Чтение онлайн

Прошли вдоль особняка и направились к правому крылу. Территория хорошо освещалась, Олю не покидало ощущение, что она в городском парке. Вот сейчас свернет за угол и попадет в Луна-парк с аттракционами. Не хватало только мигающих огоньков и праздничных гирлянд.

Ее провели по коридору, который неожиданно закончился просторной террасой, полностью застекленной. Отсюда открывался красивый вид на парк, но Оле было не до вечерних пейзажей. Хозяин дома стоял у окна, сложив руки на груди, и внимательно смотрел на вошедших.

На удивление, в футболке и джинсах он смотрелся довольно гармонично в домашней обстановке, если можно так назвать террасу площадью с Олину квартиру. В сравнении с тем, каким она видела его по телевизору и в новостях — холеного, в идеально сидящих костюмах и даже через экран излучающего ауру очень и очень влиятельного человека — сейчас он вовсе не казался небожителем.

Особенно поразили глаза. Серые, стальные, казалось, они ввинчивались ей в подкорку, изучали, как будто ощупывали изнутри, безошибочно считывая мысли, которых, впрочем, было не сильно много. И которые легко читались у нее на лице. 

Стараясь унять сердцебиение, она собралась было сдержанно и с достоинством уточнить, по какому праву ее на ночь глядя везут за город. Но, как обычно, все пошло через одно место. Нога зацепилась за ногу, каблук подвернулся, и Оля, чтобы не потерять равновесие, взмахнула руками.

Алексей успел ее поддержать за локоть, но сумка вылетела из рук, проехалась по гладкому полу, и остановилась прямо у ног Ямпольского. Злосчастные презервативы рассыпались нарядной мозаикой, фольга заиграла бликами ламп, а Оля от стыда готова была сгореть до головешек, не сходя с места.

— Это не мои, — забормотала она, не понимая, что делать, бросаться их собирать или плюнуть на все и свалиться в обморок, — это заведующего. То есть, не совсем его, он мне их дал. На марафон. Я участвую. То есть, не совсем участвую, участвую не я, я премию отрабатываю…

Чем больше Ольга пыталась объяснить, тем сильнее запутывалась. Услышав, какой получается бред, она сконфуженно замолчала. Ямпольский слушал внимательно и не перебивал, лишь темные брови забавно выгибались красивыми дугами. Он вообще был красивый мужчина, но Олю это уже не спасало.

— Ваша личная жизнь — вещь сугубо конфиденциальная, и я нисколько не претендую… — заговорил он. Серые глаза продолжали пытливо ее ощупывать, голос оказался приятно низким.

Она бы сказала, с сексуальной хрипотцой, но глядя на россыпь презервативов у ног Ямпольского, о сексе хотелось думать меньше всего.

— Это не моя жизнь, — решительно мотнула она головой, — это нашего заведующего. И даже не жизнь, а марафон. Городской, — добавила для уточнения.

Ямпольский недоуменно посмотрел на Алексея, стоявшего под стенкой.

— Он там совсем рехнулся, что ли? Какой марафон, Леша?

Он — это… мэр? Олю бросило в жар.

— Марафон «СТОП СПИД», — ответил из-за ее спины Алексей, — проводится в городе как профилактика борьбы со СПИДом и другими заболеваниями.

— Ясно, тогда пускай проводят, — Ямпольский повернулся к Ольге. — Ольга Михайловна, прошу прощения, что вынудил вас к такому позднему визиту, но мне нужна ваша помощь. Думаю, нет нужды представляться официально, вы меня знаете. А я теперь знаю вас. Могу я попросить вас довериться и следовать за мной?

— Подозреваю, что вы можете все независимо от моего ответа, — храбро ответила Ольга, и Ямпольскому ее ответ явно понравился.

— У вас прекрасное чувство юмора, — похвалил он. — Почему говорят, что у врачей он черный?

Оля не стала отвечать, молча последовала за Ямпольским. Замыкал процессию Алексей.

— Ольчик, привет, — голос подружки звучал беззаботно и действовал на Ольгу успокаивающе. Может, она зря себя накрутила?

— Лен, можно я заскочу на пять минут? У тебя много пациентов?

— Ты не заболела, Олька? Что-то у тебя с голосом не то, хрипишь. Горло не болит?

— Ну, Лен, даже если и болит, то у тебя я его лечить точно не буду!

Они обе посмеялись, потому что Лена работала врачом-эндоскопистом в гастроэнтерологическом отделении частной клиники.

— Приезжай, сейчас никого нет.

С Ленкой они вместе учились на первом курсе, а потом разделились по специальностям. Лена долго работала в государственной больнице, но в конце концов сдулась и ушла по ее выражению «сдаваться в рабство».

Рабство неплохо оплачивалось, так что к жалобам подружки Ольга относилась философски. Но сейчас ей нужна была не сама Лена, а ее муж Виктор, работающий в областной прокуратуре помощником прокурора. К Волошину она по понятным причинам обратиться не могла — тот не отстанет, пока не вытряхнет из нее правду.

А правда заключалась в том, что она уже голову себе сломала, но так и не придумала, зачем понадобилась на ночь глядя олигарху и миллиардеру Ямпольскому. И не просто понадобилась, ее специально поджидали у больницы, если верить Алексею.

Раненого парня подстрелили на каких-то их бандитских разборках, к бабке не ходи. Но то, что его побоялись везти в клинику, что испугались полиции — россказни для дураков. Тут кинь клич, к нему пешком за город пойдут желающие, если им столько заплатят, сколько Оле Ямпольский отвалил. И почему вдруг она — загадочная загадка…

Операция несложная, ранение легкое, кровопотеря незначительная. Да тут бы студент справился за прибавку к стипендии. Когда Оля совладала с волнением, руки сами все вспомнили, а Ямпольский в качестве ассистента оказался на высоте.