Шрифт:
Дверь закрывается с коротким щелчком. Квартира встречает тишиной. Это напрягает. Но лишь немного, ведь Котёнок может спать. Просто спать, да? Когда я последний раз смотрел в видеонаблюдение, он рисовал. Наконец-то, рисовал! И это так меня порадовало, что заскочил в шоколадную лавку, задержался. Ведь не могло за это время ничего случиться!
Стараюсь не накручивать себя и быстрыми шагами прохожу в нашу спальню. Замираю на пороге.
Мой Котёнок лежит на кровати и спит. В растянутой футболке и лёгких шортиках, поджав голые ноги и обхватив тонкими руками подушку. Спит. Сейчас он выглядит, как подросток, но ему почти двадцать, и я знаю, каким серьёзным и взрослым он может быть.
Тихо подхожу к нему, любуюсь маленьким чудом. Шёлк волос уже отрос, и Котёнок жалуется, что они мешают. Но ему так идут длинные волосы. Так приятно погружать в них пальцы и ласкать, перебирать их. А как они красиво ложатся на высокий лоб и щекочут его белоснежную кожу.
Протягиваю руку и аккуратно одним пальцем убираю с лица прядь.
Длинные ресницы вздрагивают, но глаза не открываются.
Он сейчас, как мальчики с его акварельных набросков: лёгкий, светлый, какой-то прозрачный. Сияющий. Кажется, ещё немного – и распахнутся сверкающей белизной крылья, и мой малыш поднимется в воздух.
Поднимется, но не улетит. Потому что худая щиколотка схвачена ремнём, к которому крепится цепь. Тяжёлая металлическая цепь. Уже неделю он сидит так. После той дурацкой попытки убежать, когда он у входной двери напал на меня с рейлингом. Нет, Котёнок не смог как следует ударить. Думал, что сможет, но не смог. Но второго шанса я ему не дам. Никаких прогулок, никакой свободы вообще. Пока не образумится.
Конец ознакомительного фрагмента.