Чтение онлайн

Но, не успел хозяин кабинета сделать и двух шагов, как я первым бросился в атаку. Я знал, что скоро выдохнусь, поэтому решил сократить дистанцию и застать противника врасплох.

Кулак блондина со свистом прошел рядом с моим ухом, задев кожу. Я увидел окно для атаки и подался вниз, собираясь достать ублюдка апперкотом…

…но поврежденная нога подвела — я оступился и получил сильный удар коленом. Сверху на спину обрушился локоть, и я растянулся на полу.

— Ноги целовать будешь позже, — блондин схватил меня за волосы и рывком поставил ноги.

Я пропустил удар в лицо. Потом еще один.

— Ты же убил Макса ударом в висок? Может и мне попробовать?!

Слова блондина взбесили меня. Зарычав, я расслабил ноги как раз в тот момент, когда кулак блондина рванулся к моему лицу. От удара в лоб у меня потемнело в глазах, но блондину пришлось еще хуже — хрустнули сломанные пальцы, и он взвыл от боли. Я схватил его за груди, подтянул и ударил лбом точно в нос.

В ту же секунду двое охранников накинулись на меня, быстро скрутив и прижав к полу.

— Сука! — блондин рукавом стер сочащуюся из сломанного носа кровь. Взглянув на искалеченную руку, он рассвирепел еще сильнее. — За это не только ты ответишь, я еще и с Марины спрошу! Держите его ровнее!

Охранники рывком поставили меня на ноги. Блондин подошел к своему столу и открыл один из ящиков. Неизвестно, что он хотел оттуда достать, но я не стал дожидаться. Расслабив ноги, я рассчитывал вывести охранников из равновесия, но те оказались к этому готовы.

Тогда я подтянул здоровую ногу и, что было сил, опустил пятку на ступню правого громилы. Лакированный ботинок из тонкой кожи не спас пальцев охранника, и тот заорал во всю глоту. Хватка на плече сразу же ослабла, и вопящий охранник незамедлительно получил удар локтем в нижнюю челюсть. Кажется, он едва не откусил себе язык — изо рта брызнула кровь.

Высвободившись, я ударил второму охраннику точно в кадык, и полностью вырвался из чужой хватки. Закряхтевший громила рухнул на колени и получил сокрушительный удар в голову.

Я встретился глазами с блондином. Он усмехнулся.

К моему удивлению, я не чувствовал страха, хотя смерть смотрела на меня прямо из дула пистолета. Но ее холодный взгляд не шел ни в какое сравнение с пропитанными невыносимой тоской взглядами Марины и Алисы.

Слова блондина о том, что Марина ответит за все, яркой вспышкой отразились в моей памяти. Сам того не желая, я вновь навлек беду на эту женщину и ее дочь. Проблемы этой семьи не кончатся, даже когда я умру. Но если умру не только я…

Я сорвался с места. Только бы нога не подвела…

Прогремел выстрел!

Пуля попала в плечо. Меня качнуло в сторону, но удалось устоять на ногах. Стиснув зубы от обжигающей боли, я продолжил бег.

Правая рука блондина была искалечена неудачным ударом, поэтому он держал оружие левой. Только это позволило мне прожить чуть дольше. Лишние пару секунд… А большего мне и не требовалось.

Блондин выстрелил снова.

Мимо!

Еще выстрел. Практически в упор!

Пуля вошла мне в грудь. Дыхание перехватило, но я уже по инерции врезался в противника. Протащив его до распахнутого окна, я вместе с ним перелетел через подоконник.

Небо, земля и дома завертелись перед глазами. Сердце замерло в груди, кровь гулко застучала в висках, но разбитые губы сами собой растянулись в улыбке, когда я услышал истошный вопль падающего рядом блондина. Повинуясь какому-то странному порыву, я подтянул к себе безостановочно орущего мужчину и дважды ударил того в лицо.

Блондин обмяк, и я оттолкнул от себя безвольное тело. Не хочу встречать смерть под вопли ужаса, да еще и в обнимку с таким уродом.

Раскинув руки, будто крылья, я посмотрел на небо. Впервые за долгое время я ощутил вкус жизни… пусть и ненадолго. Цена за это оказалась велика, но я не жалел, что заплатил ее. Заметив верхушки деревьев, я понял, что скоро все закончится.

И провалился во тьму…

…Я подумал, что пропустил момент удара об асфальт. Странно. Почему я все еще мог думать? Я же умер…

Или нет?

Никогда не задумывался, каково это — перестать существовать. Я не был атеистом, но никогда особо не верил в высшие силы и не надеялся на божественное вмешательство. Привык рассчитывать только на себя. Не представлял того, когда и как все кончится. А теперь, когда это произошло, не понимал, что все это значит.

Банально? Наверное.

Но теперь ничего не изменить. Теперь я знаю, что после смерти есть лишь пустота.

Внезапно кромешный мрак взорвался десятками тысяч сверкающих серебром звезд. Это было столь захватывающее и грандиозное зрелище, что я позабыл обо всем на свете.

Дыхание перехватило, сердце забилось быстрее, а душа наполнилась ликованием. Меня словно захлестнуло волной, а потом вышвырнуло на берег. Краткий миг эйфории прошел. Но что все это значило?

Я ни на секунду не сомневался, что погибну, пролетев несколько десятков этажей. Но что тогда со мной? Вместе с осознанием собственной смерти, ко мне вдруг пришло пугающее, почти безумное веселье.

— Невозможно… — рассеянно пробормотал я, с трудом перестав смеяться.

Услышав собственный голос, я вздрогнул, когда он отразился многоголосым эхом. Звезды вдруг закружились в бешеном вихре, увлекая меня в свой стремительный танец. Невесть откуда взявшийся порыв ветра ударил в спину, я и вскрикнул от неожиданности. Меня подбросило вверх, но я не чувствовал ни боли, ни страха.

Вокруг меня, в темной пустоте рассыпались мириады звезд. Наблюдая за их стремительным танцем, я прислушался к своим ощущениям — ничего. Только легкость и спокойствие. Я уже и забыл, каково это, когда колено не болит. Хоть на том свете, я не калека. Или теперь уже на этом?

Неожиданно звезды погасли. Ветер стих, и я рухнул вниз. В бесконечный мрак.

Дыхание перехватило, сердце замерло, а потом в глаза ударил настолько яркий свет, что сначала я потерял возможность видеть, а потом и мыслить…

* * *

…глубокий вдох вышел хриплым, и я сразу же закашлялся. Легкие отчаянно требовали воздуха, сердце билось как сумасшедшее, а из глаз непрерывно катились слезы.

С трудом совладав с собой, я смог кое-как отдышаться. Некоторое время я лежал неподвижно на чем-то жестком, слушая свое выравнивающееся дыхание. Спину что-то неприятно холодило, но я не двигался, дожидаясь, когда вернется способность видеть.