Меч Немезиды
Шрифт:
– Хорошо, – не поднимая головы, прошептала она. Видно было, что девушка смертельно напугана.
Гнусавый довольно усмехнулся и сквозь прорезь маски подмигнул напарнику. При этом всего на долю секунды выпустил из поля зрения миловидную шатенку по ту сторону стекла с надписью «Касса». Этого времени девушке с голубыми глазами вполне хватило, чтобы нажать скрытую под стойкой тревожную кнопку. Рука лишь на миг нырнула под столешницу и вновь оказалась над поверхностью, когда грабитель повернул к ней скрытое маской лицо.
– Шевели граблями, – поторопил гнусавый тип. – Быстрее, быстрее! В наши планы не входит торчать здесь целый день!
Высокий отошел на пару шагов назад. Медленным взглядом окинул лежащих на полу людей. Да, Боксер все верно спланировал. Как он и предсказывал сегодня утром, им не стали оказывать сопротивления. «Омега» так же, как и другие банки, имеет соответствующую страховку. Вкладчики, конечно, пострадают, но кто заставлял их тащить сюда свои сбережения, а не вкладывать, например, в золото или в промышленность. Да, на худой конец, по мнению высокого сутулого налетчика, именуемого среди друзей Тихим, удобнее держать деньги дома, под подушкой. Он, например, именно так и делал. Проблем меньше, надежности больше.
Один из распластавшихся на полу мужчин в синем двубортном костюме чуть повернул голову и скосил взгляд наверх. Его глаза случайно встретились с тусклыми глазами Тихого. Мужчина поспешно опустил голову. Тихий усмехнулся.
– Держите…
Шатенка протянула гнусавому наполненный мешок.
– Теперь сумки, – приказал налетчик.
Пронзительный вой милицейских сирен разрезал вечернюю тишину, как остро отточенный кухонный нож податливое сливочное масло. Грабители вздрогнули. Несложно было определить, что конечной целью милиции является банк «Омега». И что приближается не одна машина. Две, а может и три. То есть это никакая не случайность. Вой сирен нарастал.
– Черт! – Боксер первым вышел из состояния оцепенения. – Ну-ка, глянь, что там…
Он кивнул подельнику, стоящему со «стечкиным» у стены, и тот мгновенно метнулся к двери, припав к длинному окошку из бронированного стекла. То, что он увидел, заставило налетчика вздрогнуть.
С двух сторон к зданию банка неслись три «Форда» с мигающими маячками на крыше. От жесткого соприкосновения с асфальтом шины свистели, а когда включились тормоза, раздался скрежет, заблокированные колеса, оставляя жирные черные полосы от дымящейся резины, развернули хищно присевшие автомобили поперек дороги, перекрывая улицу, как в том, так и другом направлении. Сноровисто выпрыгнув из салонов, милиционеры из группы быстрого реагирования укрылись за бело-синими корпусами патрульных машин, положив оружие на крышу и взяв под прицел здание банка. Чувствовалось, что они уже не раз принимали участие в подобных операциях.
Пару минут спустя, прямо напротив дверей затормозил и омоновский фургон. Атлетически сложенные парни в касках, бронежилетах и с автоматами на изготовку, высыпали наружу, как стальной горох. Мгновенно развернулись цепью и изготовились к стрельбе. Здоровенный рыжий боец прицелился прямо в бандитского наблюдателя. Тот инстинктивно отпрянул.
– Ну что там?! – требовательно крикнул Боксер.
Парень со «стечкиным» вытер вспотевший лоб.
– Менты! Много! Спецом по нашу душу! Кто-то стуканул им!
– Кто-о? – буквально зарычал Боксер, вскидывая ствол автомата. Он пришел в ярость и был готов перестрелять всех заложников. Ведь все шло так хорошо: еще несколько минут, и они с деньгами выбрались бы наружу. Машина стояла всего в нескольких метрах от входа, одним колесом закатившись на тротуар, но поди попробуй теперь доберись до нее, когда столько ментовских стволов держат банковскую дверь под прицелом!
– Кто это сделал?! – Боксер внимательно осмотрел банковских служащих. Почти все были на виду: стояли на своих местах, подняв руки за голову. Только шатенка-кассирша, складывавшая деньги, постоянно наклонялась и вполне могла подать сигнал тревоги.
– Ах ты, сука!
Рыщущий у него в руках автомат наконец выбрал цель. Боксер дал очередь. Пули летели кучно, они ударили в стекло на уровне миловидного женского лица, и в следующую секунду должны были изрешетить его в четырех местах, но стекло оказалось специальным, причем высшего уровня защиты, и пули с визгом срикошетировали во все стороны. Рикошеты защелкали по стенам, потолку, полу. Кто-то вскрикнул. Оказалось, что одна пуля попала полному мужчине в ногу. Он заплакал. На широкой штанине песочного цвета медленно расплывалось красное пятно.
– Полегче, Боксер! – возмутился гнусавый, рядом с которым просвистели все рикошеты. – Ты чуть меня не пришил!
Главарь выругался.
– Готовься, сейчас придется шкурой рискнуть! А то привыкли только на испуг брать…
Боксер осмотрелся. Подхватив с пола ближайшую к нему женщину с крашенными в огненно-рыжий цвет волосами и облаченную в сиреневый плащ, грабитель прикрылся ею, как живым щитом, обхватив левой рукой за горло. «Калашников» уперся в спину заложницы.
– Иди вперед! К двери иди!
Боксер подтащил ее к выходу и приоткрыл тяжелую дверь.
– Эй, вы! – гаркнул он во все горло, обращаясь к омоновцам. – Всем отойти от здания. Я ей щас башку отстрелю, на хрен! Затем положим всех остальных в зале! Назад, я сказал! Дайте нам выйти!
Для усиления эффекта он просунул в щель автомат и дал длинную очередь. Пули защелкали по патрульным машинам, заставив милиционеров припасть к земле. Стекла одного из «Фордов» разлетелись, стеклянная крошка рассыпалась на мостовой, как мозаичная картинка «Бандитский налет» в калейдоскопе.
– Убей ее, Боксер, – истерично выкрикнул Тихий. – Пусть знают, что мы не шутим!
В тот же миг на улицу вывернул второй фургон ОМОНа, а вслед за ним и две черные «Волги» с тонированными стеклами и синими милицейскими номерами. В какую высокопоставленную голову пришла идея выделить милицейские машины из общего транспортного потока и сделать их издали узнаваемыми, можно было только догадываться. А о мотивах демаскировки спецтранспорта даже догадаться невозможно. Кортеж остановился поодаль от банка. Подготовленные бойцы и штатские с начальственной осанкой вылезли наружу.