Чтение онлайн

И кот догнал! Яростно фыркнув, бросился он на глупого Сеньку, опрокинул его вверх лапами на траву и стал кусать беднягу, царапать его страшными когтищами.

Взвыл на всю деревню бедный котёнок. Хотел убежать, а кот не пускает, так и рвёт, так и катает по траве беднягу. Только серая шерсть летает в воздухе, только слышится полный боли и ужаса Сенькин голосишко и густой, угрожающий бас чужого кота.

Туго пришлось бы бабушкиному котёнку, не подоспей на помощь Барсик. Забыв про все обиды, бросился он на помощь другу и храбро вступил в бой.

Что происходило в лопухах, Митя не видел — очень уж высоки и густы они. До мальчика доносились звуки яростной драки.

Но теперь коты кричали уже в три голоса, и в воплях Сеньки больше не было ужаса. Прерывисто и отчаянно звенел голос Барсика, а густой бас кота-великана постепенно перестал быть таким свирепым и в нём более ясно стал обнаруживаться страх.

Вдруг из лопухов пулей вылетел встрепанный рыжий кот с распушённым, как у лисы, хвостом. За ним по пятам гнались котята. И так быстро, так дружно летели они за котом, что тот, спасаясь от них, ринулся к дубу. Кот на дерево — котята за ним. Кот взбирается выше — котята не отстают. И лишь когда кот очутился на самых тонких веточках, Барсик с Сенькой оставили кота в покое.

Сидел кот на вершине дуба и выл противным, жалким голосом.

А котята слезли на землю и как ни в чём не бывало начали возиться на зелёной травке.

Лишь время от времени, когда кот переставал орать, они поднимали вверх головы и, глядя на разбойника, словно усмехались:

— Что, сидишь, голубчик? Сиди, сиди! Будешь знать, как обижать маленьких. Но мы хоть и маленькие, зато нас двое!

И продолжали свою весёлую игру недалеко от дуба.

Сегодня разошлись ребята кто-куда. Скучно. Сел Митя на крыльцо и стал смотреть по сторонам. Вот пролетел воробей и залез в скворечник, висящий на шесте. Скворчата из него уже улетели, и в скворечнике поселился новый квартирант. Скоро в птичьем домике запищат воробьята.

На частоколе у соседей сушатся четыре пары валенок. Когда ветер качает частокол, валенки приходят в движение, и кажется Мите, будто это мальчишки надели валенки и, встав на руки, болтают в воздухе ногами. Собирается дождь, небо серое, унылое.

У поленницы сидит котёнок Сенька. Вот Сенька увидел что-то у забора и начал подкрадываться.

Интересно, что увидел котёнок? Может, стрекозу? Но стрекоза улетела, а Сенька даже ухом не повел, все крадётся.

До забора уже рукой подать, а перед котёнком нет ничего, кроме смятой газеты. Краешек газеты оторвался и трепетал на ветру.

Прижавшись к земле, котёнок полз на животе, не сводя глаз с газеты. Вдруг он остановился и, напружинив спину и дрожа от нетерпения, приготовился к прыжку.

И тут случилось нечто ужасное. Дунул ветер — и огромная страшная газета, зловеще шурша, ринулась на Сеньку. В один миг Сенька очутился на заборе и только там, почувствовав себя в безопасности, завопил противным, дрожащим от пережитого страха голосом.

А газета, перелетев на новое место, опять лежала спокойно и снова шелестел на ветру её оторванный краешек.

Подойти к ней Сенька уже не решился.

Горячая пора в колхозе — сенокос! Придёт с лугов папа и всё удивляется:

— Как время бежит! Не успел оглянуться — уже вечер.

А Митя и не смотрел на часы. Он просто гулял с ребятами, ходил то купаться, то за ягодами в лес, загорал, ловил рыбу…

Как-то раз бабушка на сенокос не пошла, а Митя играл на улице с Мишей Столяровым.

Напротив Мишиного дома сидела в холодке соседка тётя Лиза и грызла семечки. Вся земля у скамьи была усыпана шелухой. Долго сидела она, и Митя удивился. Все работают, а эта тётенька так сидит. Потом она встала, отряхнула с платья шелуху и пошла домой.

— Охо-хо! Как время тянется, не дождёшься, когда коровы придут.

И вечером, поливая папе на руки холодной водой из ковша, Митя спросил:

— Папа, почему у тебя время быстро бежит, а у тёти Лизы оно тянется. У неё часы не такие?

— Это у какой тёти? Небось, у Лизаветы Кокиной? — вступила в разговор бабушка. — Бездельница, лентяйка! Только и дел, что своя корова. А нет, чтобы колхозу пособить. Себе-то, небось, накосила, так теперь и охать можно: поясница болит. А коли для себя, так беса своротит…

Митя не очень понял бабушкины слова и вопросительно посмотрел на отца.

— Видишь ли, Митя, дело тут не в часах. Время не только часами измеряется, но и делами. Если человек с желанием работает, время быстро идёт, незаметно. А если так сидеть и ничего не делать, оно тянется медленно, лениво. Вот и запомни, сынок: у кого время тянется, тот живёт неправильно, без пользы. А жить надо так, чтобы время бежало, чтобы каждый день что-нибудь хорошее делать, нужное. А часы не виноваты. Часы у всех одинаковые!

На бабушкином доме под самой крышей ласточки слепили два гнезда. Когда Митя приехал в деревню, в одном из них уже пищали птенцы, и ласточки носили им мошек. А из другого высовывалась голова большой ласточки — там птенцы ещё не вылупились. Митя очень любил наблюдать за ласточками.

Шло время. В одном гнезде малыши подросли и уже кричали громко, высовываясь из гнезда, а в другом они были ещё маленькие и слабенькие.

Перед дождём ласточки ловили мошек у самой земли, летая по деревенской улице так низко, что кончики их крыльев почти касались травы. А в хорошую погоду они вились высоко над деревней.