Чтение онлайн

— Просто «железная леди» какая-то…

— Ага. «Железная бледи».

— Да что ты все заладил-то одно и то же! Целый вечер бубнишь после того, как она первый раз позвонила… Ведь это же она звонила, когда не стала с тобой говорить?

— Она. Якобы ничего не было слышно.

— А ты, конечно, не веришь?

— Я слишком хорошо её знаю. Она ничего не делает просто так, даже когда молчит в трубку… Смотри!

Опера приблизились к панорамному окну. Крыльцо кинотеатра было ярко освещено, во дворе тоже горели многочисленные фонари, так что снаружи их разглядеть не могли.

— Кажется, началось… — Сергей нажал клавишу манипулятора радиостанции и сообщил группе: — Внимание, у нас гости…

Чёрный БМВ закатился с проспекта в сквер перед кинотеатром, описал полукруг и остановился в паре метров от Людмилы Борисовны. Стекла автомашины были прозрачными, так что Волгин, приглядевшись, определил: в салоне находились два человека.

Вышли оба.

— Гляди-ка, тачка без номерных знаков! — Одной рукой удерживая видеокамеру, локтем другой Акулов толкнул Сергея.

— Да вижу я, отстань! Кажется, наши клиенты.

— И по приметам, которые жена Шершавчика называла, похожи…

Парням из БМВ было суммарно лет пятьдесят. Выше среднего роста, круглолицые, с короткими стрижками; плотная верхняя одежда не позволяла оценить телосложение, но недостатком веса, что и говорить, они не страдали. Подошли к Людмиле Борисовне, кивнули, встали, держа руки в карманах.

— Стволов там вроде бы нет, — пробормотал Акулов, максимально увеличивая изображение в видеокамере.

— У тебя металлодетектор с собой?

— Карманы мелковаты… Разговаривают.

— Я вижу, что не целуются.

— Разговор у них напряжённый… Чёрт! Ну кто её просил поворачиваться?

Сначала Людмила Борисовна стояла правильно, правым боком к кинотеатру, позволяя операм контролировать висящую на локте сумочку, в которой находились и деньги, и диктофон. Теперь, продолжая что-то обсуждать с приехавшими, повернулась к наблюдателям спиной, так что возможность зафиксировать передачу конверта, если таковая будет иметь место, исчезла.

— Одна надежда, что не забудет знак подать, — прошептал Акулов, перемещаясь вдоль окна в поисках более выигрышной позиции для видеосъемки. — Эх, леди, леди…

— Я же говорил, что она не железная, а дубовая. Оп-па!

Несомненно, Людмила Борисовна что-то извлекла из своей сумочки; передала она это парням или нет, Волгин видеть не мог. А спустя полминуты, снова повернувшись боком к кинотеатру, женщина демонстративно закурила.

— Есть! — крикнул Сергей в микрофон радиостанции. — Захват!

Парни собирались уезжать. Один уже подходил к БМВ, второй, чуть поотстав и повернув назад голову, на ходу договаривал что-то Людмиле Борисовне, когда перед ними возник Бешеный Бык.

Волгину показалось, что начальник появился непосредственно из-под земли, хотя такого быть, конечно, не могло.

Остальных членов группы захвата поблизости не наблюдалось.

— Пошли! — Акулов метнулся к выходу из кинотеатра.

Следом за ним, повалив кадку с пальмой, выскочил Волгин.

— Быстрее! — Акулов уже миновал двери, предупредительно распахнутые тётенькой-контролёром, и заскользил подошвами по обледенелым ступеням крыльца. Снимать на бегу он не стал, видеокамера болталась на его плече, объективом вниз.

Как оказалось впоследствии, он правильно сделал, что не снимал…

Катышеву помощь не требовалась. Он нокаутировал водителя «бомбы» прямым ударом в челюсть и подскочил ко второму бандиту, не тратя времени на махание ксивой и предупредительные крики. Тот обладал хорошей реакцией и сумел нырком уйти от «крюка» правой начальника УР, даже попытался ответить, но не успел. Катышев провёл захват, поднатужился и «прогибом назад» швырнул противника через себя. Тот хрястнулся на лёд с таким звуком, что можно было вызывать «скорую», не тратя время на попытки привести его в чувство самостоятельно. Волгин, по крайней мере, был уверен, что его познаний в медицине для такого случая окажется недостаточно.

— Готовы, — удовлетворённо произнёс Катышев и оглянулся на БМВ; было похоже, он слегка жалеет о том, что в машине нет пассажиров, которых тоже следует задержать.

— Что вы наделали? — спросила Людмила Борисовна голосом более холодным, чем ноябрьский ветер с позёмкой. — Вы же их чуть не убили.

— Чуть-чуть не считается. В камере оживут. — Катышев был доволен завершением рабочей недели; даже если посадить злодеев не удастся, его победу в рукопашной схватке никто не оспорит. — И не таких подлецов оживляли.

— Эти подлецы — мои друзья, — сказала Людмила Борисовна, подходя ближе и придерживая на горле воротник шубы.

— Если они ваши друзья, то кто же вы сами? — Катышев изменил тон: ощущение допущенной ошибки коснулось и его; Волгин, уже начавший понимать, в чём дело, застыл, разглядывая два неподвижных тела. Если травмы окажутся серьёзными, то объясняться в прокуратуре придётся долго и муторно. То, что к нему лично серьёзных претензий возникнуть не может, радости не доставляло. Вместе накосорезили — всем и отвечать.

— Это мои друзья, — сказала Людмила Борисовна, поднимая подбородок; и без того достаточно острый, теперь он казался совсем клиновидным. — Они просто ехали мимо, заметили меня и подъехали, чтобы поговорить.

— Да? А что же вы знак-то подали?

— Я не подавала вам знака, а просто закурила, — ответила «леди».

— Вы же доставали что-то из сумки…

— Сигареты, не деньги.

— А почему у них нет номеров на машине?

— Украли.

Напряжённую паузу, возникшую после этого краткого диалога, прервало появление бойцов «группы захвата».