ли? Значит, он не собирается это пить.

– Два…

Брейден пихнул меня локтем. Проклятие, он пытается меня надуть. Значит, он собирается это выпить?

– Три.

Лучше выпить это, чем вылить на себя. Слегка давясь, я опустошила стакан тремя большими глотками.

– Чарли! – заныл Натан. – Серьезно?

Они все держали перед собой полные стаканы.

– Ха! Выливайте. Вы все. – Я посмотрела на Брейдена, у него на лице было самодовольное выражение, хотя технически он проиграл. Нужно получше изучить его поведение, чтобы в будущем избежать ужасного вкуса, который сейчас обволакивал мой язык. Да и желудок такому приему не обрадовался. – М-м-м, на вкус как V8 [1] .

– Фу, Чарли, никогда не встречайся с парнем, который любит V8, – сказал Гейдж.

Я закатила глаза. С тех пор как мне исполнилось шестнадцать – с этого возраста папин запрет на свидания был официально снят, – братья постоянно разглагольствовали о качествах, которыми, по их мнению, не должен обладать мой будущий кавалер. Уверена, если сложить все те качества, о которых они болтали без умолку последние шесть месяцев, в мире не останется ни одного парня, с кем можно было бы встречаться.

– Почему? – спросила я.

– Потому что нельзя доверять парню, который пьет смесь из овощей. К тому же от томатного сока неприятное дыхание.