Маша без медведя

Башня так задымлена, что не спасает даже отсутствие двух верхних этажей и сифонящая во все проломы тяга. Я сижу на лестнице и прижимаюсь к ступеням, где дыма поменьше. Помогает плохо. Я кашляю — да все мы тут кашляем.

Он говорит:

— Прости меня, Муша. Маг из тебя получился совсем слабый, не стоило мне это всё затевать. Прости, Грой меня подбил, пьяный старый дурак. А я, дурак, повёлся.

— И честно скажи, что тоже был пьян.

— Был… — Баграр надсадно сипит.

За последние сутки он в третий раз пытается начать покаянный прощальный разговор.

— Да успокойся… — я пытаюсь сообразить, поможет ли мне, если из лоскута юбки соорудить что-то типа повязки на лицо? Или уже не мучиться? И так понятно, что живыми нас брать не собираются. — Что сделано — то сделано. Если бы ты не подобрал меня тогда на улице — сам подумай, что бы со мной стало?

Баграр честно пытается представить, его маленькие глаза как будто затуманиваются…

— Я не могу, Муша. Я слишком мало знаю о твоём мире.

Что???

Башню трясёт так, что мне кажется — я вижу просветы между рядами подпрыгивающих камней. Приподнимаюсь — в провале бывшего окна видно, что с моря идёт огромная волна — жадный язык, внутри которого можно различить тёмные тени гигантских кальмаров. Минута, не больше — и он накроет нас с головой, слижет всё, что осталось от нашего гарнизона.

— Я уже не смогу это остановить… — бормочет Баграр. — Но я могу отправить тебя обратно! Туда, откуда забрал! И вот ещё! — он швыряет мне что-то, похожее на сгусток магии — шар! — я ловлю на рефлексах.

Сквозь дыру в стене видно вырастающую над башней сине-зелёную, словно стеклянную, громаду.

Баграр толкает меня спиной в портал и закрывает его так быстро, что я не успеваю ничего сказать.

ИКРИНКИ ПАМЯТИ

Упасть мне не дал шершавый ствол довольно большого дерева, в который я чувствительно ткнулась спиной. Некоторое время я тупо смотрела в то место, где только что закрылся портал. Внезапно поняла, что мне холодно, на автомате окутала тело согревающей волной. Сработало! Значит, магия действует, ура! Уже легче, можно разбираться дальше.

Меня выкинуло на пешеходной части вдоль какой-то большой улицы. Ближе к домам в ряд росли клёны, по-осеннему красные. Можно, конечно, предположить, что в этом мире красный — их летний цвет, но кроны выглядят слегка прореженными, а в лужах попадаются облетевшие листья. Осень, однозначно. Или такая зима.

Ладно, что дальше?

В обе стороны вдоль улицы тянулись дома — по три, по четыре этажа. На крышах… Вроде бы трубы? Дыма, однако, нет совсем. Окна большие, явно тепло не экономят. Интересно.

Дорога для транспорта, между прочим, оказалась довольно широкой. На гладком чёрно-сером покрытии белели полосы, призванные, видимо, разграничивать движение. Во всяком случае, проносящиеся время от времени машины старались ехать между ними. Всего шесть полос. Проспект или что-то вроде того.

Тротуары тоже организованы с размахом, пара местных машин могла бы уместиться. Попытка разглядеть таблички принесла понимание, что здешней письменностью я, к сожалению, не владею.

Лад-но. Я огляделась по сторонам и увидела лавочки, расставленные кое-где в глубине тротуаров между деревьями. Боковины у лавок извивались металлическими узорами, а сиденье и спинка напоминали деревянную решётку. Присядем-ка.

Я уселась на ближайшую лавку и сосредоточилась на последнем подарке Баграра. То, что показалось мне шаром, оказалось на самом деле… аквариумом! Маленький магический аквариум, в котором лежали… икринки воспоминаний, надо же!

Такой магией пользовались редко, только если боялись, что человек утратит память. Я нахмурилась. Это точно моё? С другой стороны, если бы Баграр надеялся, что я принесу аквариум кому-то другому, он бы, наверное, хоть имя выкрикнул? Не такой уж он и раздолбай в магических вопросах.

Был.

Слово упало горьким камнем.

Выжил ли он? Вряд ли.

Я опустила аквариум на колени и сосредоточилась. Так. Погружению в ментальном плане помогает физическое действие — в моём случае, так точно — Я прикрыла глаза и «опустила руку в аквариум», пытаясь держать стабильный канал. Так-так-так, ну… Получилось!

Аквариум исчез. А икринки ощущались в моём ментальном пространстве крошечными светящимися шариками. Теперь за просто так отобрать их у меня не получится. Осталось дождаться, пока выведутся рыбки воспоминаний.

И что? Сколько ждать?

Все икринки на вид были одинаковыми — кроме одной. Ярко-оранжевой. Я заподозрила, что она-то и является главным запирающим замком всей этой системы. Интересно, Баграр предполагал, как я со своими слабыми данными буду справляться с этой задачей? Хотя, вот эликсирщица как-то сказала, что у меня дар не слабый, а просто медленный и не так заточен на боевые действия, как того бы хотелось. Мда.

Ладно, никто меня не торопит, буду ме-е-едленно, как черепашка.

На улице было темновато — такие утренние осенние сумерки, когда все прохожие спешат поскорее добраться «из пункта А в пункт Б». Я колупалась в настройках этой дурацкой икры, когда около меня кто-то остановился. Наверное, человек спрашивал что-то, да я не услышала и обратила на него внимание, только когда он потряс меня за плечо.

— А?!

— Девушка, я говорю: вам плохо? — поразительно, но этот язык я знала! И никаким не магическим способом! Я совершенно точно когда-то на нём разговаривала.