Чтение онлайн

– Это тоже – как игрушка? – продолжил Куликов, подкинув зажигалку на ладони. – Маленькая, легкая. Сколько за нее тебе накапало? Поделись!

– Больше тысячи, – смутился капитан. – В прошлом месяце.

– Мне аналогично, – улыбнулся Куликов. – У нас равные паи. А ведь он ее придумал, – указал на Федора. – Помню: кто-то сомневался. Мол, не станут покупать. Ну, и что теперь? Мне Арефьев жаловался – одолели лавочники. Дескать, дай побольше! Из Москвы купцы зачастили. Предлагают поставлять им зажигалки. Весь товар хотят выкупить вместе с мастерской. За большие деньги, между прочим.

– Вот еще чего! – возмутился Рогов. – Мастерскую им отдай. Хрена! Обнаглели толстопузые.

Куликов захохотал, Федор усмехнулся – прижилась его идея. По пути из Петербурга Друг внезапно вспомнил о зажигалках – в войну они стали очень популярны. Удивляться нечему: спички могут отсыреть, да и вспышку их головки ночью разглядишь издалека. Тут же пуля прилетит… Зажигалки в этом мире были, но какие! Здоровенные, тяжелые и безумно дорогие. На столе стоять – куда ни шло, но в карман такую не положишь.

– Будем делать «зиппо», – сообщил голос в голове. – Ниша-то пустая, рынок их не видел. Вещь необходимая, в очередь за ними встанут.

Воротившись в Тулу, Федор изготовил штампы и отвез их на патронный завод. Заказал там заготовки, оплатил наличными. Почему у них? Друг так посоветовал, наказав не городить барьеры. Есть завод, где тянут гильзы из латуни – значит, налицо кадры и металл. Прессы тоже есть, как же там без них? Получив заготовки корпусов, Федор собрал десяток зажигалок. Было бы скорее, но проблемой стал кремешок, из которого колесико высекает искры. Никакого камня в нем, конечно, нет, это сплав железа с редкими металлами. Кремешки делали в Германии и ввозили их в Россию небольшими партиями. Пришлось поискать и купить задорого. Но зато зажигалки вышли безотказные. Федор их проверил и продемонстрировал друзьям.

– Полагаешь, будут брать? – усомнился тогда Рогов.

– С руками оторвут, – улыбнулся Федор. – Просто и надежно. Кремешки закупим, а бензин в аптеках продается.

– Почему такая маленькая? – не отстал Рогов.

– Под карман в жилетке. Специально рассчитал.

– Какова себестоимость? – подключился Куликов.

– При большой партии – копеек двадцать пять. Может, тридцать. Продавать же будем по полтине.

– Не возьмут за столько, – не поверил Рогов. – Это пятьдесят коробок спичек.

– Спички есть у всех, – сказал Федор. – Зажигалка – не у каждого. Статусная вещь.

Рассудить их спор пригласили родственника жены Куликова по фамилии Арефьев. В Туле он владел мелочными лавками. Арефьев повертел «зиппо», высек пару раз огонь, примерил зажигалку к жилетному карману и кивнул:

– По полтине заберу – тысячу для пробы.

– Продавать по сколько будете? – не замедлил Федор.

– Для начала – по рублю, – сообщил купец.

– Это что же получается? – возмутился Куликов. – Нам двугривенный за штуку, а тебе полтина?

– Можем лучше поделить, – не смутился гость. – Если долю выделите. Третья часть моя.

– Рожа-то не треснет? – фыркнул Куликов. – Тридцать три процента? Мы – товар на блюдечке, он торгует, но получит больше. Сами продадим.

– За прилавок, что ли, встанете? – хохотнул купец. – Не забудьте ордена надеть.

– Я тебе! – поднялся Куликов.

– Погодите, Николай Егорович! – вмешался Федор. – Ерофей Семенович отчего-то вдруг решил, что других купцов в Туле не имеется. Мы отыщем компаньона. Поумней и не такого жадного. Вот на этом, – указал на зажигалку, – можно состояние составить.

Арефьев засопел и сник.

– Ваше слово? – выдавил уныло.

– Двадцать пять процентов. Нас тут четверо, значит, доли равные. Но при этом все берете на себя. Начиная с выделки и торговлей завершая. Мы лишь контролируем процесс. А еще готовим инструмент и обучим кадры. Ну, так как, согласны?

– Ладно, – пробурчал Арефьев.

– Приходные книги буду проверять, – не замедлил Куликов.

– Проверяй, конечно, Николай Егорович, – выдохнул купец. – Я за то не беспокоюсь. Не найдешь ты человека, кто б тебе поведал, что Арефьев обманул. Ладно, господа хорошие, по рукам!

И Арефьев развернулся. Не прошло недели, как подряженные им мастеровые выдали продукцию. За кремнями он послал приказчика в Германию. Тот скупил у производителя товар и оставил впечатляющий заказ. Заплатил наличными. Немцы возбудились и сказали: «Данке шен!». Обещали производство нарастить. Федор дал команду не скупиться. В случае войны границу перекроют, нужно создавать запас. Друг припомнил, что в Великую войну, кремни стали дефицитом, их ввозили контрабандой…

– Федор?

Офицеры смотрели на него.

– Да задумался чуток, – отрешился он от воспоминаний.

– Снова об оружии? – улыбнулся Куликов. – Что на этот раз?

– Нет, о барышнях, – не замедлил Федор.

– Будет тебе врать! – фыркнул Куликов. – Да какие барышни! Скоро ночевать будешь на заводе. Прямо сам себя изводишь. Неужели Соколову не забыл? Где она сейчас?

– Говорят, в Тамбове служит классной дамой. В институте благородных девиц.

– Ты откуда знаешь?

– Сообщили, – напустил туману Федор. Не хотел рассказывать друзьям, что послал запрос в Министерство просвещения. Через две недели получил ответ. Догадаться, что сбежавшая невеста станет вновь учителем, не составило труда.

– Я надеюсь, что в Тамбов ты не поедешь? – не замедлил Куликов.

– Нет, – ответил Федор. – То, что было, отгорело.

– Вот и славно! – подключился Рогов. – Приглашаем тебя в гости. Завтра воскресенье, нужно отдохнуть. Посидим у Николая. Дети по тебе соскучились. Говорят: где дядя Федор? Почему нам вкусненького не несет? – засмеялся капитан. – Приучил ты их. Так что приходи! Надо бы отметить наше «зажигательное» дело. Жены рады будут. Я Варвару приглашу. Ты не возражаешь?

– Нет, – ответил Федор.