Мои песенки, Агнивцев Николай

Мои песенки

на обложку

Агнивцев Николай

Шрифт:

ТРЕНЬ-БРЕНЬ!

В тот день все люди были милыИ пахла, выбившись из силы,Как сумасшедшая сирень.Трень-брень!И, взяв с собою сыр и булку,Сюзанна вышла на прогулку!Ах, скучно дома в майский день!Трень-брень!Увидев издали Сюзанну,Благословлять стал Жан ОсаннуИ прыгнул к ней через плетень!Трень-брень!Пылая факелом от страсти,Промолвил Жан Сюзанне: «Здрассте»И тотчас с ней присел на пень.Трень-брень!Была чревата эта встреча!И поглядев на них, под вечер,Стал розоветь в смущенье день!Трень-брень!И вот, наутро, как ни странно,Не вышла к завтраку Сюзанна!У ней всю ночь была мигрень!Трень-брень!Вот что, от края и до края,С Сюзаннами бывает в мае,Когда в саду цветет сирень!Трень-брень!

О СЛОНАХ И О ФАРФОРЕ

Покушав как-то травку,Зашел слон по деламВ фарфоровую лавкуИ повернулся там!Мораль сей басни впереди,Она — острей булавки:Коль ты есть слон, то не ходиВ фарфоровые лавки!

БИЛЬБОКЕ

К Дофину Франции, в печали,Скользнув тайком из-за утла,Однажды дама под вуальюНа аудиенцию пришла.И пред пажом склонила взоры:Молю, Дофина позови!Скажи ему, я та, которойПоклялся в вечной он любви.Что вас так всех к Дофину тянет?Прошу, присядьте в уголке!Дофин устал! Дофин так занят!Дофин — играет в бильбоке! [2] К Дофину Франции в покои,Примчав коня во весь опор,С окровавленной головоюВорвался бледный мушкетер:— Эй, паж, беги скорей к Дофину!Приходит Франции конец!О горе нам! Кинжалом в спинуУбит Король — его отец!— Что вас так всех к Дофину тянет?Прошу, присядьте в уголке!Дофин устал! Дофин так занят!Дофин — играет в бильбоке!К Дофину Франции, в финале,Однажды через черный ход,Хотя его не приглашали,Пришел с дрекольями Народ!Веселый паж, не без причины,Протер глаза, потрогал носИ, возвратившись от Дофина,С полупоклоном произнес:— Что вас так всех к Дофину тянет?Прошу, присядьте в уголке!Дофин устал! Дофин так занят!Дофин — играет в бильбоке!

Бильбоке — приспособление для игры, состоящее из стержня с чашечкой и привязанным на шнурке шариком; подбрасывая последний, стараются поймать его в чашечку.

ДОН ПАСКУАЛЛЕ

У доньи Лауры, испанки беспечной,Имеется домик (с балконом, конечно!),И вот под балкон (хоть его и не звали)Явился с гитарою дон Паскуалле…И, взявши аккорд, за отсутствием дел,О «розах и грезах» немедля запел:«Гуэррэро! Дреймадера!..Кабалеро! Два сомбреро!Эспланада! Баррикада!Серенада! Падеспань!Оллэ!»И шепчет Лаура, вздыхая влюбленно:«Как времени много у этого дона!Скорей бы, скорей бы вы с песней кончалиИ к делу приступим, о дон Паскуалле!»А дон Паскуалле, воззрясь в небосвод,О «розах и грезах» поет и поет:«Гуэррэро! Дреймадера!..Кабалеро! Два сомбреро!Эспланада! Баррикада!Серенада! Падеспань!Оллэ!»Одна за другой проходили недели,Настала зима и завыли метели…И, хмуро взглянувши на ртуть Реомюра,С балкона давно удалилась Лаура…А дон Паскуалле, воззрясь в небосвод,О «розах и грезах» поет и поет:«Гуэррэро! Дреймадера!..Кабалеро! Два сомбреро!Эспланада! Баррикада!Серенада! Падеспань!Оллэ!»Меж тем проходивший дон Педро ди Перцо,Увидев Лауру, схватился за сердце…И, будучи доном особого рода,Немедля забрался к ней с черного хода!А дон Паскуалле, воззрясь в небосвод,О «розах и грезах» поет и поет:«Гуэррэро! Дреймадера!..Кабалеро! Два сомбреро!Эспланада! Баррикада!Серенада! Падеспань!Оллэ!»При первой улыбке весенней лазури,Дон Педро женился на донье Лауре…Года друг за дружкою шли без отсрочки:У доньи Лауры две взрослые дочки!..А дон Паскуалле, воззрясь в небосвод,О «розах и грезах» поет и поет:«Гуэррэро! Дреймадера!..Кабалеро! Два сомбреро!Эспланада! Баррикада!Серенада! Падеспань!Оллэ!»

ЕСЛИ ХОЧЕШЬ

Если хочешь, для Тебя яПропою здесь серенаду,Буду петь, не умолкая,Хоть четыре ночи кряду?!Если хочешь, я мгновенноСочиню Тебе отменный,Замечательный сонет? Хочешь?— Нет!

КОРОЛЬ БУБЕН

В далеком неком царстве,В заморском государстве,Хоть это выражениеНемного старовато,Но все же, тем не менее —Жил-был Король когда-то!Как водится, конечно,Он жил весьма приятно:Любил народ сердечноИ был любим обратно!И назывался он —«Король Бубен!»Однажды на балуКороль, к стыду и сраму,Заметил вдруг в углуНеведомую даму.— О кто вы, дивный Икс?..Эй ты, Валет Червей,Кто это? — Дама-с Пик-с!— Позвать ее скорей!..Покинув бал тайком,Пылая страстью низкой,Сидят в саду вдвоемКороль с авантюристкой.Лаская так и сяк,Вдруг молвил он, расстроясь:— Позвольте, как же так?Вы… только лишь… по пояс?!И крикнул, полон гнева:— Вы, значит, полудева?!На что сия кокоткаОтветствовала кротко,Без слез и не грубя;— Взгляните на себя!Взглянул, и был весьма смущенБезногий тот Король Бубен!..Вздохнули оба платонично,И, против ожиданья,Окончилось свиданье,Увы, вполне прилично!

БРОДЯЧИЙ ИШАК

По горам, за шагом шаг,Неизвестный шел ишак!Шел он вверх, шел он вниз,Через весь прошел Тавриз,И вперед, как идиот,Все идет он да идет.И куда же он идет?И зачем же он идет?— А тебе какое дело?

СЛУЧАЙ В СЕНТ-ДЖЕМСКОМ СКВЕРЕ

Нет черней физиономийНи в Тимбукту, ни в Танжере,Чем у некоего ТоммиИ его подруги Мэри.Этот Томми с этой Мэри,Вспыхнув в страсти вроде спирта,Порешили в ближнем сквереНочью встретиться для флирта.Целый день бродя в истоме,Оба думали о сквере…Бот и ночь! Но где же Томми?Вот и ночь! Но где же Мэри?Неужели разлюбили,Хоть клялись любить до гроба?— Нет! Их клятвы в прежней силе.И они явились оба.Отчего же не заметноИх тогда в притихшем сквере?Оттого, что одноцветныС черной ночью Том и Мэри!Так всю ночь в Сент-Джемском сквере,Сделав 104 круга,Черный Томми с черной МэриНе могли найти друг друга.

САНТУЦЦА

Придя к Сантуцце, юный Герцог,По приказанью Дамы сердца,Был прямо в спальню проведен!Пусть ваши очи разомкнутся,Ведь в спальне не было Сантуццы,И не нарушен был бонтон!..Но через миг у двери спальнойРаздался голос, моментальноПриведший Герцога к нулю:— Ах, милый Герцог, я из ванныИду в костюме Монны-ВанныИ отвернуться вас молю!Во всем покорный этикету,Исполнил Герцог просьбу эту.И слушал лишь из уголкаВесьма застенчиво и скромно,Как шелестели с дрожью томнойЛюбовь дразнящие шелка.И, просидев минут 15,Боясь от страсти разорваться,Он, наконец, промолвил так:— Когда же, о мадам Сантуцца,Мне можно будет повернуться?И был ответ ему: «Дурак!»

БИМ-БОМ

Где-то давно в неком цирке одномЖили два клоуна Бим и Бом.Бим-Бом! Бим-Бом!Как-то, увидев наездницу Кэтти,В Кэтти влюбились два клоуна этиБим-Бом! Бим-Бом:И очень долго в петрарковском стилеТомно бледнели и томно грустилиБим-Бом! Бим-Бом!И наконец, влезши в красные фраки,К Кэтти явились, мечтая о браке,Бим-Бом! Бим-Бом!И, перед Кэтти представши, вначалеСделали в воздухе сальто-морталеБим-Бом! Бим-Бом!— Вы всех наездниц прекрасней на свете,Молвили Кэтти два клоуна этиБим-Бом! Бим-Бом!«Верьте, сударыня, в целой конюшнеВсех лошадей мы вам будем послушней»Бим-Бом! Бим-Бом!И, в умиленье, растрогавшись очень,Дали друг другу по паре пощечинБим-Бом! Бим-Бом!Кэтти смеялась и долго, и шумно:— Ola-la! Bravo! Вы так остроумныБим-Бом! Бим-Бом!И удалились домой, как вначале,Сделавши в воздухе сальто-морталеБим-Бом! Бим-Бом!И поступили, в любовном эксцессе,С горя в «Бюро похоронных процессий»Бим-Бом! Бим-Бом!

КУПАЛЬЩИЦА И КИТ

Как-то раз купалась где-тоВ море барышня одна:Мариэта! Мариэта!Называлась так она.Ах, не снился и аскету,И аскету этот вид!И вот эту МариэтуУвидал гренландский кит.И, увлекшись Мариэтой,Как восторженный дурак.Тут же с барышнею этойПожелал вступить он в брак.Но пока он ту блондинкуЗвал в мечтах своей женой,Та блондинка — прыг в кабинкуИ ушла к себе домой.И разбив мечты свои там,Горем тягостным убит,В острой форме менингитомЗаболел гренландский кит.Три недели непрестанноКит не спал, не пил, не ел,Лишь вздыхал, пускал фонтаныИ худел, худел, худел!..И вблизи пустой кабинки,Потерявши аппетит,Стал в конце концов сардинкойSi devant [3] гренландский кит!

Si devant — (франц.) — таким образом.

ЗЮЛЕЙКА

У Зюлейки-ханумГубы, как рахат-лукум,Щеки, как персики из Азарбинада,Глаза, как сливы из шахского сада!Азербайджанской дороги длиннейЗюлейкины черные косы,А под рубашкой у нейСпрятаны два абрикоса!И вся она, вва!Как халва!Честное слово!Только любит она не меня,А — другого!

НЕВЕРОЯТНАЯ ИСТОРИЯ

Дребезжит гитара сонно,Где-то булькает мадера…Ночь. Луна. В окошке — Донна,Под окошком — кабальеро!Ну-с, итак, в испанском стилеНачинаю ритурнель я!..Место действия — в Севилье,Время действия — в апреле!Скоро будет две недели,Как, жене своей на горе,Дон-Супруг на каравеллеГде-то путается в море.Услыхав о том открыто,Дон-Сосед, от страсти яройВмиг лишившись аппетита,Под окно пришел с гитарой.Все что знал пропел он Донне!И, уставши, напоследокОн запел в мажорном тонеПриблизительно вот эдак:— Донна! Донна! В вашей властиСердце вашего соседа!Ах, от страсти я на частиРазрываюсь, как торпеда!— Нет! Не ждите поцелуя!!Отвечала Донна тонко,— Нет, нет, нет! Не изменю яСвоему супругу дону!И добавила, вздыхая,Не без некоторой дрожи:— К вам не выйду никогда я!На других я не похожа!Вы не верите? Я — тоже!..

КОРОЛЕВА БЛЕДНА

Королева бледна,Королева грустна,Королева от гнева дрожит.В стороне — одинок —Голубой василек —Юный паж, пригорюнясь, сидит.Королева — бледна, Королева грустна,Королевская грудь, — как морская волна,—В пене кружев, вздымается, гневом бурля:Королеве сегодня всю ночь напролетСнился юноша — паж, голубой БернадотИ… костыль Короля…

1 2 3 4 5 6 7 8