Месть?
Шрифт:
Я с некоторым облегчением взглянула на герцога. Не вышло, Ваша Светлость, придется вам самим объявлять о своей женитьбе на калеке, а ей (то есть мне) во дворец самой не попасть! И — ура! ура! ура! — сидеть у всех на виду, вызывая своим видом показную жалость и презрение, тоже не придется!
— Видимо, мне придется вас в карете подождать, Ваша Светлость? Или прикажете домой поехать? — спросила я, стараясь не выдать своей радости.
— Ни в коем случае, дорогая! — поджал на секунду губы герцог. — Ведь нас ждет торжество!
И неожиданно легко подхватив меня под коленками и за спину, Густав Ксорд на руках понес меня во дворец! Я опешила и вцепилась обеими руками ему в шею, хотя герцог нес меня настолько непринужденно и свободно, как маленького ребенка. Мужчина не забывал учтиво раскланиваться со встречными аристократами, будто не ощущал ни толики неудобства или смущения от того, что вынужден исполнять роль носильщика, словно всю жизнь таскал меня на руках.
От него пахло очень вкусно — что-то цитрусовое и свежее, похожее на мяту, обволакивало меня умиротворением и спокойствием. И если в первые мгновения мне было неловко от всего этого кордебалета, то потом я даже приноровилась и начала оглядываться по сторонам — когда еще придется полюбоваться на убранство королевского дворца?!
А посмотреть было на что!
Глава 16
Дворец был просто огромен! Кроме богатейших коллекций живописи, скульптур, гобеленов, фарфора и мебели различных эпох и стилей, привлекали внимание высокие мозаичные окна, украшенные сценами каких-то баталий и пасторальными сюжетами. Потолок, высоту которого я бы не взялась определить, настолько он был высок! — был разрисован изображениями каких-то то ли святых, то ли богов, а может быть, это были просто рисунки, без всякого подтекста.
Все это я успела разглядеть за те неполные три минуты, что герцог нес меня по направлению к тронному залу, где уже собрались все действующие лица этого фарса под названием «благословение королем своих подданных, пожелавших жениться». Мы-то знаем, что этот акт был скорее добровольно-принудительным, чем итогом великой любви бедных аристократов!
Задержавшись у входа в тронный зал, чтобы успели нас объявить, Густав внес меня в богато украшенное помещение с величественным троном, на котором восседали король с королевой. Надо признать, что появление наше было довольно фееричным! Увидев герцога со мной на руках, многие аристократы ахнули, кое-кто вытянул шею, пытаясь разглядеть наше приближение из-за спин многочисленных гостей короля.
Густав же остановился посреди зала и вполне грациозно поклонился королевской чете, несмотря на груз на своих руках. В зале стало так тихо, что можно было бы услышать, как муха пролетает, если бы она там обитала. Все с любопытством ожидали реакции короля.
— Ваша Светлость, вы так соскучились по своей невесте, что не можете ее ни на миг от себя отпустить? — послышался грозный голос со стороны трона, и я чуть не спряталась у герцога за пазухой.
— Прошу прощения, ваше величество, — отозвался герцог почтительно, — но моя невеста лишена возможности стоять из-за несчастного случая. Поэтому я прошу вашего высочайшего разрешения, позвольте мне во время церемонии держать ее на руках.
— Ну зачем же столько времени надрываться! — послышался нежный голос королевы. — Принесите для невесты герцога Ксорда кресло!
В считанные секунды повеление королевы было выполнено, и меня усадили в мягкое кресло, прикрыв пледом ноги. А за моей спиной встал Его Светлость, положив одну руку на спинку кресла.
И только тогда я решилась оглядеться.
Резные элементы декора очень уместно сочетались с изящными фигурными креслами, диванами и столами, расположенными в этом необыкновенно красивом, даже сказочном зале. С потолка свисали огромные затейливые люстры, освещающие это помещение тысячами лампочек в форме жемчужин, стены отделаны гобеленами благородного темно-бордового цвета с золотыми узорами, на полу лежал огромный ковер в цвет стен… И прямо передо мной стоял трон, на котором с царственным видом восседали Дарий Пятый и его жена. А как же ее зовут-то? Вдруг поняла, что ни разу при мне не называли ее имени. Впрочем, мне ведь тоже вряд ли придется звать ее по имени? «Ваше величество» — очень удобно, кстати, если у тебя плохая память на имена!
Воспользовавшись тем, что церемония «бракосочетания» началась и король начал свою приветственную речь, я исподтишка начала рассматривать своих ближайших соседей «по несчастью». Каждая пара стояла на небольшом отдалении друг от друга, с благоговением внимая словам коронованной особы о том, как важно построить крепкую семью и правильно воспитать детей, чтобы в будущем они стали настоящей гордостью и оплотом королевства.
Мужчины все как один были в черных фраках, почти таких же дорогих, как у моего герцога, а девушки, их невесты, представляли собой настоящий цветник. Каких только расцветок платьев тут не было! И все, как на подбор — в вечерних нарядах, выделяющихся своим глубоким декольте и открытыми плечами.
Учитывая, что женихи все контингента 30 плюс, можно было встретить как стройных и мужественных, наподобие герцога Ксорда, так и начинающих обзаводиться брюшком и залысинами. Однако, как бы ни выглядел мужчина, невесты у них у всех были молодые, если не сказать, совсем юные барышни! Поневоле закрадывалась мысль, что каждый аристократ каким-то образом заполучил свою невесту, и об искренних чувствах тут даже мечтать не приходится. Совсем как в нашем случае…
Я со вздохом отвернулась от созерцания «счастливых пар» и вздрогнула, увидев, с каким вниманием изучает меня королева. Ее величество улыбнулась, заметив, что я в курсе, что оказалась под прицелом ее внимательных ореховых глаз и слегка кивнула мне. Не зная, как реагировать, я тоже склонила перед ней голову.
Кажется, наши переглядывания поймал мой жених. Потому что я почувствовала у себя на плече легкое касание. Герцог с какой-то успокаивающей лаской провел свободной рукой по моему открытому плечу и чуть слышно для меня шепнул: «Слушайте короля!»
Честно говоря, его речь как-то прошла мимо меня, и только когда прозвучало: «Благословляю ваш союз данной мне богами властью», все женихи разом завозились, доставая откуда-то маленькие шкатулки. У каждого рода, видимо, были свои брачные браслеты, потому что на глаза мне попались как золотые, так и серебряные, а у некоторых даже платиновые, украшенные драгоценными каменьями и инкрустированные вставками из других благородных металлов.
Когда герцог Ксорд встал передо мной на одно колено и со словами: «Эвелина Клемент, вы согласны стать моей женой?» протянул мне изящный браслет из бриллиантов, я поняла, что назад дороги уже не будет. Постаравшись улыбнуться как можно искренней, хотя зубы сводило от желания объявить во всеуслышание, что не согласна быть проданной за какие-то семейные долги, ответила: «Да!» и чуть заметно вздрогнула, когда герцог защелкнул на моем запястье этот наручник, крепко-накрепко приковавший меня к семье Ксордов. Затем, как заранее предупреждал меня мужчина, те же самые манипуляции провели невесты со своими женихами. Чуть дрожащими от волнения руками я закрепила на запястье Густава брачный браслет, немного скромнее и более мужской, чем мой. После этого король громогласно объявил о рождении новых семей, вслед за этим раздались звуки салюта за стенами дворца, оповещая об этом весь город.