Миры Айзека Азимова. Книга 1

Всю жизнь я усердно читал фантастику, прочел множество историй про роботов и пришел к выводу, что эти истории можно разделить на две группы.

Первую группу условно можно назвать «Робот-угроза». Не вижу необходимости пускаться в пространные объяснения. Такого рода истории представляют собой смесь из зубовного скрежета, рычания и утверждений типа: «Существуют вещи, о которых человеку не надо знать». Спустя некоторое время они мне ужасно надоели.

Вторую группу (она намного меньше) я называю «Робот-пафос». В таких рассказах роботы очень милы, а жестокие люди их обижают. Эти рассказы меня очаровали. В конце 1938 года два из них произвели на меня особое впечатление. Первый, рассказ Эндо Биндера о безгрешном роботе по имени Адам Линк, назывался «Я, робот»; второй — рассказ Лестера дель Рея под названием «Хелен О'Лой» — трогательно описывал робота, который обладал всеми качествами идеальной жены.

И когда 10 июня 1939 года (да, я веду подробный дневник) я сел писать свой первый рассказ о роботах, не было никаких сомнений в том, что он будет принадлежать к классу «Робот-пафос». Я написал «Робби», рассказ о роботе-няне, и о маленькой девочке, и о любви, и о предубежденной матери, и о слабом отце, и о разбитом сердце, и о слезах радости при воссоединении. (Впервые рассказ был опубликован под ненавистным мне названием «Странный друг детства».)

Однако, когда я писал первый рассказ, произошло нечто непонятное. Передо мной стали являться туманные видения робота, от которого не исходили ни угроза, ни пафос Я начал думать о роботах как о промышленной продукции, созданной лишенными фантазии инженерами. Особенности конструкции предполагали безопасность роботов. К тому же они предназначались для определенной работы, что само по себе исключало всякий пафос.

По мере того как я продолжал писать, идея тщательно сконструированных роботов все больше и больше проникала в рассказы, пока наконец не изменился сам их характер. Причем не только моих историй, но и тех, что писали другие.

Мне это было приятно. Как и то, что на протяжении многих лет, даже десятилетий, я носил звание «отца современного рассказа о роботах».

Шло время, и я сделал другие приятные открытия. Например, обнаружил, что, используя слово «роботехника» [1] для описания науки о роботах, я применил термин, которого до той поры не существовало. Стало быть, я его изобрел. (Это случилось в моем рассказе «Бродяга», опубликованном в 1942 году.)

Сейчас этим словом пользуются все. Существуют книги и журналы, названия которых включают слово «роботехника», и людям этой области науки известно, что слово придумал я. Не думайте, что я не горжусь этим; совсем немногим на свете удалось изобрести полезный научный термин, и, хотя я сделал это несознательно, я никому не позволю об этом забыть.

Больше того: в «Бродяге» я впервые детально разработал и записал «Три Закона Роботехники», и они тоже стали знаменитыми. Во всяком случае их цитируют к месту и не к месту; даже когда они изначально не имеют ничего общего с научной фантастикой, они включаются в индекс цитирования. А люди, работающие над созданием искусственного интеллекта, случалось, говорили мне, что, по их мнению, «Три Закона» — отличная инструкция для них.

Но и это еще не все…

Когда я писал первый рассказ о роботах, я не предполагал, что роботы появятся на моем веку. Я был уверен, что нет, не появятся, и готов был заключить серьезное пари по этому поводу (его сумма составила бы 15 центов — для меня это максимальная сумма в споре о совершенно очевидной вещи).

Однако сегодня — а с тех пор, как я написал свой первый рассказ о роботах, прошло сорок три года, — роботы существуют. Более того, существуют такими, какими я их себе представлял, — промышленные роботы, созданные инженерами для выполнения определенной работы, причем их конструкция делает их безопасными для человека. Их можно встретить на множестве предприятий, в особенности в Японии, где есть полностью роботизированные автомобильные заводы. Сам персонал, обслуживающий конвейер, состоит из роботов.

Разумеется, эти роботы не столь умны, как мои, — они не позитронные, они даже не похожи на людей. Однако они стремительно совершенствуются. Кто знает, какими они станут через сорок лет?

В одном мы можем быть уверены: роботы изменяют лицо мира и прокладывают дороги в направлениях, трудно предсказуемых.

Каким образом роботы появляются в реальной жизни? Основной их поставщик — фирма «Юнимейшн Инкорпорейтед», она находится в Дэнбери, Коннектикут. Это ведущий производитель промышленных роботов, и около трети всех существующих роботов созданы здесь. Президент фирмы Джозеф фон Энгельбергер основал ее в конце пятидесятых годов, ибо нашел роботов достаточно интересными, чтобы посвятить жизнь их созданию.

Но почему он заинтересовался ими? По его словам, интерес возник еще на предпоследнем курсе Колумбийского университета, когда, будучи студентом-физиком, он прочитал рассказы о роботах выпускника того же университета Айзека Азимова.

Боже мой! Знаете, возвращаясь памятью в те далекие дни, я понимаю, что не возлагал честолюбивых надежд на свои рассказы. Единственным моим желанием было продать их в журналы, заработать пятьсот долларов, заплатить за обучение в колледже и, конечно, увидеть свое имя напечатанным.

Работай я в какой-нибудь иной области литературы, это было бы всем, чего я мог достичь. Но, поскольку я писал научную фантастику и только потому, что я писал научную фантастику, я, не сознавая того, положил начало событиям, меняющим лицо мира.

Кстати говоря, Джозеф фон Энгельбергер в 1980 году опубликовал книгу, которая называется «Практическая роботехника. Промышленные роботы, управление и применение», и был столь любезен, что попросил меня написать предисловие к ней.

Все это навело сотрудников издательства «Даблдэй» на размышления. Мои рассказы о роботах напечатаны не менее чем в семи сборниках. Но, коль скоро их значение оказалось большим, чем можно было предположить, почему бы теперь не собрать их в одной книге?

Уговорить меня было нетрудно, и вот перед вами тридцать один рассказ о роботах, 200 000 слов в общей сложности, написанных с 1939 по 1977 год.

Робот не может причинить вред человеку или своим бездействием допустить, чтобы человеку был причинен вред.

Робот должен повиноваться всем приказам, которые дает человек, кроме тех случаев, когда эти приказы противоречат Первому Закону.