Чтение онлайн

— Сначала, конечно, я вспомнил о Мехозе, учитывая его послужной список, но Ларс — невоздержанный хам, — Джебез помолчал и праздно почесал бритый затылок. — Потом подумал о Лумаке, в качестве жеста доброй воли в сторону Аверниев. Но после сегодняшей стычки я не могу выбрать одного из них, не оскорбив другого.

Он посмотрел на Шадрака.

— Кстати, спасибо тебе, — добавил Ауг. — Ты разрядил опасную ситуацию.

— Я говорил то, что думал, железный отец, вот и всё.

— Как и подобает тому, кто стал Избранной Дланью.

— Я?

— Да, сэр, вы, сэр.

— Меня никто не любит, — напомнил Медузон.

— И это одна из самых притягательных твоих черт. Кстати, ты же весьма прямо требовал, чтобы кто-то вышел вперед и принял бразды правления?

— Верно, но не я сам. Мои амбиции ограничиваются полевым командованием.

— Так ты ведь об этом и говорил? — спросил Ауг. — Что никто не хочет брать на себя ответственность? Что Горгона больше нет, и никто из нас не желает показаться наглецом, метящим на его место?

— Да.

Джебез сел на койку.

— Шадрак, ты родился на Терре. Это значит, что мы, дети Медузы, хоть и относимся к тебе по-братски, всё равно считаем тебя или выше нас, потому что ты раньше прошел генное вознесение, или ниже, потому что ты не настоящий, правильный медузиец. Тебя больше остальных заботит положение Саламандр и Гвардии Ворона. Ты как будто лучше всех понимаешь их и сходишься с ними. Ты, черт тебя дери, везде и всюду говоришь то, что думаешь. Отцы кланов не выносят тебя. И, наконец, ты единственный известный мне человек, обладающий ясным и четким видением того, что мы должны делать.

— А именно?

— Обрести единое командование и прикончить ублюдка Гора.

— Так ты меня всё-таки слушал.

— Шадрак… по всем сомнительным причинам, которые я только что перечислил, ты кажешься мне самым разумным выбором. Не могу представить себе лучшей Избранной Длани, особенно учитывая, что заместитель должен помогать мне с удержанием в узде остатков клана.

— Я так понимаю, Избранная Длань имеет особое право на ознакомление с текущими приказами?

Засунув руку в набедренную сумку, Ауг извлек инфопланшет и бросил его Медузону. Машинально поймав устройство левой рукой, капитан поморщился.

— В чем дело? — спросил Джебез.

— Соединение ещё не зажило. С аугметикой всё в порядке, а вот плоть слаба.

Пользуясь методикой скорочтения, Шадрак просмотрел сводку приказов.

— Кое-что здесь мне уже не нравится, — заявил он.

— Я и не сомневался, — ответил железный отец.

— Мне разрешено посоветоваться с воинами других легионов? Поделиться информацией, чтобы получить тактический отзыв?

— Ты моя чертова Избранная Длань и можешь идти, куда тебе угодно, — напомнил Ауг.

Далкот, Нурос и их старшие офицеры ударили кулаками по нагрудникам при виде входящего Медузона.

— Приветствия не нужны, — сказал он.

— Думаю, нужны, — тихо ответил Нурос. — Ты — Избранная Длань. Соблюдая дисциплину и уважение, мы вспоминаем, что ещё не погибли.

Легионеры сели вокруг овального стола, и Шадрак положил перед собой инфопланшет.

— Информацию вы получили, — произнес капитан Железных Рук.

— Тревожную, — подхватил Далкот.

— Просветите меня.

— Ты сам уже всё понял, — заметил Нурос.

— Не повредит, если на это укажет кто-то другой.

— Все ваши Отцы кланов находятся на одном корабле, «Короне пламени».

— Совет должен оставаться вместе, — указал Медузон.

— Что превращает его в большую, заманчивую цель, — ответил Далкот. — Идиотизм.

— Дела Совета кланов, речи Совета кланов… — произнес Шадрак. — Сейчас они — наше коллективное руководство. Никто не возвышен над остальными, все остаются вместе. Рассматривайте их, как одно существо — нашего лидера.

— И одну большую цель, — повторил Гвардеец Ворона.

— Как Десятый вообще завоевывал миры? — спросил Саламандр.

— Грубой силой, — ответил Медузон. — И жесткой дисциплиной. Это хорошо работало, просто превосходно. Но тогда у нас были Горгон и ДюКаин, напоминавшие, когда нужно нарушить правила. Теперь мы слишком малочисленны, чтобы полагаться только на силу, и крепко связаны традициями легиона. Совет кланов всегда собирался в тяжелые времена, чтобы поддерживать чувство единства и солидарности — особенно в отсутствие примарха или лорда-командующего. Мне кажется, это была хорошая, даже замечательная традиция, ведь раньше наши повелители отсутствовали только временно.

— Твой легион должен отучиться от старых обычаев, — сказал Нурос.

— Знаю.

— Или кто-то из вас должен выступить вперед, — добавил Далкот.

— Джебез Ауг избран военачальником на время этой миссии, — напомнил Шадрак.

— Просто почетный титул, — возразил Саламандр. — Если, конечно, я правильно понимаю смутную и переменчивую иерархию взаимоотношений в твоем легионе. Джебез Ауг подчиняется Совету кланов, он военачальник в пределах, установленных ими.

— И это я тоже знаю.

— Также тебе следует узнать, — произнес Гвардеец Ворона, — что, при всем нашем уважении, Восемнадцатый и Девятнадцатый рано или поздно покинут соединения Десятого легиона, если сохранится нынешняя ситуация. Единый взгляд на ведение войны жизненно важен, даже если в ней участвуют разделенные, небольшие и автономные флоты.

— Совет может только советовать, — указал Нурос. — Он не может командовать. Сколько времени у них уйдет на принятие любого тактического решения в пылу битвы?

— Больше обычного, — признал Медузон. — Никто не желает выступить вперед. Нам нужно учиться пересаживать головы.