Чтение онлайн

– Она вместе с зеброй Зекорой и одной из управляющих Отделения Меткоискателей, ЭпплБлум отправилась в дальние края, - ответила Фаирстар. – Если честно, я завидую ЭпплБлум. Она знаменита на всю Эквестрию, у неё есть друзья, её сестра управляет всей страной, а я… - Найтмер почудилось, будто малышка всхлипнула. Найтфлат похлопала её по плечу.

– Всё не так уж плохо. Ты помогаешь ослабить воздействие Министерства Дружбы, знаешь много умных вещей и названий, ты храбрая… И вообще, я в твоём возрасте была гораздо глупее.

Найтмер хихикнула. Уж что-что, а успокаивать Найтфлат умела. Магией поправив тяжеленные сумки, кобылица ускорила шаг: она уже начала заметно отставать от куда более беспечных подруг. Но едва она нагнала двух пони, как компания вышла к малюсенькой речушке, на берегу которой стояли три хижины и несколько деревянных вагончиков. Но рядом с ними никого не было. Под сенью развесистых деревьев лежали книги, карты, какие-то чертежи и остатки бутербродов, рядом с одним домиком висело на верёвке бельё, у края воды лежала сдутая надувная лодка, но маленькое поселение казалось вымершим. Однако продлилось это затишье немного.

– Трикси! – крикнула Файрстар, выбегая в центр лагеря. Подождав и поняв, что её никто не услышал, поняша гаркнула, да так, что у кобыл заложило в ушах. – ТРИКСИ, ДИСКОРД ТЕБЯ ДЕРИ, НУ ЧТО ЗА ФОКУСЫ?!

Миг – и на полянке появилось новое лицо. Голубая единорожка с серебристой гривой виновато глянула на нахмуренную кобылку, но заметив, что они не одни, поперхнулась и сразу же сделала надменную рожицу. Тот тип пони, который всегда бесил Найтмер.

– Необязательно так орать, - как можно спокойнее заметила единорожка, подняв копыто и заправив за ухо бело-серую прядь. – Особенно когда у нас гости. Кто это?

– Познакомься с моими новыми друзьями – Найтмер Мун и Найтфлат! – воскликнула кобылка, подпрыгнув на месте от переизбытка чувств. Чёрная аликорн очередному занесению в список «друзей» совсем не была рада, кстати говоря.

– Ты же знаешь, в наш тайный лагерь нельзя водить… - начала было Трикси, но едва её взгляд наткнулся на загруженную аликорн, она запнулась. – Найтмер Мун?.. Та самая Лунная Кобылица? Но ты… вы…

– Селестия отправила меня во вторую лунную ссылку, но я нашла способ сбежать. Теперь пытаюсь вернуть наше солнцелюбивое государство в норму, – предотвратила тысячу вопросов чёрная богиня. Голубая пони не ответила, она словно крепко задумалась. Затем единорожка медленно произнесла:

– Я… я всегда верила, что этот день настанет, и луна… луна возьмёт то, что принадлежит ей, - но прежде чем Трикси наговорила бы ещё кучу ненужных слов, Найтмер перебила её:

– Спокойнее, друг мой, я не собираюсь затмевать солнце, по крайней мере, сейчас мне не до того. Ну почему все видят во мне лишь зло?

Трикси выглядела подавленной, испуганной и разочарованной одновременно. Казалось, её светило закатилось, даже не восстав.

– То есть, теперь ты… другая?

– Что значит «другая»? – мотнула головой аликорн.
– Я такая же, какой и была. Просто с иной целью, вот и всё.

Однако Трикси вовсе не казалось радостной. Две минуты она стояла, как истукан, а затем мотнула головой и проговорила:

– Прошу за мной.

 ***

– А где же все обитатели вашего лагеря? – вопросила Найтфлат. Они сидели в небольшом вагончике, доверху забитым хлопушками, игрушками, сдутыми шариками, цветными блёстками и прочими финтифлюшками для яркого и зрелищного шоу. Белогривая поняша уже отошла от шока, вызванного признанием Найтмер, и теперь спокойно разливала чай по чашкам.

– Они разъехались по районам Города. Здесь остались считанные единицы - помогать, встречать гостей и всё такое прочее. Можете наведаться в Район Щедрости, там кафешки классные. А вообще, я не понимаю, кому он нужен? Да красивый, да с ресторанами, но… смысл тратить ценные гектары земли на красивую картинку? Единственная полезная вещь в нём - Сад Свити Белль, только и всего. И да, у меня к вам задание.

– Какое ещё задание? – устало спросила чёрная аликорн. Начало разговора она почти не слушала, но грозные слова зацепили её. А ведь это только начало похода, гаденько захихикала её «светлая сторона». Или тёмная, ещё темнее самой Найтмер. «Но ведь я должна быть самой себе «чёрной стороной!», с каким-то отрешённым отчаянием возразила кобылица.

– В районе Щедрости навешали слишком много зачарованных плакатов. Помогите нам их сорвать и остановите производство – поможем вам когда-нибудь, - подмигнула Трикси. Правда, никто этого не заметил, так как единорожка стояла к кобылам спиной.

– Остановить производство? Но в Министерской Искре все равно есть типографии и станки для рисовки постеров, какой смысл? – возразила Найтфлат.

– Сразу видно неоперившихся птенцов, - на этот раз Трикси повернулась к пони и снисходительно-жалостливо глянула на них. – В Саду Свити Белль есть один главный станок, говорят, он напрямую связан с Башней Селестии. Так как ты – Найтфлат, кажется? – сестра Флаттершай, то особых вопросов не возникнет, наверное. А сила аликорна… ну она никогда не бывает лишней. Выведение из строя этого станка будет ощутимым ударом по плакатопроизводству.

Найтмер выдавила из себя улыбку.

– А потом… вы поможете, так?

– Угу. Можете положиться на Сопротивление Трикси – мы везде, мы видим всё и будьте уверенны – мы не забываем добра.

– Добра? Но разве мы не против него?

– Добро… оно, знаешь ли, разное бывает. И поверь, каждая сторона считает своё добро самым правильным и самым нужным.

Воцарилось молчание.

– Так вы поможете?

– Да куда же деваться, - махнула копытом Найтмер. Солнце вновь спряталось за грозовой тучкой и кобылица невольно сравнила своё настроение с ним.

Трикси просияла:

– Прекрасно, прекрасно! Только не забудьте потом отдать их нам, ладно?

– Кстати, а как вы их перенастраиваете? – встряла в диалог Найтфлат.

– Простейшее заклинание. Наверняка Фаирстар прожужжала вам все уши о Минуэтт – ну, та кобылка-дантист, которая пробралась в Башню Селестии? Там она вскрыла одну из формул заклинания Воздействия и сообщила нам прежде, чем отправиться дальше, – не без гордости сообщила голубая пони.

– И ах да – ты сказала: «Сопротивление Трикси»? А вот Фаирстар называла вас «Свободолюбивые жеребята», - хихикнула Найтмер. Единорожка закатила глаза.