Шрифт:
1-1. ИНТ. ОПЕРАЦИОННЫЙ БЛОК. ДЕНЬ.
(АННА, АНТОН, АРТЁМ, МАРИНА, РАНЕНЫЕ (3), ЕВА, КАТЯ, АНДРЕЙ.)
Звуки близкого артиллерийского боя. На трёх операционных столах – раненые, оперируют Анна, Антон, Артём. Артёму ассистирует Марина, Анне и Антону – Ева и Катя. У врачей под хирургическими халатами – СИБЗ (средства индивидуальной бронезащиты). Раненые под портативными наркозными аппаратами; в венах – системы с кровью. (Современное медицинское оборудование в современном подвижном блоке хирургического полевого госпиталя; кровь по халатам, в происходящее в ранах и оперполе не вдаёмся – см. сериал M*A*S*H.)
АННА: Вот ты, гад, где засел!
Извлекает осколок зажимом, скидывает его в металлический лоток с характерным звуком.
АННА: (Еве) Шить!
Ева подаёт Анне иглодержатель с заправленной нитью. Громко бахает совсем близко, модуль содрогнулся от взрывной волны. Все рефлекторно пригибаются, продолжая заниматься делом. Кроме Антона и Марины. Антон падает на пол, накрыв голову руками (в окровавленных перчатках) – неосознаваемый инстинкт самосохранения, а не сознательная трусость. Марина не вздрогнула.
АРТЁМ: (ехидно) Антон Семёныч, вы же весь как есть… расстерилизовались!
Антон поднимается, не слишком соображая от страха (в его случае – реальной фобии), направляется к столу, протягивая руки к инструменту. На него громко рявкает Ева (не глядя на него и, казалось бы, не видя – сосредоточена в ране).
ЕВА: Куда?!
Антон смотрит растерянно. Соображает: расстерилизован.
ЕВА: Катя, а ты чего молчишь?! Не видишь, доктора контузило и он размытый прёт к столу?!
Смешок Артёма. У Анны глаза смеются.
КАТЯ: (жалобно) Я вообще анестезистка!
ЕВА: Анестезисткам асептика с антисептикой не писаны?! Будешь мне лично зачёт сдавать!
АННА: (Еве) Ушивайся!
Та кивает. Анна идёт к столу Антона, на ходу снимая окровавленные перчатки. Подойдя к столу, бросает их в таз под столом. Катя подаёт Анне новые перчатки, бросает корнцангом в руки марлевый шарик, обильно пропитанный дезраствором. Анна катает его в руках, орошая перчатки.
АННА: (проделывая манипуляции) Антон Семёнович, переоденьтесь!
Антон смущённо поглядев на свой халат (в халате с пола нельзя к операционному столу), двигает на выход. Снова бахает близко. Антон падает на пол в проходе. Артём и Марина переглядываются, глаза у Артёма смеются, в глазах Марины – ласковая укоризна. Анна красноречиво закатывает глаза на мгновение. На пороге (дальше не идёт) операционного блока появляется шофёр Андрей, как с поля боя (так и есть). Возмущённо-взволнованно, горячка-эйфория ещё не отпустили. Бомбёжка грохочет, шофёр перекрикивает грохот:
АНДРЕЙ: Ещё привезли! Спецом по красным крестам отрабатывают! А мы их же раненых везём! Они своих бросают! Как так-то?! Хуже фашистов, ей-богу!
Разводит руками. Замечает Антона.
АНДРЕЙ: Вставай, майор! Немытый – так поможешь носить!
Антон поднимается, с опаской глядя на выход, идёт с Андреем.
МАРИНА: (с лёгкой укоризной, Артёму) Зря вы над ним смеётесь, Артём Насимович. К этому не все привыкают.
АРТЁМ: (не отрываясь от своего поля) Анна Сергеевна, тебе страшно?!
АННА: (не отрываясь от своего поля, серьёзнейшим тоном) Ещё как! Если бы я хоть раз без памперса на людях появилась, увидали бы, как именно!
Артём, Марина, Ева и Катя тихо прыскают в маски. Анна сбрасывает зажимом в лоток несколько крупных осколков.
1-2.НАТ. ТЕРРИТОРИЯ ВОЕННО-ПОЛЕВОГО ГОСПИТАЛЯ. ДЕНЬ.
(АНДРЕЙ, АНТОН, ГРИГОРИЙ, АЛЕКСЕЙ, РАНЕНЫЕ, ПЕРСОНАЛ.)
Броневик ЗСА «Линза» (защищённый санитарный автомобиль), изрядно побитый, на спущенных колёсах. Андрей и Антон принимают из салона носилки с Григорием (55 лет) – в сознании, с признаками контузии, голова в окровавленных бинтах, жгут на бедре (поверх тугой повязки).
АНДРЕЙ: (Антону, кивая на броневик) Поранили, паскуды, мою Лизочку!
ГРИГОРИЙ: (глянув на машину) Лёгкие ранения! «Линза» – броневик! Экипаж цел и мы – живы.
Несут носилки к операционному блоку. Позади них персонал принимает ещё носилки (3 пары – вместимость «Линзы»: четверо лежачих), на одних из носилок – Алексей (25 лет) без сознания, промокшая кровью спереди вся форменная куртка ВСУ с нашивкой на рукаве «Украiна або смерть». Григорий оглядывается на носилки с Алексеем, взгляд его сложно трактовать однозначно: ненависть он испытывает или горечь?
1-3.ИНТ. ОПЕРАЦИОННЫЙ БЛОК. ДЕНЬ.
(АННА, АНТОН, АРТЁМ, МАРИНА, АЛЕКСЕЙ, КАТЯ.)
На столе Алексей (без фиксации на операционном поле; видим хирургов в свете операционных ламп, халаты в крови, руки в окровавленных перчатках с инструментами – см. сериал M*A*S*H). Работают. У грудной полости друг напротив друга (хирург, ассистент) Антон и Артём. У брюшной полости друг напротив друга (хирург, ассистент) Анна и Марина. Мерно работает наркозный аппарат, на месте анестезистки Катя. Тихо, бомбёжка прекратилась. Анна, Артём и Марина сняли броники, только в халатах. Антон – в бронике под халатом.