Меняя скины. Том 2

Пролог. Курочка гриль.

Полгода — это много или мало? Если заниматься рутиной, то пролетит и не заметишь, а если рискуя жизнью фармить осколки, то это целая жизнь!

Сидя в пилотском кресле, сжимая штурвал, я наблюдал через экран на приборной панели за действиями своих саммонов. Вот Боб, вселившись в тело Вонючки (хобгоблина), ползет по отвесной скале к пещере дракона. Его роль в сегодняшней операции по зачистке сокровищницы, одна из самых важных — привести разъяренного босса в расставленную на него ловушку.

Окинув взглядом кабину истребителя, до сих пор не могу поверить, что все это собрано моими руками благодаря трансмутации усиленной сердцем. С помощью советов Блаватской я уже основательно разобрал корабль орков, приспособив гравитационные руны, энергосистему, пушки и маневровые двигатели, которые оказались целы, к своему крошке «Блуду», как я прозвал свой истребитель.

Времени и усилий на постройку истребителя я потратил просто уйму, но каждая минута того стоила! Машина получилась небольшой, благодаря рунам левитации Блуду не нужны крылья, он даже способен зависать на месте. Кабина располагается спереди, а сзади стабилизаторы (для удобства управления) в форме перевернутой набок «Х». Ничего лишнего, лишь голая функциональность.

Пока я предавался воспоминаниям, полных компромиссов и творческих решений, над приборной панелью появляется голограмма Блаватской. Размером с ладонь, одетая в темное платье, она кивнула мне:

— Печать развернута, — поправив прядь волос за ушко. — Все готово к началу.

— Хорошо… — ощущая волнение, не каждый день я штурмую сокровищницу! Вот только в этот раз я решил заодно убить и босса.

С помощью магических махинаций, нам удалось вернуть Блаватскую в реальность, пускай и в виде нематериального духа. В таком виде она способна использовать лишь крохи своих сил, но зато она может помочь советом и активировать магические артефакты. Печать, о которой она упоминала, была отобрана Кларой у мага, который устроил бойню в психушке. Те события сейчас кажутся такими далекими…

Посмотрев обратно на дисплей, нахожу глазами Клару. Сегодня она должна поднять пятидесятый уровень, убив босса сокровищницы. Мы шли к этому, кажется, целую вечность. У меня самого сейчас сороковой уровень и по тридцатому у обоих скинов. К сожалению, навык призыва так и не эволюционировал, но зато Блаватская набила мне татуировку на солнечном сплетении, которая позволяет использовать сердце в экономном режиме. Благодаря чему, если поместить в него лишь один навык призыва, я могу использовать сердце довольно долго.

Как вы уже могли догадаться, усиленный призыв становится массовым, вплоть до трех саммонов (можно и больше, но тогда экономный режим перестает работать). Благодаря этому я сумел докачать всех остальных саммонов до тридцатого-сорокового уровня.

Помимо новых навыков и уровней, я так же начал изучать магию. Под впечатлением от бойни в психушке, я выбрал для изучения путь странника. Почему его? Ну, с его помощью можно взламывать барьеры и открывать запертые двери. Да, в плане огненной мощи это мне ничего не дает, но будем откровенны, ближайшие лет десять магия все равно не даст особого выхлопа. Тем более, что мне никто не запрещает начать изучать боевой путь чуть позже, когда древо знаний во мне достаточно прорастет и я смогу хранить в нем ману и заклинания.

Изучение магии… выглядит своеобразно. Читаешь книжки, пытаешься понять, о чем говорит автор. Ночью, на встрече с Блаватской, я обсуждаю прочитанное и пытаюсь сделать выводы. ВСЕ! Честно говоря, мое обучение больше похоже на вступление клуб литературы или философии.

Тем временем Боб долез до пещеры и закинул туда бомбу вонючку. Урона никакого, но воняет…

Дождавшись, когда дракон внутри яростно зарычит, Боб крикнул довольно оскорбительную фразу и оттолкнулся от скалы. Вонючка был одет в костюм для планирования, а потому вместо падения херувим в теле хобгоблина полетел! Спустя десяток секунд из пещеры появился зеленый дракон. Увидев на горизонте удаляющуюся точку, он рванул вслед за ней.

Первый этап моего плана закончился успешно, удовлетворенно потираю ладошки. Будто в насмешку именно в этот момент Люциус, он же Мерзость, который после эволюции вспомнил свое имя, попадает в паутину, что все это время плела Хрустик вместе со своими малышами… Уже прошло полгода, а эта тварь не только не сдохла, так еще и оказалась девушкой, отложив под сотню яиц за раз!

— Не дергайся, — через гарнитуру приказываю Люциусу. — Я сейчас буду.

Дернув рычаг переключения скорости на себя, отправляю Блуд к расщелине в скале, где предполагалась поймать дракона в паутину. Надолго бы короля небес это не задержало, но позволило Вонючке сбежать. Похоже в моем зоопарке на одну зверушку станет меньше, либо надо срочно менять план!

— У тебя не больше тридцати секунд, прежде чем дракон будет здесь, — предупреждает Блаватская.

— Мне хватит! — отмахиваюсь от ее слов.

Как говорится, нельзя научиться готовить, не разбив пару яиц! Мои планы частенько идут не совсем так, как мне бы того хотелось, а потому постоянно приходится импровизировать! Порой мне даже кажется, что у меня в этом талант! Влипать в неприятности и импровизировать у меня получается лучше всего.

Подлетев к расщелине, вижу голого светловолосого мужчину с темными крыльями, который в позе звезды застрял в паутине. Наша звезда после эволюции отказывается прикрывать свою кожу презренной одеждой.

— И как тебя угораздило! — невольно произношу.

— Я убирал Клариных любимец в лампу, когда подул боковой ветер и толкнул меня в спину… — проворчал демон. — Чертов ветер… он просто завидует моей красоте…

Мерзость перестал быть уродом, зато стал самолюбивым идиотом. Нарцисс хренов. Вытащить у меня его быстро не получится, а значит про план можно забыть, либо придется пожертвовать Вонючкой. Заманчиво, но нет, так дела не делаются. Зажав на штурвале кнопку активации бортовых лазеров, которые снял с корабля орков, срезаю паутину по бокам.

— Забирайся в лампу, — обращаюсь к Люциусу, — дальше я сам.

С неприязнью посмотрев на паутину, что прилипла к его груди, демон без лишних слов ставит артефакт в специальную нишу в корпусе истребителя и исчезает в лампе. Я же остаюсь на месте.

— Только не говори мне, что ты сам хочешь стать приманкой, — строго уперев руки в бока, неодобрительно произносит миниатюрная Блаватская.

— Как скажешь, не буду! — с усмешкой киваю ей в ответ.

— Когда ты присоединишься ко мне в перекрестке, первым, что я скажу тебе, о мой самоуверенный ученик, — под конец фразы подмигнув: — Добро пожаловать!