Мифы
Шрифт:
– Пойду я в землю турецкую, выкуплю из полона хоть одну головушку.
Царь Бахмет турецкий, уходя от города, напустил реки широкие, озера глубокие, по дорогам поставил он разбойников, в лесах темных напустил зверей, - ни пройти никому, ни проехать, ни добраться живым до Туретщины.
Рано поутру Авдотья Рязаночка умывалась водой колодезной, одевалась, да собиралась в путь далекий, в дорогу дальнюю. Пошла женка путем да дорогою, ручьи мелкие бродом брела, глубокие реки вплавь плыла, широкие озера кругом обошла, поля чистые в полночь прошла, пока спят разбойники сном неправедным, леса темные, да дремучие светлым днем прошла, пока звери спят по берлогам своим.
Так закончилось лето жаркое, наступила осень дождливая. Все идет Авдотья Рязаночка, никого дорогой не слушает. Говорят ей люди прохожие:
– Не ходи-ка ты, женка, в Туретщину, не отдаст тебе царь ни единой души. И сама пропадешь, не воротишься. А ступай-ка ты назад, в Рязань старую.
Уж приходит зима холодная, да с метелями, да с морозами. Все идет Авдотья Рязаночка и с пути своего не сворачивает. Десять пар лаптей износила она, десять посохов стерла о камни.
Так весна пришла, ну а вместе с ней и Авдотья Рязаночка в землю турецкую. Да царю Бахмету неласковому поклонилась она до сырой земли:
– Уж ты царь Бахмет, царь немилостивый! Ты когда разорял Рязань старую, полонил ты народу сорок тысячей, у меня увел три головушки - братца милого, мужа венчального, свекра старого да любезного. И пришла я к тебе выкупить хоть одну головушку родимую.
Говорит ей царь такие слова:
– Ты, Авдотья-женка Рязаночка! Коль сумела ты пройти дорогой дальнею, так сумей попросить хоть одну из трех головушек. А не сумеешь ты попросить головушки, я срублю тебе до плеч буйну голову.
Пораздумалась Авдотья, порасплакалась:
– Уж ты царь Бахмет, басурманский царь! Я в Рязани-то была женка не последняя, не последняя я была женка, а первая. Я замуж пойду, так у меня и муж будет, свекра стану звать батюшкой. Приживу я сына любезного, приживу я дочку-красавицу, сына-то женю, дочку замуж отдам, будут внуки у меня, сноха да зять. Не видать мне только целый век милого братца родимого!
Пригорюнился царь неласковый:
– Ты, Авдотья-женка Рязаночка! Когда я разорял вашу сторону, так убили у меня братца милого. За твои-то речи разумные, за твои слова-то хорошие ты бери полону, сколько надобно. Кто в родстве, в кумовстве, в крестном братовстве.
Стала женка ходить по земле чужой, выбирать из полона своих родных. Так и выбрала весь полон, привела в свою Рязань старую, расселила город по-прежнему. Низко кланялись люди русские за поступок такой Авдотье Рязаночке.
Д Р У Ж Б А
В граде Урук, высокой стеной огражденном, царит Гильгамеш, повидавший весь мир до края, познавший моря, перешагнувший горы, врагов покоривший, постигший мудрость. Сложено тело его несравненно, оружье в бою не имеет равных, скучно ему в огражденном Уруке, днем и ночью буйствует в граде. Отцу Гильгамеш не оставит сына, у матери дочь уведет из спальни, жителям нет от царя покоя!
Воззвали они к богине Аруру:
– Великая, ты нам царя сотворила, создай ему равного по отваге. Пусть с Гильгамешем он силой сравнится. Герои дерутся, Урук - отдыхает!
Аруру услышала эти речи, образ героя в сердце создала, руки умыла, из глины слепила героя Энкиду - воителя ночи. Шерстью покрыто все его тело, людей не видел, мира не ведал, рядом с газелями в поле пасется, вместе со львами идет к водопою. Всех пастухов распугал в округе, с поклоном пришли они к Гильгамешу. Послал Гильгамеш прекрасную Шамхат, жрицу любви, за диким Энкиду.
Увидел герой несравненную жрицу, сразу мышцы его ослабели, у ног ее сел, в глаза ее смотрит, что скажет она - его слушают уши.
– Красив ты, Энкиду, богу подобен, зачем по степи со зверями ты бродишь? Пойдем же, Энкиду, в Урук огражденный, там встретишь ты друга, найдешь Гильгамеша.
Стопы направил в город Энкиду, навстречу ему Гильгамеш выступает. Схватились у врат городских в рукопашной, обрушились стены, земля содрогнулась, не могут они одолеть друг друга. Царь гнев свой смирил, унял свое сердце, обнял он Энкиду и так ему молвил:
– Будь другом царю и тебя не предам я, вместе мы всех врагов одолеем!
Два исполина, два побратима множество подвигов совершили. Город спокоен, стеной огражденный: герои дерутся - Урук отдыхает!
Врагов всех побили, тоскливо Энкиду:
– Зевота, мой друг, разрывает мне глотку. Без дела сидим, пропадает сила.
"Друг мой, далеко есть горы Ливана. Живет там средь кедров свирепый Хумбаба, уста его - пламя, голос, как буря. Давай его вместе убьем мы с тобою, а труп в пропасть бросим на поруганье! Один победить его не сумеет. Канат, вдвое скрученный, не порвется, два львенка льва всегда одолеют!
Великий подвиг они совершили, но боги разгневались на Энкиду, забрали в подземное царство героя. Там люди покрыты одеждою перьев, света не видят, во тьме обитают, засовы и двери засыпаны прахом, вошедший туда никогда не выходит.
Долго скорбел Гильгамеш об Энкиду, долго скитался в горах и пустынях. Кручу осилив, нашел он пещеру, там вход в преисподнюю охраняют люди, похожие на скорпионов. Грозен их вид, губительны взоры, без страха к ним Гильгамеш обратился:
– Откройте врата, покидаю я землю, нет все равно мне жизни без друга! Буду искать его в преисподней!
Тьма распахнула пред ним свои крылья и поглотила героя бесшумно...
На древних табличках мы прочитали историю дружбы тысячелетней.
1996 г.