Чтение онлайн

– А, – произнес он, – а-а. Осень – тоже подходящее время для свадеб…

– Тихая домашняя свадьба осенью? Мне бы понравилось.

Уж не опасайтесь, он найдет способ сделать ее незабываемой. И лучше не оставлять ему слишком много времени на планирование, подумала она.

– Может быть, в саду в Форкосиган-Сюрло? – спросил он. – Ты его еще не видела. Или в саду особняка Форкосиганов, – он искоса на нее посмотрел.

– Конечно, – мило ответила она. – В будущие несколько лет предвидится вал свадеб на пленэре. Лорд и леди Форкосиган последуют моде.

Он усмехнулся при этих словах. Его… ее… их барраярский сад к осени будет еще слегка пустынным. Но полным побегов, надежды и жизни, ожидающей под землей весенних дождей.

Оба замолкли, и Катерина восхищенно уставилась на дипломатическую делегацию Цетаганды, как раз поднимающуюся по кирпичным ступенькам от зеркальных прудов. Вместе с постоянным послом Цетаганды на Барраяре и его высокой эффектной женой здесь был не только аут-губернатор Ро Кита – ближайшей планеты-соседa Барраяра – но еще и самая настоящая женщина-аут из столицы Цетагандийской Империи. Хотя и говорилось, что аут-леди никогда не путешествуют, она была прислана в качестве личного представителя аут-Императора Флетчира Джияджи и его Императриц. Ее сопровождал гем-генерал самого высокого ранга. Никто не знал, как она выглядит – она всегда передвигалась в персональном силовом шаре, нынче вечером в честь праздника отливающем опалесцирующим розовым цветом. Гем-генерал, высокий и изящный, был одет в официальный кроваво-красный мундир личной гвардии цетагандийского императора; сочетание цветов шара и мундира должно было бы ужасающе резать глаз, но почему-то не резало.

Посол взглянул на Майлза, помахал в вежливом приветствии и что-то проговорил гем-генералу, кивнувшему в ответ. К удивлению Катерины, гем-генерал и розовый шар отделились от группы, и один не спеша пошел (а другой поплыл) в их сторону.

– Гем-генерал Бенин, – произнес Майлз, внезапно входя в роль в своем самом что ни есть Аудиторском стиле. Его глаза загорелись любопытством и, что странно, радостью. Он отдал шару самый искренний поклон. – И аут Пел. Как прекрасно видеть вас – если можно так выразиться – снова. Надеюсь, непривычное для вас путешествие не оказалось слишком утомительным?

– По правде говоря, нет, Лорд Аудитор Форкосиган. Я нашла его весьма бодрящим, – голос шел из переговорного устройства в ее шаре. К изумлению Катерины, на мгновение шар сделался почти прозрачным. На миг показалась сидящая в кресле посреди жемчужного сияния высокая светловолосая женщина неопределенного возраста в струящейся нежно-розовой накидке. Она была головокружительно прекрасна, но что-то в ее иронической улыбке подсказывало, что она уже не молода. Скрывающая ее оболочка снова стала непроницаемой.

– Вы оказали нам честь своим присутствием, аут-леди Пел, – официально произнес Майлз, пока Катерина моргала, внезапно чувствуя себя временно ослепшей и ужасно дурно одетой. Но все горящее в глазах Майлза восхищение было предназначено ей, а не этому розовому видению. – Позвольте представить вам мою невесту, госпожу Катерину-Найлу Форвейн Форсуассон.

Изысканный офицер пробормотал вежливые поздравления. Затем перевел задумчивый взгляд на Майлза и, прежде чем начать разговор, коснулся губ странно церемониальным жестом.

– Мой августейший повелитель, аут Флетчир Джияджа, просил меня в случае нашей встречи передать вам, лорд Форкосиган, его персональные соболезнования в связи с кончиной вашего близкого друга, адмирала Нейсмита.

Майлз помедлил, его улыбка на мгновение застыла. – Действительно. Его смерть была для меня большим ударом.

– Мой господин Император добавил, что надеется на то, что тот так и останется покойным.

Майлз поднял взгляд на рослого Бенина, и его глаза внезапно заискрились. – Передайте от меня вашему августейшему повелителю – я надеюсь, что его воскрешения не потребуется.

Гем-генерал сурово улыбнулся, удостоив Майлза наклона головы. – Я передам ваши слова в точности, милорд. – Он дружески кивнул им обоим и вместе с розовым шаром двинулся обратно к своей делегации.

Катерина, все еще в благоговейном ужасе перед светловолосой женщиной, прошептала Майлзу, – О чем это он?

Майлз пожевал нижнюю губу. – Боюсь, ничего нового, хотя я и передам это генералу Аллегре. Бенин лишь подтвердил то, что Иллиан подозревал уже больше года назад. Моя оперативная легенда исчерпала свою полезность – по крайней мере как тайна, хранимая от цетагандийцев. Ну ладно, адмирал Нейсмит и его многочисленные клоны – реальные и мнимые – путали им карты куда дольше, чем я считал возможным. – Он коротко кивнул – похоже, без недовольства, несмотря на краткую вспышку сожаления. И крепче сжал ее руку.

Сожаление… Что если бы в двадцать они встретились с Майлзом, а не с Тьеном? Такое было возможно; она – студентка Университета Округа Форбарра, он – свежеиспеченный офицер, то в столице, то вне ее. Может, если бы их пути пересеклись, то ей досталась бы не столь горькая жизнь?

Нет. Тогда мы оба были другими людьми. И двигались в разных направлениях: их встреча была бы краткой, безразличной и неузнаваемой. Ничто она не могла назвать нежеланным: ни Никки, ни всех тех уроков, что выучила – даже не осознавая, что учится – за время своего затмения. В темноте корни растут вглубь.

Сюда она могла попасть лишь тем путем, которым прошла, и здесь, вместе с Майлзом – с этим Майлзом – ей было по-настоящему хорошо. Если я – его утешение, то он, конечно же, – мое. Она сознавала, что потеряла годы, но ни к чему в этом десятилетии ей не нужно было вернуться, не о чем даже сожалеть; Никки и ее уроки остались с ней. Теперь время идти вперед.

– А-а, – сказал Майлз, глядя как к ним с улыбкой приближается дворцовый слуга. – Им нужно собрать всех заблудших на ужин. Пойдемте, миледи?