Шрифт:
Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero
Что-то странное было в этой ночи…
Автобус мчался по заснеженной трассе, рассекая декабрьскую тишину ревущими звуками мотора. Мимо пролетали отливающие голубым блеском ели и худые высокие деревья, черневшие на фоне зимнего пейзажа. Небо было неестественно фиолетового цвета, смешанного с молоком. Периодически мелькали автобусные остановки, встречающие своим безмолвием. Ни души. Ни одного транспортного средства. Лишь автобус, летящий в далекую бесконечность. Действительно летящий… непонятно было, почему водитель набрал настолько высокую скорость.
И, казалось бы, если присмотреться во все мельчайшие детали этой ночной зимней картины, можно было бы почувствовать некое умиротворение, которое обычно навевают подобные места.
И все же… что-то странное было в этой ночи…
Это чувствовал и маленький мальчик, сидевший в середине автобуса вместе со своим отцом. Прижавшись щекой к холодному стеклу, он с беспокойным любопытством провожал взглядом черные кроны деревьев. Стекло то и дело запотевало от его прерывистого дыхания, отчего ему приходилось постоянно протирать его своей шерстяной варежкой. Наконец, он оторвался от окна и вновь взял в руки свой маленький резиновый шарик. Этот шарик ему купил отец сегодня утром, когда они были в цирке. Стоило лишь слегка ударить его обо что-то или щелкнуть по нему пальцем, как он начинал светиться ярко-голубым цветом. Но мальчик не просто смотрел на него. Он закрывал его ладонями, отчего казалось, будто голубое свечение исходит из-под них. Будто и нет никакого шарика внутри.
Мальчик, заворожено наблюдавший за этим на протяжении нескольких минут, повернулся к отцу.
– Это словно волшебство, правда?
Отец взглянул на свет, бьющий из ладоней мальчика, и улыбнулся.
– Оно самое, сынок. Оно самое…
Он тоже сомкнул ладони вместе и пронзительным взглядом уставился на них. Мальчик непонимающе переводил взгляд с лица отца на его руки.
– Но… у тебя же нет шарика?
– Он мне и не нужен.
Отец с легкой улыбкой продолжал смотреть на свои ладони, слегка сжатые вместе.
– Воображение способно научить нас видеть удивительные вещи… открывать иную сторону многих из них… или же создавать то, чего не существует…
Мальчик с округленными глазами смотрел туда, куда смотрел его отец.
– То есть… ты тоже видишь голубой свет? Даже если у тебя внутри ничего нет?
– Все верно
Мальчик взглянул в глаза отца, и ему действительно показалось, что он увидел в них отражение голубого огня.
– Я…я тоже хочу научиться так делать…
Отец усмехнулся.
– Ты научишься, – сказал он, оторвав взгляд от своих ладоней и потрепав сына по волосам. – У тебя еще все впереди, мальчик мой. Я верю в то, что ты достигнешь многого в своей жизни… очень жаль, что я этого не увижу…
– Что? О чем ты?
Отец хотел что-то сказать, но тут его взгляд упал на огни автомобиля, пронесшегося по встречной полосе. Лицо его побледнело. На мгновение закрыв глаза, он полностью повернулся к сыну и схватил его за плечи.
– Послушай… у нас не так много времени… через пару минут случится кое-что… неприятное…
– Что? О чем ты, пап?
– …но с тобой все будет хорошо. Слышишь? С тобой все будет хорошо. Я обещаю.
Продолжая говорить, он затягивал ремень на поясе мальчика туже и крутил рукоятку сидения, поднимая его в вертикальное положение.
– …возможно, довольно долгое время ты будешь один… меня не будет рядом… но ты не должен забывать о том, чему я тебя учил… все то, что я тебе говорил перед сном… во время наших прогулок… на крыше… помни… ты должен помнить все это…
– Пап…
– И этот мир… этот мир… – проговорил отец, дрожащими руками доставая из под сидения большую бесформенную сумку, набитую чем-то мягким. – …он скоро изменится! Вот увидишь! Все то, о чем мы с тобой мечтали… все это сбудется…
– Папа, что…
Автобус резко набрал скорость. Салон автобуса становился все ярче и ярче: вдалеке навстречу им ехала еще одна машина.
Отец с отчаянием посмотрел на нее и, прикрыв сына большой сумкой, напоминающей подушку, прошептал:
– Мы еще встретимся, Франц.
Яркий свет озарил салон автобуса, поглотив лицо отца, последнее, что мальчик увидел перед столкновением. Затем раздался ужасающий грохот, и все кануло в темноту.
Часть I
Глава 1
На лесную тропу, заросшую густыми зарослями кустарников, мягко ложился снег. Он вылетал с глубин серого неба, расстилавшегося над этим нетронутым уголком живой природы. Здесь действительно все выглядело так, будто нога человека не ступала на эту землю уже очень долгое время. Возможно, было бы славно, если бы так и продолжалось, но…
Антуану не было до этого никакого дела.
Раздвигая низко растущие ветки деревьев и поднимая в воздух сухие опавшие листья, музыкант пробирался по лесной тропе, держа в руке пачку листов приличной толщины. За его спиной звякала гитара, подвешенная за плечо. Сам Антуан внимательно смотрел под ноги, словно пытаясь что-то найти среди багряных завянувших плодов уходящей осени. С верхушки одного из деревьев сорвалась куропатка и спикировала на музыканта. Он сощуренным взглядом уставился на серую птицу, пролетающую над его головой.
– Только попробуй… только…
Мутно-белая кашица приземлилась на голову Антуана. Довольная птица улетела прочь, сопровождаемая гневной тирадой музыканта. Выругавшись в последний раз и смахнув небрежными движениями руки птичий помет, парень обратил внимание на яркий свет, искрившийся за деревьями вдалеке. Судя по всему, здесь лес и заканчивался. Как и его путь.
Выйдя из плена лесной растительности и легкого полумрака, Антуан оказался на вершине холма. Пасмурное небо здесь выглядело особенно живописно. Снег продолжал падать оттуда и мгновенно таять на траве болотного цвета. А под ногами… лежал заветный лист бумаги.